"Полари". Компиляция. Книги 1-12+ путеводитель (СИ) - Суржиков Роман Евгеньевич - Страница 1470

— Подойдите ко мне, граф. Прошу, посмотрите на нее.

Он приобнял Виттора и привлек к стеклу.

— Звезда очень красива, правда? Вы же видели ее вблизи.

— Она божественна! — воскликнул Шейланд.

— Знаете, что я сделал первым, когда Птаха без Плоти заговорила? Послал осмотреть Звезду. Птаха не добралась до ее поверхности: дальности не хватило. Но подлетела очень близко, я видел Звезду не хуже, чем эти горы… Мой дорогой кристально честный вассал, вы не сможете переместиться в соседний хутор, а потом солгать, будто летали на Звезду. Вы действительно отправитесь туда. Я проверю по вашему рассказу.

Рука Адриана так и лежала на загривке графа, и было хорошо заметно, насколько владыка выше этого мерзавца. Виттор хлопнул глазами, раскрыл было рот. Мысли так и кипели в его башке, выискивая новый способ солгать.

— Она безумно красива, — повторил Адриан. — Вы — самый счастливый человек на свете.

— Я… я не смогу.

— Вы сможете. И на сей раз действительно станете мессией! Все, что вы врали о себе, внезапно станет правдой. Вы спасете весь поларийский народ!

Белолицый задрожал под рукой императора:

— Нет… ваше величество, я не стану… Мне страшно.

— Как же вы жалки, — с горечью бросил Адриан и сделал движение рукой.

Раздался треск. Яркая искра ударила в открытый загривок Шейланда, и тот повалился на пол.

Владыка трижды хлопнул в ладоши.

Двери сразу распахнулись, в зал вошли Второй из Пяти и Леди-во-Тьме, и Франциск-Илиан. Пророк расплылся в улыбке, граф Куиндар вскричал:

— Браво! Получилось!

Слуги Леди-во-Тьме вкатили тележку, на которой располагался хрустальный гроб. Подбежали к Виттору Шейланду, схватили за руки и ноги.

— Рейс готов? — уточнил Адриан и получил «да» в ответ. — Быстрее, у нас полминуты!

Белолицего забросили в гроб, точно мешок картошки. Поправили руку, которая свесилась за край. Перекатили ближе к Рейсу. Тот замешкался, но жало криболы схватил его ладонь и приложил к крышке Чрева. Прошептал ключевые слова, и Рейс послушно повторил за ним. Чрево замерцало — и захлопнулось. Сквозь прозрачную крышку было видно, как воздух внутри побелел, наполняясь туманом. Крупицы воды превратились в кристаллы льда, стенки Чрева подернулись инеем. Шейланд скорчился в судороге, веки приоткрылись — и глаза заледенели, мертвым взглядом уставившись в никуда.

— Вот теперь — браво! Браво нам!

Южане и болотники зааплодировали. Шаваны и Магда ошарашенно переглянулись.

— Прошу прощения, друзья мои. Не все в этом зале понимают, сколь блестящая операция была проведена, — Адриан триумфально приложился к чашке чая, но поморщился: — Он остыл, подайте свежий… Итак, позвольте пояснить. Имелось три сложных вопроса. Вот первый из них: не защитит ли Абсолют от искры? Мы с королем Франциск-Илианом и графом Куиндаром провели сотни часов над священными текстами — и нашли только крохи сведений, не давшие нужного ответа. Но, к счастью, в среде Праотцовской Церкви распространился ценный документ: очерк аббата Амессина о воскрешении Избранного. Мы получили данный текст по каналам Максимиановского ордена. Из очерка узнали, что имелся зазор времени между мигом, когда Шейланд лишился чувств, и срабатыванием Абсолюта. Это означает, что Абсолют пришел в действие только по факту смерти носителя, и не сработал от обморока. Стало быть, искра сделает свое дело!

Принесли горячий чайник. Южане и Леди-во-Тьме присоединились к чаепитию, леди Магда заказала кофе, Рейсу не дали ничего, кроме воды.

— Вторая задача — тренировки, — продолжил Адриан, наслаждаясь напитком. — Нужно было отточить весь порядок действий и уложиться в короткое время, что дает нам искровый обморок. Мы провели порядка двадцати репетиций и выверили все до мелочей, включая расположение кресла Юхана Рейса и тот факт, какое именно окно будет открыто. Роль Кукловода играли преступники, осужденные майнским судом. Мы отточили навык и смогли уложиться в тридцать секунд даже в случае, если граф откажется подойти к окну и будет повержен за столом.

— А третьей задачей занимался я, — поведал Франциск-Илиан. — Сможет ли Чрево заморозить носителя Абсолюта? Мое знание священных текстов помогло найти ответ. Праотец Эвриан иносказательно описывал действие Чрева, из его намеков я заключил следующее. Человек после заморозки во Чреве остается жив и полностью здоров, а значит, его помещение туда не приведет к срабатыванию Абсолюта. Риск гибели имеется лишь при неудачной разморозке — если что-либо помешает Чреву правильно произвести обратной процесс.

Адриан отчего-то коснулся своего кулона. И встряхнул головой, будто сгоняя печаль:

— Итак, мы достигли блестящего успеха!

— Поздравляю, владыка, — скрипуче молвила Леди-во-Тьме. — Я с недоверием принимала ваши громкие обещания, но вижу, как сильно ошиблась. Вашею заботой Великое Древо растет быстрее, чем полевой цветок.

— Благодарю, королева. Ваш вклад столь же значителен: без помощи темного ведовства мы не покорили бы ни Юхана Рейса, ни само Чрево.

Она ответила учтивым кивком.

— Для завершения плана не хватает лишь присутствия визитера. Знаете ли вы способ заполучить его?

Лицо Адриана озарила усмешка:

— Проше простого: мы поговорим с лордом Эрвином и вежливо попросим. Ганта Бирай, принесите Голос Бога.

Магда, доселе хранившая задумчивый вид, стиснула владыку в объятиях:

— Муж мой, я вас обожаю!

А Менсон подумал: медленный — это сколько?..

Сильнейшая гордость за мужа овладела Магдой, когда тело Кукловода покрылось инеем во Чреве. Последовала триумфальная речь владыки, но и без пояснений Магда знала величину успеха. Бессмертный Кукловод устранен. Деконструктор в руках Адриана вместе со всеми ключами. Прямая связь с Ориджинами — вот она, только включи Предмет. Чтобы с огромной выгодой закончить всю войну, нужен всего один разговор!

У Магды вспыхнуло желание — самой провести эту беседу. О, она твердо знала, что сказать! «Лорд Эрвин, поздравляю с победой, было очень красиво! Кукловод в вечной темнице, его люди разбиты, ваша месть свершена. Так не пора ли нам заключить мир? Я верну город Майн и даже оставлю вам Уиндли. Это мой щедрый дар на день Сошествия, но уж и вы меня не оставьте в обиде. Вечный Эфес задержался на поясе Минервы, а я тоже хочу поносить эту штучку. А мой супруг жаждет знакомства с Натаниэлем. Пришлите его — ударим по рукам!»

Ориджин ранен и, наверное, очень слаб. Возможно, сразу согласится, лишь бы быть оставленным в покое. А может, найдет силы для торга и скажет: «Натаниэль — моя корова, я ее буду доить. Эфес нужен Минерве, она-то сидит без мужика. И вообще, я великий полководец. Скажите спасибо, что я снова не забрал Лабелин». На что Магда ответит, улыбаясь во все зубы: «О, вы гений войны, спору нет, когда напишете книжку о стратегии — я попрошу автограф. Но есть у меня одна штуковина — Птаха без Плоти. Я вижу вас все время, даже когда идете отлить. А еще у меня сотня болотных колдунов и Перст Вильгельма. Я только к тому веду, что, тьма сожри, хватит нам воевать. Если так хотите, оставьте Натаниэля себе. Пришлите пузырек его крови — и будем в расчете».

И он согласится! Он не дурак, чтоб не принять такие милые условия. Корова-то останется у Ориджина, а нам — лишь глоток молочка. Но для нас с мужем это золотые горы! Мы разделим пузырек и оба получим первокровь. Пошлем отряд в Створки Неба, вырвем Ульянину Пыль у шейландских недобитков. Напишем на крышке Чрева: «Отдай нам Абсолют» — и разбудим белую рожу. Боги, что тогда будет!

— Муж мой, я вас обожаю! — вскричала Магда и повисла на шее Адриана.

Мы будем стареть так же медленно, как Праматери. Через полвека я все еще буду молода. Тьма, ради такого даже похудеть не грех! Болезни, ранения, мор — плевать, Абсолют защитит от всего. Будем носить по очереди и избавляться от любых напастей. Птаха без Плоти станет порхать над всей страной — пускай попробует кто-нибудь затеять мятеж или уклониться от налогов. Кстати, о налогах: вернувшись в Фаунтерру, я найду способ перекрыть минервину кормушку. Долго ли она пробудет владычицей, когда казна перестанет наполняться? Сама же вернет Эфес, а мы, так и быть, помилуем ее.