Избранные циклы фантастических романов. Компиляция, Книги 1-17 (СИ) - Юрин Денис Юрьевич - Страница 1129

На опушку рощи с противоположной стороны от дороги действительно выехали карета и четверо всадников в довольно приличной броне. Судя по гербу, белая лошадь на ярко-красном поле, изображенному на дверцах экипажа и одеждах слуг, уединиться пожелал какой-то граф. Палион поверхностно изучал Геральдику Лиотона и прилегающих королевств, но все-таки вспомнил, что белый цвет на родовых гербах могли использовать только дворяне не ниже графского титула. Герцоги и принцы предпочитали золотой, да и эскорт у них явно был бы побольше. Что же касается Вебалса, то он вообще не удосуживался забивать светлую голову подобной ерундой.

Карета остановилась, всадники слезли с коней и поспешно открыли дверцу, выпуская наружу двух молодых странников: мужчину в черном бархатном камзоле с кружевным жабо и привлекательную брюнетку в строгом дорожном платье, но все же с чересчур глубоким декольте. Прячущиеся в зарослях густой травы авантюристы удивленно переглянулись. Поведение парочки благородных особ показалось им более чем странным. Во-первых, с виду галантный кавалер не протянул даме руку при выходе из кареты, а во-вторых, быстро пошел, почти побежал в лес, подавая знак спутнице следовать за ним. Молчаливые стражники и флегматично взиравший с козел кучер остались при экипаже, а не последовали за исчезнувшими среди деревьев хозяевами.

«И что бы это значило? Если то, о чем я подумал, то почему не в карете… во время езды? Там так мило трясет и на кочках подбрасывает…» – предположил Палион и тут же получил от непоседливого колдуна острыми костяшками в бок. Подавая пример замечтавшемуся на отвлеченные темы товарищу, Вебалс по-пластунски пополз в направлении, куда удалилась странная парочка.

К счастью, обдирать о ветки да коренья и без того протертую до дыр куртку Палиону пришлось недолго, уже через тридцать шагов, точнее семьдесят восемь гребков руками, чуть правее от конспираторов стали доноситься голоса. Супруги, а может, и не связанные узами брака вельможи вдохновенно осыпали друг дружку словечками, которые не всегда услышишь и от опустившегося до самого нищенского дна пропойцы. У благородных особ все не как у людей, они не могут себе позволить оскорблять друг друга в присутствии низкородных слуг, и поэтому вынуждены, сдерживая клокочущий в груди гнев, пускаться на всякие глупые ухищрения; порой излишние, а порой и откровенно опасные.

– Еще раз и это последний… последний, когда я тебя спрашиваю по-хорошему! – бесновался мужчина, бегая вокруг дамы и яростно распинывая сучки. – Где ты была этой ночью, почему не открывала, дрянь?!

Разъяренный граф все бегал и постоянно дотрагивался до головы руками, как будто проверяя, не начали ли у него отрастать рога. Не ведая стеснения в эпитетах… ярких, сочных, красочных… он продолжал покрывать подол длинного платья жухлыми листьями и пронзительно верещать. Его спутница, наоборот, гордо хранила молчание, и лишь раскрасневшиеся под слоем пудры и румян щеки выдавали ее желание отхлестать распоясавшегося негодяя веером по лицу. Лежавший рядом Вебалс едва сдерживался, чтобы не покатиться с хохоту, так забавна и необычна была ссора светской львицы и благородного, но не очень довольного ветвистостью рогов оленя. Воистину огромный накал страстей по пустяковому поводу, искрометная лексика лиотонского простонародья, вылетающая из уст придворного шаркуна и прочие комичные своей несочетаемостью нюансы чуть не довели веселящегося Озета до грани безумия. Он даже набил рот сырым мхом, чтобы не рассмеяться и досмотреть до конца увлекательное зрелище.

– Замолчи, мужлан! – почти выкрикнула пытавшаяся сохранять достоинство дама. – Я же не спрашиваю, где ты пропадал три дня подряд?!

– Это когда?!

– Да за неделю до отъезда, как раз когда от нас уехали бароны Ансор.

– Я же уже говорил… были дела. Управляющий опять перепутал бумаги и…

– Старая песня и все о том же! Что ж, маразм стареющего слуги хороший повод, чтобы бросить жену и умчаться к крестьянским девкам!

– В Вионе, сколько раз повторять?! Я был в Вионе!

– Ага, ну, значит, к городским.

– Не уводи разговор в сторону, Карва! – прокричал во все горло волнующийся за свою честь муж и от пинания сучьев перешел к избиению кулаками деревьев.

– Карва, какое выразительное у дамы имя, – с выступившими слезами на глазах прошептал Озет, все-таки справившийся с неожиданным приступом смеха. – Остается лишь первое «а» на «у» поменять… и в самую точку!

Нахмурившийся, как грозовая туча, Палион чисто символически улыбнулся в ответ. Ему в голову пришла спасительная идея, и разведчик прикладывал все свои силы, чтобы ускорить процесс ее дозревания до стадии конкретного плана действий.

– Итак, все сначала! Где ты была этой ночью?!

– Да сколько можно, Данторо, это уже не смешно!

– А я и не смеюсь, как ты могла бы заметить! Мне совсем не смешно! – раскрасневшийся и запыхавшийся мужчина чуть не выпрыгнул с натуги из дорогого камзола. – Отвечай, мерзавка, почему к себе не пускала?!

– Не могу понять, что его больше волнует: неисполненный супружеский долг или наличие костяных наростов на голове? – прошептал Вебалс, уже уставший, уже не в силах смеяться.

– Ставлю на первое, – проворчал Палион, – хотя кто знает… не думаю, что его греет мысль, что неблагодарные потомки пририсуют к лошадке на его гербе парочку симпатичных рожек.

– Ладно, что делать-то будем?

– Не задавай лишних вопросов, просто следуй за мной и будь любезен, расчеши свои бакенбарды как можно грознее, – заявил Лачек и, не дав компаньону что-либо возразить, поднялся в полный рост, а затем вышел из кустов.

Появление на поляне двух небритых субъектов в разорванных одеждах не первой свежести произвело эффект разорвавшейся бомбы, хотя обомлевшие супруги, естественно, не знали, что это за предмет.

– Ну, что ж замолчал? Я бы на твоем месте продолжил расспросы, хотя вряд ли я когда-нибудь окажусь на твоем месте. Не имею дурной привычки на «карвах» жениться, – скаламбурил Палион, но кроме обнажившего за его спиной меч Вебалса никто не оценил его шутки. Ведь графская чета не знала, что следует заменить первое «а» на «у».

– Пшли вон, мерзавцы! – Благородный граф схватился за меч, но, взглянув на лесных разбойников повнимательней, тут же переложил ладонь с рукояти меча на раскачивающийся на поясе кошель. – Сколько вам нужно?!

– Естественно, все, – ответил Палион и мило улыбнулся напуганной даме.

Графиня была в шоке, именно по этой причине не закричала и не пыталась бежать. Не стоит и говорить, что гонки по пересеченной местности были бессмысленны. Длинный подол и отсутствие на плотно обтянувшем платье разрезов не способствовали быстрому передвижению. Забег закончился бы через пару секунд, еще до того, как дама успела бы поравняться с ближайшей сосной.

– Не наглей, у меня поблизости люди… – попытался перехватить инициативу граф. – Они…

– Они на опушке отдыхают, а мы здесь, – перебил его Палион и тоже обнажил меч. – Четверо наемников. Возможно, они хороши, но и мы не промах. Однако ни тебе, ни твоей женушке не увидеть нашего состязания на мечах. Я вас прирежу, как только раздастся первый писк. Ну что, благородный представитель рода белого мерина, хочешь проверить или поверишь на слово?

Конечно, с оскорблением древней династии Палион перебрал. Благородный граф раскраснелся пуще прежнего и, эффектно выхватив меч, шагнул вперед. Но потом благоразумие все же взяло верх над наследственной гордостью. Парадная, мало пригодная для настоящего боя железка шлепнулась в траву возле ног Палиона, а через миг возле нее появился и набитый золотыми монетами кошель.

– Правильное решение, – впервые заговорил скучающий на заднем плане Вебалс, но разведчик не дал компаньону перехватить инициативу и испортить задуманное.