"Фантастика 2024-40". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Русанов Владислав Адольфович - Страница 1154

— Детка, они, наконец, смогли найти для себя логичное объяснение тому, что какая-то выскочка оказалась сильнее и умнее их по всем фронтам. Одно дело проиграть дочери садовника, и совсем другое дело биться с потенциальным демиургом, моей дочерью. В один день для них ты превратилась из занозы в заднице, в предмет поклонения. Не трать больше силы и время на них, мне хотелось, чтобы твой триумф был полным, поэтому я совершил этот мальчишеский поступок, и в глубине души мне стыдно, что поступил так по-детски. В то время, когда моя юная дочь, оказалась значительно выше подобной мелочности.

— Твоя юная дочь, с удовольствием упивалась их поклонением, и не додумалась до этого сама только потому, что в последние дни на нее столько свалилось, что просто не до того.

— Отлично, а то я начинал ощущать себя уж как-то совсем ребенком, рядом со взрослой, разумной дочерью. Мне хватило этого ощущения с Миной. Вот уж кто меня беспокоит. Она решила взвалить на себя ответственность за всех и вся? На плечах этой девочки столько висит… Тяжелее только твоему приятелю Дэймону. Вот уж кого очень хочется прибить, чтобы не мучился!

— Не надо! — встревожилась Джинни, — он хороший!

— Не волнуйся, не буду, — задумчиво буркнул Нихуш, — не переживай за него. С этим парнем все будет в порядке. Я позаботился.

Джинни снова напряглась. Ее пугала мысль о том, как Нихуш мог позаботиться о Дэймоне.

— Лучше не спрашивать как?

— Лучше не спрашивать как.

Дэймон вернулся домой. Он не знал, как так получилось, но они до сих пор ни разу не говорили с отцом о произошедшем уже и предстоящем в будущем. Вопросы, которые мог задать Реналь… — это пугало.

Корин Шагрин сидел в гостиной и всем своим видом показывал, что слишком долго ждет. Дэймон сам налил себе Фари Марты и сел в кресло напротив. После непродолжительной паузы Реналь спросил.

— Почему ты мне не сказал?

— Не мог. Она лишила возможности.

— Понятно.

Повисшая пауза заставила Дэймона внутренне напрячься.

— Я могу чем-то помочь? Что-то для тебя сделать?

Молодой человек поверить не мог, что отец вот так просто завершил допрос, и предложил помощь.

— Можешь.

— И? — Реналь явно старался собрать все свои силы, чтобы не взорваться. Дэймон первый раз видел отца в таком взвинченном состоянии. До сих пор он считал своего родителя образцом хладнокровия. Чтобы не злить его дальше, молодой человек предпочел перейти к делу.

— Я слышал, что Персоналий пробовал объединить силы, и у вас получилось, это правда?

— Правда. Кто сказал?

— Яго.

— Ну, конечно!

Степень эмоциональной возбужденности Реналя выбивала Дэймона из колеи, и провоцировала на дерзость.

— Ты же не думал, что от того, что он моложе вас на десяток тысяч лет, он не будет использовать все те же самые уловки, что и вы. Не говоря уж о наследии доставшемся ему от Густаво.

Почувствовав, что влияет на Дэймона, отец постарался взять себя в руки.

— Естественно. Так что ты хотел?

— Как ты сам оцениваешь потенциал этой силы?

— Гм… Мне трудно судить, но думаю, что поодиночке и Нифрее, и Фаране придется с ней считаться. Не то, чтобы она была способна причинить им какой-то серьезный вред, но, скажем, выставить защиту для Яго на несколько минут мы сможем.

— Вы пробовали развивать ее? Пытались подобрать того, кто сможет управлять этой силой, фокусировать ее?

— Считаешь, может пригодиться?

— Да это пригодиться.

— Буду иметь в виду, возможно, соберу всех еще раз.

— И попробуй позвать Джинни. Я знаю, что она только-только осознала себя, как демиург, и не имеет никакого опыта, кроме как полетов, но подозреваю, что подобные вещи заложены в них от рождения. Может у нее получится.

— Почему не Яго?

— Яго будет не до того, — покачал головой Дэймон.

Реналь судорожно пытался понять, что творится в голове сына. В какой-то момент он совсем потерял над ним контроль. Корин Шагрин не мог вспомнить тот миг, когда Дэймон из подростка превратился во взрослого независимого человека.

— Насколько я тебя знаю, ты не расскажешь мне, что за план пытаешься воплотить в жизнь.

— Извини, это невозможно.

Реналь с пониманием кивнул. Потратив пару секунд на размышления, ответил.

— Ты заслужил мое уважение и доверие. Я сделаю все, что возможно, чтобы помочь.

Дэймон был потрясен тем, как повел себя Реналь. Он был искренне благодарен за то, что отец не полез к нему с вопросами, сочувствием, упреками и указами. Не желая злоупотреблять ситуацией, он все же попросил.

— Времени осталось мало, постарайся всех собрать поскорее.

— Конечно. Что-нибудь еще?

— Да. — Дэймон выложил на столик между ними пачку запечатанных конвертов. — Первый и второй конверт для Мины. Если она очнется, отдай первый конверт в случае моей смерти. Сделай это в тот же день, и убедись, что она его сразу же прочитает. Пожалуйста, чтобы вокруг не происходило, ты должен убедиться, что она его прочтет, сразу же после моей смерти.

— Не волнуйся, я сделаю, все как ты сказал. Не боишься, что я его прочту?

— Нет. Ты слишком уважаешь себя для этого. На мою судьбу это уже никак не повлияет, а все остальное… Нет, ты не станешь его читать.

— Ты прав. А что с остальными конвертами?

— Сейчас объясню.

Яго, пошатываясь, шел по коридору к своей комнате. Постепенно ему становилось лучше, но в глазах еще был кровавый туман. Поэтому когда на полу ему померещилось черное перо, он даже не удивился. Простояв пару минут, пытаясь навестись на резкость, Джакомо решил, что сознание играет с ним злую шутку. Таинственная незнакомка слишком глубоко запала ему в душу. Эта красотка смогла, заставить всех забыть о предстоящем конце света, о ненавистной Нифрее, о виновнице торжества, и о ее необыкновенном, удивительном отце. Яго не знал никого, кто способен, закатить за столь короткий срок, столь завораживающий спектакль. Он не был уверен, что сам смог бы провернуть подобное. Мина, возможно, смогла бы… Полуживое состояние добавило не хватавшей ранее решительности. Он развернулся и пошел в обратную сторону. Распахнув дверь без стука, Яго замер глядя на сидящую в кресле кузину. Кровавое платье, маска и парик валялось рядом. Она оставила только белые перья на кончиках ресниц. Укутавшись в шелковый халат матери, Мина сидела, поджав под себя ноги и подперев локтем голову. С тоской глядя на ввалившегося кузена, она только расстроенно буркнула.

— Проходи, садись.

С трудом соображающий Яго оценил путь, который ему надо было преодолеть, чтобы сесть в кресло, и путь до кровати, и предпочел последнюю. Кое-как доковыляв, он полу-прилег, боясь, что если ляжет полностью, его начнет мутить.

— Дай мне пустой стакан, — Яго с трудом выдавил из себя просьбу и зашелся от боли.

Поначалу, погруженная в свои страдания, Джельсамина не заметила состояние кузена, но постепенно его странное поведение привлекло внимание. Быстро поднеся кузену стакан, она с ужасом увидела, как он схаркивает в него сгустки крови.

— Создатель, что с тобой?

— Немного переборщил в дерзости, общаясь с Нифреей.

— Да, на нее это похоже, — усмехнулась Мина, взяв себя в руки, после того, как вспомнила сразу две вещи — ее кузен бессмертен и завтра они все равно все умрут.

— Мне плохо, поэтому рассказывай, когда успела оклематься.

— Да, я собственно, все время себя прекрасно чувствовала, — поморщилась Мина. — Убедить этих простофиль, что я пала жертвой всемогущей богини не составило труда. Картинно вывалилась через стену, выплеснула на себя побольше крови, нюхнула мнимой смерти, и вот я уже на краю гибели.

— Но ты же упала с такой высоты, я же сам видел глазами Дэймона!

— Не упала, а спланировала. Ты не забыл, что я умею планировать?

— А как же пробитая тобою стена?

— Ловкость рук и никакого мошенничества, — усмехнулась Мина, — стену пробила я сама, только не своим телом, а силой мамы. Создать у нашей самоуверенной красотки иллюзию, что она со мной справилась, было проще, чем выпить чашку кофе. Это бы и так произошло, только парой минут позже, а я поддалась и сделала это тогда, когда было нужно мне.