"Фантастика 2024-18". Компиляция. Книги 1-22 (СИ) - Панченко Рустам - Страница 1206

— Д-дитрих тоже убит, — выговаривает Хельга, забираясь в глайдер. — У м-меня красный огонек на дисплее. Сматываемся!

Метельский прыгает на место пилота — но что делать дальше? Дым становится реже, вот-вот они попадут под плотный огонь. А если взлетят, их тут же собьют, дым прошивают световые мечи лазеров.

Метельского бьет непрерывная дрожь — повоевали!..

Глава 6

Тина. Уральская автономия

Что-то начинает верещать, и щупальце робота тянется к ней. Сейчас ей просверлят голову! От ужаса она закрывает глаза…

Звук вдруг смолкает. Она приоткрывает веки на щелочку, а потом они открываются сами. Женщина стоит перед ней — та самая! Причёска с красным цветком, голубые глаза, зеленый камень на груди. Робот почему-то неподвижен, да и хэ-ути словно застыли.

Женщина переводит взгляд с Тины на них:

— Я опять вижу непотребство, — голос музыкален и спокоен. — Кто дал вам право мучить людей?

— Мы действуем с разрешения Мадоса. — Неясно, кто из хэ-ути говорит.

— Тина, ты давала Мадосу право распоряжаться тобой?

— Нет! — срывается на крик Тина.

— Тогда немедленно освободите их, — спокойно говорит женщина. — Можете передать Мадосу, что это приказ госпожи Эсмеральды.

— Ты не имеешь права приказывать нам.

— Неужели? Вы не люди. И одного из вас уже нет, пока на время.

Второй хэ-ути вдруг валится на пол, дергается несколько раз и затихает.

— Быстро освободи мою младшую сестру! И его тоже, — женщина кивает на Никиту.

Хэ-ути дергается было в сторону, но тут же застывает, а потом начинает неуклюже идти к креслу Тины. Щелчок, и она свободна! Тут же вскакивает, а хэ-ути освобождает Никиту.

— Так-то лучше. — говорит женщина. — Говорить с тобой бесполезно, так что отдохни.

И этот хэ-ути валится на пол и затихает. Тину прошибает холодный пот: кто перед ней? А женщина задумчиво смотрит на Тину, и во взгляде теперь не пренебрежение, но как будто недовольство. Тина спохватывается, за недостаточную вежливость не раз лупили.

— Спасибо… госпожа Эсмеральда.

— Откуда ты?.. Хотя да, я сама назвалась. — Она продолжает рассматривать Тину. — Хорошо, что тебя оглушили из станнера. Это вышибло твое тонкое тело в Серую зону, а то я искала без толку.

Это обидно, и Тина пытается говорить гордо.

— Я еще до этого побывала в таком… сером месте. И справилась сама.

— Вот как? — во взгляде женщины появляется интерес. Она молчит, а потом тихо добавляет: — Все-таки, может быть…

Никита растирает запястья, им видно досталось от щупалец робота

— Спасибо, — хрипловато говорит он.

Женщина переводит взгляд на него и качает головой. — Никита… Это надо же, как издалека. Странная парочка. Но пойдемте.

Женщина идет в проем, а следом Тина и Никита. Другое помещение гораздо больше: какое-то оборудование, такие же роботы (все неподвижны) и… их мувекс возле стены.

— Ого! — восклицает Никита. — Мы сможем уехать.

Женщина внимательно смотрит на него, потом на Тину.

— Тина, я стараюсь защитить рогн, с ними так жестоко обращаются. Но только моего желания недостаточно. В любом случае я помогу вам выбраться. Или… ты согласна на испытание?

— Какое? — хмуро спрашивает Тина. — По-моему, им и так конца нет.

— Целые миры на испытании, не только маленькая Тина. Но ты должна сама решить, войти в узкие или широкие врата?

Вообще непонятно.

— А он? — Тина кивает на Никиту. — Ему ведь поручили сопровождать меня.

— Следовательно, он выбрал. Может быть, на свою голову. А может, и нет.

— Я не понимаю, госпожа Эсмеральда! — у нее начинает болеть голова. — Вы говорите загадками. А я действительно лишь маленькая Тина, и меня довели до отчаяния. Только показалось, что смогу отдохнуть.

Женщина вдруг оказывается рядом, и кладет ладонь ей на лоб…

Словно беззвучный взрыв! Она будто погружается в светоносный океан, и сквозь нее прокатываются волны покоя и блаженства. Многоцветные радуги загораются в глубине, и кажется — цветов гораздо больше привычных. Чьи-то невесомые пальцы с любовью гладят ее волосы. Так проходят то ли миги, то ли часы и дни. Наконец она выныривает, и слезы текут по ее щекам.

Женщина бережно вытирает ей лицо платком:

— Отдохнула немного, Тина?

— Где… я… была?

— Когда-нибудь ты узнаешь. Возможно, быстрее, а может еще очень нескоро.

— Я узнала вас, — все еще всхлипывая, говорит Тина. — Вы Танцующая в Огненном цветке. Цветок — это ворота туда.

— Что же, теперь ты знаешь тайное. Не распространяйся об этом.

— Не буду. Так если я выберу испытание?..

— Ты вступишь на узкий, трудный путь, однако праздник будет ждать впереди. Только с этого пути легко оступиться.

— Я рискну. Я выбираю испытание.

— Хорошо, Тина. Всегда помни, что ты сказала слово.

Эсмеральда как-то неуловимо отодвинулась и встала у бетонной стены.

— Здесь вокруг скальная порода, так что открыты все пути. Возьмите вещи, что вам надо, и следуйте за мной. Однако я не буду вас ждать, ваша дорога лежит в другую сторону.

Она подняла изумруд с груди и коснулась им бетона. Некоторое время ничего не происходило, а потом в стене с музыкальным звоном появилась большая опаловая линза. Эсмеральда улыбнулась им, вошла в нее и исчезла. Тина судорожно вздохнула. Никита зашевелился:

— Надо же, похоже на телепортацию.

— Чего? — спросила Тина, а Никита улыбнулся:

— Пойдем, заберем вещи. Похоже, мувекс придется оставить.

Они пошли к мувексу. Тина с опаской косилась на роботов, но те оставались неподвижны. Взяли рюкзаки, Никита подхватил свой «фен» и направились обратно к линзе.

— О чем вы говорили? — спросил Никита.

— Ты разве не слышал?

— Ничего. Как я сказал, что теперь можем уехать, звук словно отрезало. Но откуда она знает наши имена? И еще про меня?..

— Она знает многое, — тихо произнесла Тина. — Это рогна великой силы, будто из сказки. Но на особую помощь рассчитывать не стоит, мы на испытании.

— Ну-ну, — сказал Никита. Он осторожно коснулся линзы, потом погрузил всю руку, и его стал обтекать опаловый свет. — Сердце что-то трепыхается. Пожалуй, лучше нырять сразу.

Он делает шаг и исчезает. Потом из линзы появляется рука, Тина судорожно хватается за нее и делает шаг в опаловый свет. Ощущение падения. Сердце болезненно сжимается, а потом начинает биться снова — реже и сильнее. Она переводит дух и оглядывается.

Сумрачно, похоже на пещеру, ни следа госпожи Эсмеральды.

— Наверное, мы все еще в том укрытии, — говорит Никита. — Хотя не очень похоже. Стены уже не бетонные, а как будто из дикого камня. Но стоять нет смысла, пойдем потихоньку.

Опаловый свет позади гаснет. Она словно проваливается в темный колодец, и сердце замирает от страха. Они будут ползать здесь в темноте? Кто может обитать в ней: чудовища, громадные пауки, крысы? Какого черта она согласилась на какое-то испытание?

Словно эхо, рядом тихо чертыхается Никита. А потом от него ударяет яркий луч, и в круге света появляются неровные стены, гладкий каменный пол. Свет исходит из «фена» в руке ее спутника.

— Это еще и фонарь? — спрашивает она.

— Вообще-то многофункциональное устройство, — говорит Никита. — В памяти заложено несколько конфигураций. Но лучше идем, надо поберечь заряд в аккумуляторе. Ты впереди, чтобы лучше видела дорогу.

Неплохо, когда о тебе заботятся: хоть не наступит на какую-нибудь крысу. Она идет, и свет впереди окольцовывает отступающую темноту. Куда их выведет этот туннель?.. Пару раз искры мигают в стенах, и когда их становится много, она останавливается. Мелкие фиолетовые кристаллы красиво мерцают в углублениях.

— Что это?

Никита приближает фонарь к стене, и словно фиолетовые волны бегут по кристаллам.