"Фантастика 2024-76". Компиляция. Книги 1-26 (СИ) - Багдерина Светлана Анатольевна - Страница 1891

Серафима пятой точкой или шестым чувством поняла, что натруженной задней оси с секунды на секунду придет бесславный конец.

Арка!!!

Никогда в жизни царевна ни одному архитектурному излишеству не радовалась самозабвеннее.

— Раз-зой-ди-и-и-и-ись!!!.. Раз-зой-ди-и-и-и-ись!!!..

Отряд гвардейцев, переходящих улицу перед долгожданной аркой, кинулся врассыпную на тротуары… а за ними рванул тощий кривобокий мужичок.

Оставив поперек дороги ручную тележку с большущим облезлым комодом размером с лукоморскую печку.

— А-а-а-а-а-а-а-а-а!!!..

БАМ-БАХ-ТРЕСЬ-ХРЯСЬ-Х Р У С Ь!!!!!!..

— …а-а-а…

Улица на мгновение исчезла в грохоте фонтана из мяса, щепок, колес и денег.

А когда всё осело и стихло, ошеломленные Наум, Захар, Кондрат, Прохор и держащийся обеими руками за сердце мужичок отлепили себя от стены дома и на негнущихся ногах приблизились к месту столкновения неопознанного катающегося объекта с приданным мужичковой дочери. С осторожным ужасом склонились они над бездыханными, обезглавленными и окровавленными телами жертв страшного ДТП, проглядывающими из груды бесформенных обломков…

— П-пульс надо п-поискать… п-пульс… — заикаясь и зажимая теперь уже рот, сдавлено посоветовал гвардейцам кривобокий и мягко повалился в обморок.

— Л-лестницу надо п-поискать… л-лестницу… — раздраженно поправил его недовольный глас с неба.

Или, всё-таки, с арки?

Возвращение с небес на землю для Серафимы было безрадостным.

Россыпи разноцветных монет с веселым гомоном собирала в дождавшиеся своего часа сундуки городской казны ребятня из детского крыла. Тут же трудились, очищая туши от щепок и мусора, добровольцы, случившиеся в городской управе, когда кривобокий мужичок, лишившийся комода, прибежал туда за подмогой.

Неподалеку с долей разочарования и сожаления наблюдала за происходящим Находка. Она так спешила помочь, что впопыхах забыла закрыть на замок дверь своих апартаментов. Результат не замедлил сказаться, а, вернее, объявиться: через три минуты после начала работы на место катастрофы прикосолапил довольный своею сообразительностью и предприимчивостью Малахай, и с этого момента единственной работой октябришны стало не давать ему мешать работе других.

И только гвардейцы стояли рядом с ней, сконфужено переминались с ноги на ногу и старательно избегали глядеть ей в глаза.

Они только что закончили излагать события прошедшей ночи.

— …И с тех пор Ивана абсолютно никто не видел? — угрюмо уточнила она.

— Нет… совсем никто… Мы всех переспрошали… Макарша на себе волосы клочками дерет, говорит, это он его прокараулил, не углядел, не уследил…

— Кстати, о «прокараулил», — запоздало спохватилась царевна, скрепя сердце отодвигая пропавшего супруга на второй план. — Вранежа вы отпустили, или сам удрал?

— Вранежа?!..

— Понятно, — мрачно поджала губы она. — Сначала Иван, теперь еще и этот гусь…

— Вранеж сбежал?!

— Ну, если никто ему вольной не давал…

— Да кто ему!..

— Да кто его!..

— Да кому он!..

— Демоны его задери!..

— Постой, а откуда ты знаешь, что он утек?.. — прервал поток красноречия друзей Кондрат.

Царевна обвела театральным жестом следы аварии.

— Это была его карета, ребята. И его деньги. Мы с охотниками их сегодня на горке нашли. Правда, ни лошадей, ни кучера, ни хозяина нигде рядом не было…

— Демоны задрали? — с робкой надеждой воззрился на нее Прохор.

— А у него сегодня ночью дом сгорел, — ни с того, ни с сего вспомнил вдруг Захар.

— Поджег и сбежал? — нахмурилась Серафима.

— Сбежал и поджег? — предположил Наум.

— Сбежал, поджег и сбежал, — сурово вывел окончательную версию происшедшего Кондратий.

— Но где же тогда может быть Иван, где?!.. Интуицией чувствую, что это как-то связано, но как, как, как, как?!..

— Ваше высочество Серафима?..

Царевна почувствовала, как кто-то несмело, но настойчиво потянул ее за рукав сзади.

Она раздраженно оглянулась, и на уровне плеча встретилась взглядами с тремя парами серьезных детских глаз.

— Ваше царственное высочество, надо говорить, — с негодованием прошипела единственная среди них девочка на своих друзей и сделала попытку изобразить реверанс, держась за подол нового армячка.

— Да, то есть, ваше царственное высочество, — быстро отпустил ее рукав и поправился курносый мальчишка.

— Мы хотели… — заговорил было третий.

— А теперь про погоду надо, — так же сердито цыкнула на второго невежду девчонка и, не сводя преданного взора с озадаченной царевны, с выражением продекламировала:

— А погода сегодня холодная, ваше царственное высочество. Скоро конец ноября, как — ни как. Снег должен уже вовсю лежать…

— А он все никак не уляжется, — степенно присоединился к светской беседе курносый. — Смотрю я, небо темное, смурное, а ни шиша нету…

— Может, хоть сегодня снег пойдет? — нерешительно предположил парнишка с поцарапанной щекой.

— Какой снег? При чем тут снег? — непонимающе сморгнула Серафима и перевела встревоженный взгляд с одного знатока придворного этикета на другого, потом на девочку. — Вы что-то про Ивана знаете, так?

— Да… То есть, нет…

— Мыська хочет сказать, что мы видели его высочество Ивана после того, как все в управе разошлись, — пояснил курносый мальчик.

— Но мы не знаем точно, куда он ушел… — развел руками его поцарапанный товарищ.

— Но нам кажется…

— Скорее всего…

— Хотя мы не знаем точно…

— Потому что он ничего про это не говорил…

— Это просто мы думаем, что он думал, вы не думайте…

— А точно мы и не знаем никак…

— ЧТО?!

— Что он хотел пойти в тюрьму поговорить с Вранежем, — расстроено завершила девочка, повернулась уйти с чувством выполненного долга[328], и мальчишки потянулись за ней.

Гвардейцы вскинулись.

— Откуда?!..

— Кто?!..

— Как?!..

— Когда?!

— Тихо, тихо, Кондрат, Захар, прекратите! Вы же их так только перепугаете! — укоризненно замахала руками на солдат как на драчливых мальчишек Находка.

— Но мы должны!..

— А мы не боимся!..

— Что?.. Что эти пострелята опять наваракосили? На минуту отвернуться нельзя!..

Это подоспели дед Голуб с матушкой Гусей.

— Ничего…

И тут Находка, последние несколько минут недоуменно вглядывавшаяся в лицо тощей пигалицы с косичками, точно вспоминая нечто важное, наконец это важное вспомнила, и с пытливо заглянула Мыське в лицо:

— Как дела у тебя в новом доме? Собаки твоего отчима теперь ведут себя хорошо?

— Так это вы?!.. Вы знали?!.. В мешочке был не… То есть, это вы нарочно?.. В смысле, специально?.. — вытянулась и заиграла недавними моральными страданиями Мыськина физиономия.

Из всего мини-разговора попечители бездомных постолят уловили только три ключевых слова.

— В твоем новом доме?!.. — глаза деда увеличились в диаметре размеров на пять.

— Какие собаки? Какого отчима?!.. — посоперничать с ними могли только изумленные очи старшей воспитательницы.

Мыська втянула голову в плечи и густо покраснела.

— Мы сейчас все объясним! — поспешно пришел на выручку боевой подруге Кысь.

— Мы же как лучше хотели!.. — беспомощно обвел отчаянным взглядом озадаченно-суровую аудиторию Снегирча.

— Мы же для всех старались… — прошептала девочка.

— Вот и хорошо, — с холодным неподвижным лицом снайпера, замершего у прицела, обвела всех стальным взглядом Серафима, и пальцы ее сжались и закаменели на рукоятке меча. — Тогда мы сейчас отойдем в сторонку, и вы расскажете всё быстро, с начала и по порядку.

Серафима, Находка и четверо гвардейцев застыли у закопченных, местами еще дымящихся руин некогда роскошного белого особняка.

Малахай жалко ссутулился и, горестно вздыхая и отфыркиваясь, прижался к хозяйкиным ногам, уткнув черный мокрый нос в колючую шерсть юбки.