Клетка из слов - Уорд Катриона - Страница 8

– Осторожно, – привстает Нат. – Это подарок на день рождения. Папа иногда одалживает его, так что узнает, если он пропадет.

Мы швартуем лодку у высокой скалы, похожей на обелиск. Перед нами – узкий канал, окруженный валунами. Вода закручивается, поднимается к высшей точке и обрушивается вниз, как американские горки. В конце – темная расщелина в скале. Пещера.

– Папа показал мне эту пещеру, когда я был совсем маленьким, – говорит Нат. – Она вроде как особенная.

– Это безопасно? – меня с новой силой охватывает тревога.

– Мы были здесь кучу раз, – говорит Харпер. Ее взгляд сосредоточен на входе в пещеру.

– Но не в такую жуткую погоду, – неуверенно произносит Нат.

Харпер сначала смотрит на него с удивлением, а потом со злостью.

– Ну тогда оставайтесь здесь! – Прежде чем мы успеваем что-то сделать или сказать, она убегает навстречу бьющимся о камни волнам. Океан так грохочет в узком канале, что я даже не слышу плеска воды.

– Кажется, нам тоже пора, – замечает Нат и натягивает себе на голову широкую эластичную ленту. Спереди к ней прикреплен фонарик. – Не забудь нож.

– Но… – Нат тоже уходит. Я остаюсь в лодке один.

Делаю глубокий вдох, хватаю нож для устриц и выпрыгиваю. Вода кажется более холодной и соленой, чем в первый день. Она словно жестче и хлещет меня по лицу, как тяжелая рука.

Температура падает, когда мы заходим под каменистый свод, и звуки тоже меняются. Солнце играет на стенах и потолке пещеры. Она сужается и превращается в туннель. Мы идем друг за дружкой. Здесь чувствуется, как дышит океан; когда его грудь вздымается, нас подхватывает волна и бросает на стены, оставляя кровавые ссадины. Я поднимаю руку, но пальцы скользят по грубому камню над головой.

Бурный поток нежно приподнимает нас над землей. Начинается прилив, и вода прибывает. Я пытаюсь не представлять, как выглядят снизу наши маленькие ножки, пинающиеся в темноте. Узкий тоннель выходит в огромное гулкое пространство. Мы под самой скалой, и я чувствую вес породы над нами. Я почти ничего не вижу, но тут налобный фонарь Ната помаргивает и освещает все вокруг.

Пещера просто гигантская – она уходит дальше и дальше вглубь. А еще здесь очень шумно, как внутри заведенного двигателя. Над хлещущими волнами нависает большой камень. Сверху он плоский, и на него при желании можно встать.

– Давайте позовем ее! – кричит Харпер. Ее голос жутким эхом отражается от стен.

– Да! – орет Нат. Его голос полон неестественного оживления. – Пещера заполняется, – говорит он, подойдя ко мне. Его фонарь светит прямо в глаза и ослепляет. – Вода может подняться до потолка. Так что давай быстрее.

– Говори, что делать.

В темноте я различаю только сияющие щеки Харпер. Она подплывает поближе.

– Кто-то говорит, что это утонувшая девушка. Кто-то – что она всегда была здесь. Мы называем ее Ребеккой, но кто знает ее настоящее имя? Она попытается поцеловать тебя. – Лицо Харпер теперь совсем близко. – Если позволишь, этот поцелуй станет последним, что ты почувствуешь. – Ее дыхание заполняет мои ушные раковины и пронизывает каждый уголок тела. Несмотря на ощутимый перегар, оно разжигает огонь в паху. – Она обовьет тебя руками и утащит за собой, в холодные глубины моря. Ты утонешь, но с ощущением блаженства.

Здесь и сейчас, в холодной и темной морской колыбели, все это кажется реальным. Теперь я понимаю, что имела в виду Харпер, – что нужно отдаться этой истории. Я действительно ощущаю Ребекку внизу, под нами. И она ждет.

Нат заявляет:

– Я считаю, Уайлдер должен позвать ее.

Я не вижу выражения его лица. Голос у него дружелюбный, но от него исходит что-то еще.

– Почему? – спрашиваю я.

– Не хочешь?

– Я все сделаю. – Не хочу, чтобы Харпер заметила недостаточную отдачу с моей стороны.

– Забирайся наверх, тигр, – приказывает она. Я отдаю ей нож и подплываю к Нату.

Он помогает мне забраться на камень, который выступает над волнами.

– Я придержу тебя за руки, – говорит он, широко расставив ноги. – А ты наклонись над водой и расскажи ей свой секрет.

Нат сильно и крепко хватает мои руки. Я медленно опускаю голову, оценивая ситуацию. Руки, которые он держит у меня за спиной, сразу начинают неметь.

Над водой проносится голос Харпер:

– Ты должен рассказать секрет. Божество приходит только ради них.

– Но у меня нет секретов.

– У всех есть секреты.

Конечно, она права. Я могу рассказать один очень большой секрет. Тот, который я сам постепенно узнавал о себе весь последний год. На одну секунду меня охватывает сумасшедший восторг. Я сделаю это, – думаю я.

Не знаю, как это сформулировать. Эта идея совершенно нова для меня: я понял, кто мне нравится. Но они мои друзья, так что слова я подберу.

– Ладно, – кричу я Нату. – Опускай. – Я опасно нагибаюсь над водой, как нос корабля. Слышу, как Нат кряхтит от усердия, пытаясь меня удержать. Внизу, под блестящей поверхностью воды, я вижу острые камни. Внезапно я понимаю, что не могу пошевелиться. Руки заведены за спину, все мышцы и грудь горят.

Я забываю о секрете и обо всем на свете и просто хочу выпрямиться. Давление на легкие и ребра становится невыносимым. Мне тяжело дышать.

– Поднимай, поднимай! – задыхаюсь я. Вода бьет в лицо. Он хочет меня утопить, – проносится в голове.

– Вытаскивай его, Нат, вытаскивай! – кричит Харпер, как будто я уже под водой. – Это была дурацкая идея!

– Я пытаюсь! – орет Нат, но мои плечи выскальзывают у него из рук, а вода поднимается все выше. Она смыкается над головой, и в бок впивается острый каменный край. Море давит на меня, душит, как меня душили в школе, – оно как свитер, которым мне затыкали рот, чтобы я не кричал. Вода обжигает горло холодом. Я захлебываюсь и закашливаюсь, когда мне удается повернуть голову и вдохнуть.

Четыре руки шарят по моему мокрому телу; у Харпер хватка как у обезьяны, и она крепко впивается ногтями мне в плечи. Но я выскальзываю у них из рук и снова хлебаю полный рот холодной соли. Харпер и Нат кричат друг на друга: Я не могу его вытащить! Отпусти его! Камни!

Кто-то хватает меня сзади за шорты, выдергивает из воды и швыряет на узкую каменную платформу. На ней слишком мало места для нас троих, и Харпер сваливается. Нат покачивается, пытаясь удержать меня; я вцепляюсь в его влажную плоть и судорожно вдыхаю.

– Извини, Уайлдер, – твердит он мне прямо в ухо. – Извини.

– Вы меня сюда затащили, чтобы подшутить?!..

– Харпер должна была ждать тебя под водой. А потом выпрыгнуть и поцеловать. Предполагалось, что это будет шутка. Что…

– Не злись, Уайлдер, – кричит Харпер откуда-то снизу.

Я игнорирую ее.

– Я просил меня вытащить, но ты ничего не сделал. Я там так и висел, чуть не задохнулся! – слышу, как у меня изо рта выходят звуки. Я разбираю слова, но не могу уловить их значения. Во мне черными мощными толчками пульсирует страх и адреналин.

Я толкаю Ната, и мы оба падаем в темноту. Холодное море смыкается у меня над головой. Всплываю на поверхность и сразу слышу крик, он эхом отдается от стен и как будто отражается от воды. Сначала я вообще не могу понять, где верх, где низ и откуда доносится крик. А потом замечаю пляшущее на волнах солнце и узкую голубую полоску дня в конце тоннеля, так что начинаю быстро перебирать руками и ногами, стремясь к свету. Я слышу за своей спиной остальных. Шершавый свод пещеры теперь совсем близко к моей голове, и у меня нет пространства, чтобы крикнуть. Хватаю ртом воздух и задыхаюсь. И тут добираюсь до солнечной бирюзы. Харпер и Нат прямо за мной, они зовут меня, но я их не жду.

Поднявшаяся вода сузила пасть пещеры до тоненького полумесяца света. Мы едва успели. Я ныряю под воду и выплываю, а когда оказываюсь под лучами солнца, просто болтаюсь в воде, держась за покрытый ракушками камень, и теплый день ласкает мое лицо.

Мои мышцы как будто растворились и сами стали жидкостью. Я еле-еле выплываю и заползаю в лодку. Видимо, шок. Нат пытается помочь, но я отталкиваю его.