Анархопокалипсис (СИ) - Штерн А. - Страница 184

— Ага, я тоже, — холодно подметила стоящая в дверном проеме гончая. — Сегодня на завтрак уныние?

— Да пошла ты! — пробубнила Нонна, уныло затягиваясь остатком косячка.

— Ясно, — Кристин безразлично пожала плечами и подошла. Бросив свой ранец у стойки, отметила, что, судя по количеству харчей, «мамаша-борделя» была здесь явно не одна. Усевшись напротив, она тяжело вздохнула и устало посмотрела на бармена:

— Привет, можно воды?

— С-сию м-мин-нуту! — оживился Рон, отправляясь холодильнику. — М-мяты?

— Нет, спасибо, — сухо ответила конопатая. Прикурив сигарету, она угрюмо покосилась на побледневшую Нонну. — А с тобой что?

— Хрена себе, выдра! — удрученно пробубнила медноволосая барышня, даже не глядя в сторону выскочки. — Слушай, ты же хотела на меня поработать?

— Уже передумала, — спокойно ответила Крис, принимая охлажденный стакан, который прижала к виску. — Спасибо, Рон.

— Да ты же и не собиралась, — Нонна иронично усмехнулась. — Вон, даже бинтов этих своих не сняла. Тоже мне! Ты что, девственница?!

— А тебе-то что?

— Да ничего. Первым делом надо было спросить, — вздохнула барышня, прикрывая веки с длинными ресницами. — А я «всё», старею, походу. Вот же дура! — угрюмо протянула она, осушив нетронутую стопку Уолтера с самогонкой, и снова бухнулась на стол. — «Афиша» полнейшая…

Игнорируя ворчание «маман», наёмница лишь холодно хмыкнула. Покуривая сигарету и продолжая протягивать ледяную воду из тонкой деревянной соломинки, она изредка оглядывалась по сторонам, прекрасно понимая, с кем именно Нонна могла сюда прийти.

— Порядок у вас тут? — невольно поинтересовалась Харенс, разглядывая раритетные бутылки за спиной у бармена.

— Аг-га! А г-где Р-райан?

— Не знаю, и знать…

Договорить гончая не успела: распластавшаяся сбоку Нонна с грохотом шмякнулась на пол вместе с табуретом, чем не на шутку напугала бармена.

— Voi vittu… — вздохнула Кристин, спокойно поднявшись с места. Склонившись над барышней, она аккуратно перевернула её на спину. — Кель, не стой столбом. Лучше принеси мне подушку, или сюда иди, — преспокойно произнесла девушка, прощупывая пульс и утирая платком валящую изо рта женщины пену.

— Ч-что?.. — замешкался Рон, тут же впадая в панику и застывая на месте.

— Сюда иди, я сказала! — недовольно Крис, вытаскивая фонендоскоп из сброшенной походной аптечки.

«Многовато экстренных случаев за последние сутки! — угрюмо подметила Крис, садясь прямо поверх подрагивающей барышни и нащупывая распухшие миндалины на шее Нонны. — Щас бы фиброскоп…»

— Что за, етить мой Иерихон Чингисхана, тут происходит?! — опешил подбежавший к ним Цербер. — Да рви тебя Гидра, если это не ты, валькирия! — возмутился тот, удивленно глядя на конопатую.

— О, прекрасно! — буркнула гончая, срезав ножом трубку стетоскопа, и натянула резиновые перчатки. — Сядь сюда, положи ей ногу под шею, и держи голову так, чтобы подбородок смотрел вверх, — бесстрастно приказала наёмница, доставая скальпель из баночки.

— Хера се, чайки-молочайки! — задорно воскликнул Уолтер, как-то легко выполнив просьбу выскочки без лишних вопросов и пререканий. Казалось, ему по-прежнему было безумно весело участвовать в чём-то непривычном и новом.

«Интересно, — мысленно отметила Крис, попутно обеззараживания шею и фиксируя правой рукой щитовидный хрящ. — У него всегда такая реакция на стресс, или он реально с отклонениями?».

Попутно нащупав левой рукой необходимую выемку, Харенс совершила небольшой надрез скальпелем. Мастерски провернув лезвие в бок, она аккуратно ввела в образовавшееся отверстие трубку фонендоскопа, в качестве канюли, и с силой прижала барышню к полу, придавив её руки своими коленями.

Спустя пару секунд, бронхи Нонны наконец-то расширились. Вздымая грудь, она тут же закашлялась, не выходя из полуобморочного состояния, и хрипло застонала, под натиском этих двоих.

— Воу! — задумчиво буркнула Харенс, попутного вводя ей какую-то внутримышечную инъекцию. — Она сама себя, случайно, анестезировала. — подметила рыжеволосая, поднимая угрюмый взгляд на завороженного процессией Цербера. — А ты — сиди как сидел.

— А? — опомнился тот, пожевывая губы и потирая локтем подбородок.

— Бэ! — передразнила выскочка, схватив Уолтера за руку, которую прижала к шее женщины. — Держи так, пока что. Если не хочешь, чтобы она откинулась.

— Будет исполнено, о наглая чупакабра из страшных зарубежных историй! — расхохотался здоровяк, однако заботливо придерживая трубку. — И что же случилось с моей несравнимой музой?!

— Острая аллергическая реакция. — сухо ответила гончая, поднявшись с полуживой барышни и попутно снимая перчатки. — Я ввела «антиаллерген», но она так обдолбалась, что вряд ли соображает сейчас.

— Аллергия? — удивился Уол и поднял взгляд на бармена. — А кто, транжиры-сатиры, пил из моей стопки?!

— А сам как думаешь? — ухмыльнулась Харенс, кивнув в сторону Нонны, после чего снова уселась за бар.

— М-м-м… м-м-мож-жет… к-клуб-бника?! — отозвался растерявшийся Кель, с силой выплевывая из себя эту фразу. Кажется, в себя он пришел только сейчас. Не смотря на такую курьезную ситуацию, все это время бармен стоял как вкопанный, даже не пытаясь помочь, или вмешаться. А когда увидел, что Уолтер кого-то послушал, и вовсе выпал в осадок, поняв: дело дрянь. Цербер не слушал даже самых громких ораторов.

— Шо? — удивился Уолтер и краем глаза покосился на Рона, одарив того хмурым, презрительным взглядом.

— Л-ложка с-суш-шки, д-для в-вкус-са. К-как т-т-ты л-люб-бишь.

— У неё на эти ягоды аллергия? — недовольно проворчала Кристин.

— Малейшего капитанского понятия имею! — расхохотался страж, однако стараясь не шевелиться и придерживая Нонну. — Меня больше интересует другое совсем, о огненная Андраста![1] Дальше-то что?

— Как что? На носилки и в госпиталь, — скуксилась гончая, глядя на истлевшую в пепельнице доанархическую сигарету. — Я сделала элементарную коникотомию, но это крайняя мера. Давайте быстрее, пока она опять не опухла!

— Ля, скала! Эверест! — расхохотался здоровяк и мотнул головой в сторону ребят, сидящих за общим столом. — Герои! Вы слышали клич нашей бессердечной фурии? Вперёд, за ложем израненных!

— Вот же заколебал, грёбанный шизоид! — зашумели наёмники, покорно удалившись на улицу.

— Своей собственной! — ворчливо хмыкнула Харенс, демонстративно задрав нос и затягиваясь очередной сигаретой.

— Н-нон-на к-ка-ак?

— Хреново, — спокойно ответила гончая. — Воспаление сходит, но, без должной трахеотомии, ей всё равно пиздец. Я могла бы тупо заклеить рану пластырем, но это форменный идиотизм.

— Чо? — Уолтера чуть не порвало от смеха. — Трахе-что?! У-у-у тысяча напней!

— Смешно трындец! — буркнула Крис поднявшись со стула и оставив на барной тумбе пару листов бумаги. — Я лучше промолчу о том, как называется набор экстренной помощи в таких ситуациях, — пробубнила рыжеволосая, направляюсь к выходу.

— Постой-постой! — утирая слёзы скомандовал Церб. — Нонна единственная шарит в этих ваших «конях» и «трахах»! Это ей что — звездный конец наступил?

— Вы что, серьёзно? Не слишком ли много происшествий за последние сутки?! Может мне в добровольцы вне очереди записаться?!

— Чего?

— Да ничего, забей. Займусь за достойную плату! — раздраженно фыркнула девушка, сокрушенно завалившись обратно за стойку.

— Да я тебе всем, чем только захочешь заплачу! — важно насупился Цербер, указывая пальцем на «завтрак». — Кабанчика будешь?

— Го-оспо-оди… — обессилено протянула Харенс, и так же безутешно распласталась на стойке. Она могла бы воспользоваться этим, чтобы её больше не называли Мнемозиной, но решила не нарушать сделки, о которой никто не должен был знать. — Рон, шибани мне виски. Двойной! Может и зря с этим козлом не пошла?.. — угрюмо пробубнил она, вспоминая, как послала Вэнса куда подальше, стоило им пересечь ворота этого злополучного города.