Избранные циклы фантастических романов-2. Компиляция. Книги 1-16 (СИ) - Кири Кирико - Страница 1218

— Истерить, — пожал я плечами.

Я не знаю, зачем сказал это. Просто заметил такое, чего не замечал за Гензерией.

Ламель вся покраснела настолько, что казалось, сейчас лопнет от злости.

— Да вы! Я… да чтобы я… мне сказать такое?! ВЫ! Я ИСТЕРЮ?!

— Лучше неё, — кивнул я. — Вот прямо никогда не видел, чтобы ваша мать так истерила.

— Я НЕ ИСТЕРЮ!!!

— Ага…

Ламель попыталась меня ударить своим кулачком, но я спокойно поймал его. Тогда она попыталась меня пнуть, но и ногу я поймал, заставив её неуклюже прыгать на одной ноге. Ламель сделала последнюю попытку и попыталась меня ударить второй рукой, но я просто подставил лоб, и она, ойкнув, отдёрнула руку, тряся ею.

А я просто взял и подал в неё энергии, чтобы наконец успокоить буйную личность.

Эффект… был совсем уж другим, чем у остальных девушек и женщин, на которых я воздействовал этим.

Ламель затряслась, словно у неё случился приступ эпилепсии. Её глаза медленно закатились, рот приоткрылся. При этом её приоткрытый рот начал растягиваться в улыбке, как у обдолбанной наркоманки, которая только что получила дозу. У неё даже слюна закапала на платье.

Она простояла так несколько секунд, прежде чем полностью расслабилась и едва не рухнула на землю — я успел её поймать.

И реально, как обдолбалась. Глаза закатаны, слюна течёт, рот открыт и вся расслабилась. Она даже звука не издавала, кроме тихого «Э-э-э-э». Только что-то сейчас пыталась мычать, слабо двигая руками и ногами, но явно не в состоянии двигаться.

— М-м-м-э-э-э-м-у-у… — что-то попыталась Ламель сказать, но я даже не разобрал. И не пытался. Просто поднял её на руки и понёс в её комнату.

Уже второй раз несу её, так как в первый вообще нашёл в коридоре уснувшей, после чего таскал её по замку, ища её комнату. Повезло, что нашёл служанку, которая подсказала, куда идти, а потом осталась с принцессой, чтобы подготовить ко сну.

Вечно в тени матери, да? Сидит в замке, никуда не сунется. А тут ещё и мать, которая всё делает лучше. Да, каждому человеку хочется показать себя. Привлечь внимание, чтобы остальные восхитились хотя бы немного. Каждый нуждается во внимании. А Ламель его явно недостаёт, вот и бесится.

Одна и сама по себе, на людях не бывает, почему особо и не известна. Это не говоря о её нарколепсии. Сразу видно, какой отпечаток наложило это всё на неё — Ламель просто не имеет ничего особенного. У всех есть какие-то интересы и особенности в характере, но Ламель… Даже столько общаясь, я могу сказать, что она просто есть. Просто есть Ламель и всё. И, предположу, что именно это её и убивает — она чувствует себя просто тенью, которая есть, и не знает, как бы себя проявить.

Наверное, именно это её и делает особенной — тень.

С другой стороны, внимание порождает проблемы.

Вот меня знает вся Организация, и радости это совсем не вызывает.

Глава 108

Свадьба.

Так долго её ждали, и вот она наступила. Казалось, столько ещё времени до неё, а сегодня открываешь глаза и понимаешь, что сегодня тебя попытаются привязать насильно к другому. Кто-то говорит, что это очень радостный момент, но я чувствовал неуверенность — для меня это был первый опыт подобного.

Меня одевала, наверное, добрая половина служанок королевства, которые суетились как воробьи, носясь по комнате. Что забавнее, командовала этим парадом мать, что отдавал приказы то одной, то другой. Человек приказывает эльфу — это, наверное, было для них унизительно, но возразить матери будущего мужа принцессы они не могли, так как статус не позволял.

Всё началось ещё с утра, когда меня едва ли не выволокли прямо из-под кресла, под которым я продолжал спать, так как заставить спать себя в такой огромной комнате я просто не могу. Правда, получился небольшой конфуз, так как от неожиданного вторжения я схватил одну из эльфиек-служанок и начал душить, нихрена не понимая, что происходит. Бедная даже отключилась, пока до меня не дошла суть происходящего.

Но казалось, это никого не смутило. Эльфушку без сознания оттащили в сторону, и её место тут же заняла другая. Схватили под руки, словно я могу убежать, и затащили в ванную комнату, где начали меня отмывать.

Интереснее было то, что служанки залезли в воду вместе со мной. Только не голыми — все, кто меня мыл, облачились в лёгкие платья, которые просвечивали, будучи влажными. Однако никого это не смущало, как и не смущало мыть меня везде, пока я не растолкал всех и не сказал, что некоторые части тела способен помыть и сам.

А едва я вылез, как тут же попал в руки других служанок, которые начали меня вытирать, словно я был не способен на это. Укутали в полотенце так, что только голова и ноги торчали, и потащили меня в другую комнату, где начали меня обтирать чем-то.

— Что это? — принюхался я. От того, что меня натирают девушки, у меня даже встало, и было очень неловко стоять вот так со стояком, когда рядом в меня что-то втирают. Зато служанкам было плевать. Никто даже не обращал внимания на это.

— Масла, господин, — ответила одна из них. — От вас будет пахнуть нежными ароматами цветов, которые…

— Масла? А масло не вспыхнет, если ко мне свечку поднести?

— Нет-нет, господин, они лишь дают запах и мягкость кожи.

Мягкость кожи?

Я знал машинное масло, я знал съедобное масло, я знал масло для свеч и огня. Но вот масло для запаха было чем-то новеньким.

— И зачем мне это? Я и так буду пахнуть чистотой.

— Господин, у вас сегодня первая ночь с вашей невестой, — шепнула как-то таинственно одна из ушастых. — Вы должны быть идеальны для своей второй половинки.

— А вариант «сунул-высунул-пошёл» уже не в моде?

На меня таким взглядом посмотрели, что даже стояк опал.

Просто столько подготовки, а ради чего? Секса! Нет, серьёзно, моют, одевают, красят, втирают какую-то дичь, и всё ради того, чтобы ночью я присунул принцессе. Мне ещё и ногти подстригли, словно я сам не мог этого сделать.

Уже такого чистого меня затащили в другую комнату, где подстригли, прилизали волосы, ещё раз подушили. Пытались накрасить в придачу, но я попросил этого не делать. Никто не заставлял, лишь кивнули и повезли дальше. Так, собственно, я и оказался в комнате перед матерью, где меня и начали одевать под строгим присмотром матери. Сёстры, как я понимал, тоже готовились.

Единственное, что я мог сказать, глядя на мою одежду:

— О, знакомая цирковая форма.

— Тэйлон! — возмутилась мать.

— Ты знаешь моё отношение к подобным цветам.

— Знаю, но она тебе идёт. Ты выглядишь в ней прекрасно, правильно я говорю? — окинула она взглядом ушастых служанок.

— Да, госпожа, — мгновенно все остановились и поклонились, подтверждая её правоту.

— Вот видишь?

— Ага, скажут они что-то против, — заметил я.

Вскоре принесли и револьверы. Будучи немного потёртыми со слезшей позолотой в некоторых местах, сейчас они сияли как новые. Было видно руку мастера, который постарался вернуть им прежний вид. Даже царапины, которые были от падения на дорогу, затёрли.

Пока меня одевали, в комнату заглянула и Ушастая Котлета.

— А тебе чего? — покосился я на неё.

Вместо этого она сначала поклонилась моей матери.

— Госпожа, я Ньюэсенфей, верная слуга и помощница вашего сына, — смиренно произнесла она.

Эй, помощница, а куда гонор делся? Где презрительные нотки в голосе? Или тебя смущают двухметровые женщины, что способны тебя задушить собственной грудью?

— Здравствуй, Ньюэсенфей, я Энна Бранье, мать Тэйлона, рада познакомиться с тобой, — кивнула она.

Ушастая Котлета тоже вынарядилась. Одела облегающее платье кремового цвета, волосы распушила, перебросив их с плеч на грудь.

— Ушастая, чего тебе?

— Я пришла проследить, чтобы мой господин был готов, — невозмутимо отрапортовала она. Вот же… захотелось пнуть суку. Где же твои нотки эти презрительные, а? Чего не покажешь, какая же ты сучка на самом деле?