Мы Бреннаны - Лендж Трейси - Страница 23

В рассказе говорилось о парне, его ровеснике по имени Генри, которого донимали тяготы школы и ухода за хронически больной матерью. Генри был хорошим учеником и послушным сыном, но мечтал о свободе. По ночам, когда можно было отлучиться, он отправлялся на прогулки, раздумывая, а что будет, если он не вернется назад, просто пойдет все дальше и дальше. Дойти до следующего города, следующего штата, пройти по мостам и через туннели, через всю страну. Начать все с чистого листа, без всяких обязательств. На каждой прогулке у него рождался свой сценарий: восхождение в горы на Аляске, посещение лекций и семинаров в каком-то заграничном университете, океанское плавание под парусом. Мечты Генри были беспредельны. И все же всякий раз, когда прогулка подходила к концу, он радовался возвращению домой. Мимолетные побеги помогали ему ценить то, что у него было, людей, которые его окружали. Да, будущее виделось ему прекрасным, но ему было достаточно знать, что оно непременно наступит.

Дочитав последнюю страницу, Кейл не спешил поднимать взгляд. Стиль ее письма был легким, кое-где проскакивали шутки, и она прекрасно описывала мелкие детали. И он почувствовал, будто Санди заглянула в его собственную душу.

Боковым зрением он видел, как ее пальцы теребили уголки страниц учебника. Он поднял голову и увидел ее пристальный взгляд (при этом Санди грызла кончик ручки), который она тут же опустила в книжку.

– Ты… это… – Он кашлянул, избавляясь от кома в горле. – Это и вправду хорошо.

Она продолжала теребить уголки страниц.

– Спасибо.

– Я серьезно. – Хотелось сказать больше, откликнуться как-то по-особому, но ему никак не удавалось сложить свои впечатления в связанную мысль.

– Я должна кое в чем тебе признаться. – Она натянула рукава до кончиков пальцев, как делала это с самого детства. – Идею подал мне ты.

– Что?!

– Я знаю, что ты иногда прогуливаешься. Ночью. – Она торопилась объяснить: – Я случайно видела несколько раз, как ты проходил мимо. По аллее за нашим домом.

Он слегка распрямился, почему-то чувствуя, что попался.

– Ну да, в последнее время дома тяжело. Отец то и дело попадает в больницу, а сестры по очереди приезжают из Ирландии, чтоб ухаживать за ним. Иногда я иду гулять после того, как он ложится спать. Хочу глотнуть свежего воздуха.

Санди кивнула.

– Когда мне нужно подышать свежим воздухом, я сажусь ночью на заднее крыльцо. Так я тебя и увидела.

И все же он так и не понял, как она догадалась, о чем он думает во время прогулок. Может, он и не мечтал о великих странствиях, но в нем боролись два желания: с одной стороны, он хотел стать хорошим сыном, а с другой, он хотел знать, что не закончит как его отец – безвылазно сидя в Вест-Майнор. Он хотел обрести уверенность в счастливом будущем.

Кейл не сводил с нее глаз дольше, чем следовало бы. Достаточно долго, чтобы заметить легкую россыпь веснушек у нее под глазами. Санди играла ручкой, несколько раз моргнула, старательно отводя взгляд. Ей делалось неуютно от его внимания, и удивляться тут было нечему. Она жила с тремя братьями в доме, где мальчики (особенно один из них – Денни) занимали особое место в сердце матери, а отец вслед за супругой стал со временем чувствовать то же самое. Санди не читала его мысли, просто она и сама думала о том же, о чем и он. Кейл гадал, как много у них общего на самом деле? Десять лет он считал Санди младшей сестрой Денни, он знал, как она мила и умна, но родник его чувств к ней уходил гораздо глубже в его сердце.

– Не очень-то ты словоохотлив. – Она нарушила их молчание.

– Извини. Просто… – Он почесал голову. – Просто я никак не могу подобрать нужные слова. Но мне хочется прочесть рассказ еще раз. Дашь копию? – Кейлу казалось, что его отклик на ее рассказ выглядит убого и Санди может быть обидно потому, что ей все же хватило смелости с ним поделиться. Но ему нужно было время, чтобы осмыслить прочитанное. И похоже, что в их отношениях что-то основательно менялось.

– Конечно. Можешь себе эту оставить. – Санди забеспокоилась. – Надеюсь, ты не злишься. Может, мне следовало поговорить с тобой о рассказе до того, как я оправила его на конкурс, но я не думала, что выиграю.

– Я не злюсь.

– Точно?

– Точно.

Она облегченно вздохнула.

– Но, когда опубликуют твою первую книгу, тебе придется посвятить ее мне.

Она широко улыбнулась, и в ее освещенных солнечным светом глазах появилась радость. Ее улыбка была чистой и особенной, и со временем Кейл решил, что Санди одаривала ею лишь его одного. И в том момент совершилась небольшая, но мощная перестановка: Санди переместилась в его душе на первое место среди остальных членов семьи Бреннан.

– Ты сегодня рассеян, – заметила Вивьен.

Пару часов спустя Кейл с женой и сыном ужинали дома. Он попросил Пола остаться в пабе, когда в заведении будет много посетителей. Просидев два часа за пивом, утопая в лишающих покоя воспоминаниях, Кейл ничуть не желал возвращаться в паб. Да и стыд делал свое дело. Провести пропасть времени в мыслях о Санди – он воспринимал это как предательство Вивьен. Меньшее, что он мог сделать в искупление, это отправиться домой и поужинать со своей семьей.

– Прости. Просто тяжелый день. Как дела в саду, дружок?

– Хо’ошо. Мисс Мэгги читала о денежном де’еве. – Люк старался (и все никак не получалось) попасть в рот пластиковой вилочкой со спагетти.

Кейл забрал у него вилку:

– Это надо делать вот так. Накручиваешь макарошки покороче и подхватываешь. Ну-ка, попробуй сам.

– Папочка, а когда я опять буду с Молли иг’ать? – Щечки сына лоснились от пятен сливочного масла и тертого пармезана.

– Люк, – сказала Вивьен, – говори: играть. И ты же знаешь, что Молли теперь целый день в школе.

– Ага-а, но я долго ее не видел.

Это была правда. Молли с Люком всегда проводили много времени вместе – в доме друг у друга или пабе во время затишья, пока их отцы работали. Но они не виделись с того дня, как вернулась Санди. А Кейл уже почти месяц не был в доме Бреннанов.

– Я поговорю с Денни, – пообещал он. – Мы скоро сведем вас вместе.

Кейл помог Люку принять ванну, потом завернул его в одеяло («Туго-туго, как бу’итто в лепешку, папочка!»), лег рядом, обнял его одной рукой и прочитал сказку. Это было самое умиротворенное время за целый день, и оба они, отец и сын, уснули, не добравшись до середины книжки.

Кейла растормошила Вивьен:

– Иди в кровать спать. – Ей не нравилось, когда он засыпал с Люком, она говорила, что Кейл подает Люку плохой пример.

Он пошел за нею в спальню, изо всех сил постарался не проснуться окончательно, пока стягивал джинсы и рубашку, и рухнул на живот в постель, решив не чистить зубы – лишь бы поскорее снова уснуть.

Вивьен легла в постель рядом с ним.

– Что на работе сегодня было?

– Ничего.

– Вид у тебя был озабоченный. Даже расстроенный.

Сонливость улетучилась прочь.

– Да нет, я просто устал.

– Санди заходила в паб?

Глаза его распахнулись: попытка уснуть окончательно провалилась.

– Ненадолго.

Вив перекатилась к нему, положила руку ему на спину, легко царапая ногтями его кожу. Это больше походило на терку, чем на ласку.

– Просто я хочу знать, что с тобой происходит, – произнесла она.

На миг он хотел рассказать ей, что произошло: как Санди обвинила его в том, что он ее наказывает, как у нее хватило дерзости предположить, будто он шесть лет назад сделал что-то неподобающее. Но порыв тут же улетучился. Последнее, что надо знать Вив, это то, что Санди ввергает его в смятение. Если он ей расскажет, то оправдываться будет поздно, это все равно что бить в колокол на пепелище.

Он повернулся. Взгляд Вивьен был настойчив, и она не собиралась сворачивать этот разговор.

– Это все из-за нового места, – поморщился он. – Мы все ближе к открытию, потому нервничаем в последнее время. Вот и все.

Она изучающе вгляделась на него, пытаясь решить, на самом ли деле это так.