Не рухнул. Пол вокруг был изувечен лапами Стража. Видимо эта тварь пыталась добраться до каждого, кто появлялся в её поле зрения. Я сразу представил себе влюбленную парочку топов, которые мирно сидят на краю деревянной площадки и любуются гладью озера...а в паре сантиметров от них клацает зубами костяное чудовище.

— Прекрасная работа, — восхитился я.

Ощущение реальности этого места было просто невероятным. Множество деталей заставляли сразу поверить, что это место было тут всегда, а не появилось со стартом шестого сервера. Я даже топов с других серверов вспомнил, которых тут и в помине никогда не было. Очень здорово.

Я прошёл немного вперёд и неожиданно упёрся в очередной борьер. Такой же точно, как был снаружи. Нежить была заперта на коротком участке в два десятка метров. Наверное, чтобы не шастала где ни поподя. Да и...

Я обернулся и растерянно замер. Вдали виднелся прямоугольник выхода. Очень далеко. Но ещё дальше была деревянная площадка. Я едва её различал. Такие шутки с пространством иногда встречались в Прайме. Не сказать чтобы часто, но бывало.

И я точно знал, что идти назад придётся очень долго. Преломление работало строго в одном направлении. С чем это было связано никто не знал. Да и не стремился узнать, если честно.

В этот раз активировать руну не пришлось. Барьер открывался с помощью пары магических знаков, которые пропустить было практически невозможно.

Вместе с исчезновением преграды, исчезли все повреждения, оставленные Стражем. В сторону выхода унеслась зеленоватая волна, а далёкий квадрат солнечного света исчез за зелёной плёнкой.

Знаки на стенах осветили пространство вокруг. Я стоял посреди великанского коридора и опасался идти дальше. По крайней мере, изображённые на камне картины этого очень сильно не советовали делать.

Я знал массу способов найти нужную информацию в сложной ситуации. Одним из них было изучение декораций. Многие игроки пренебрегали подобными мелочами, пользуясь гайдами и подсказками более опытных товарищей.

Я начинал играть, когда всего этого не было. И ещё помнил те случаи, когда целый рейд из трех десятков игроков часами ползал вдоль стен покоев босса в поисках подсказок.

Сейчас я видел перед собой коридор в ад. Вернее в ту его часть, где хранились останки мертвецов. Игроки называли это место свалкой костей. Характерные изображения сообщали о том, что каждого разумного ждёт смерть. После смерти от него останутся определённые материалы, которые можно использовать для пользы хозяев этого места. И если любопытство заведёт тебя достаточно далеко, то ты очень быстро узнаешь все детали этого интересного процесса.

Схожие картинки я видел во многих локациях, где обитала нежить. Почти всегда там имелось какое-то древнее здание или руины, где можно было найти следы такой вот живописи. И почти всегда в месте наибольшего скопления изображений жили самые опасные твари. Вот только меня смущал один момент.

В идеале нужно было выйти из игры и поискать нужную информацию на форуме, но такой возможности у меня сейчас не было. Придётся потрошить собственную память.

Я подошёл к одной из стен и опустился на колено. На стыке с полом начинался костяной узор. Тут всё было стандартно. Выше шли изображения гибнущих людей и всяких тварей.

Рисунки располагались ярусами, которые разделял тот же костяной орнамент. Это были этапы подготовки и развития нежити. Их я уже видел.

Когда игроки впервые достигли пятидесятых уровней, был обнаружен склеп Костяного Лорда. Сильнейшего на тот момент босса Прайма. В его покоях мы провели больше суток и даже составили предполагаемое дерево развития всей нежити. Причём последние уровни нам удалось подтвердить только на Небесных Полях.

Вот только здесь информации было в разы больше. Над высшими видами нежити начинались картины жизни странных существ. То ли мёртвых душ, то ли прислужников бога смерти. Они проводили странные ритуалы, разбирали завалы костей и строили из них свои дома. А вся нежить им прислуживала.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})

Как на древних египетских фресках, размер имел решающее значение. Чем больше была фигура, тем важнее она была для создателя рисунка. И костяные лорды выглядели пылью под ногами этих существ.

Верхняя часть коридора была освещена значительно хуже. Я отправил Светляка, чтобы рассмотреть остаток рисунка, но он неожиданно потух на границе света. Намёк был вполне понятен и прыгать, чтобы рассмотреть всё поближе я не стал.

После бешеной гонки последних дней, я всё время ждал какого-то подвоха. Неожиданной атаки или активации ловушек. Очередного Стража, вылезающего из пола, наконец!

Но время шло. Я изучал рисунки, медленно продвигаясь вперёд. Вскоре стали попадаться более сложные орнаменты и новые персонажи. Последние защищали большие города от нашествия целого моря врагов. Непонятных, но крайне отталкивающих.

Неизвестный художник изображал противников единым морем из множества лап, пастей и рук. Кое-где встречались вполне человеческие головы. Сами герои чётко делились на несколько видов. Каждому соответствовал свой символ. Скрещенные кости, реберная решетка, череп, осколок бедренной кости...

Если проводить аналогию, то это было похоже на привычные мне знаки классов. В сознании уже какое-то время бурлили предположения о том, что администрация решила ввести в игру противоборствующую королю Прайма сторону. Очень глобально. Очень!

Это решение напрашивалось уже давно. Я не раз слышал разговоры, что пора ввести другие игровые расы. В большинстве игр это было одним из способов привлечения аудитории, но разработчики Прайма пошли другим путем. И вот теперь... Теперь я мог стать одним из первых игроков, кто познакомится с будущим обновлением. Наверняка, запрет на распространение данных о хомори был вызван именно нежеланием разглашать эти данные.

А Жилин хорош! Подготовить столько всего в тайне от общественности ещё нужно умудриться. Только выбор тестеров он странный сделал в итоге. Да и статистику надо было сразу брать шире...

За этими размышлениями я даже не заметил, как добрался до конца коридора и упёрся в глухую стену. Пустую, в отличии от всех предыдущих. В центре находилось небольшое углубление в форме трехпалой ладони. Во мне хватило энтузиазма, чтобы избавиться от рассудительных мыслей о возможных последствиях и уверенно приложить к этому замку руку.

— А может и зря я так, — невольно вырвалось у меня, когда рука намертво прилипла. Секунду спустя пришла боль, а потом я увидел, как кожа на кисти начинает обугливаться.