"Фантастика 2023-143". Компиляция. Книги 1-21 (СИ) - Алферов Всеволод - Страница 1240

Сотканное из грозовой тучи нечто снова приобретает свою зыбкую и нечеткую форму, и на землю падает женское тело, испещренное зияющими ранами.

В этот же миг все мертвые, что как-то еще пытались двигаться, замирают, и на этот раз – навсегда.

Медленно, словно опускающийся на траву рассветный туман, облако ложится на землю, вытягиваясь и меняясь, пока передо мной не оказывается знакомое лицо.

На губах островитянина застыла полуулыбка, а глаза плотно закрыты. Кажется, что он всего лишь крепко уснул, но сквозная рана в груди, там, где должно быть сердце, с торчащим из нее обломком копья не оставляет никаких иллюзий.

Мы победили.

Но мой наставник, друг и брат мертв.

И это – моя вина.

Глава 16

О мести, девичьей чести и овцах

Как мне потом пересказал Альвин со слов находившихся рядом солдат, я просто легла на землю рядом с островитянином, прямо на останки чужих тел, и сказала, что очень устала.

Он же сказал, что для меня и Харакаша сделали носилки из алебард и тут же снятых сюркотт, и храмовники, превратив ближайший шатер в полевой лазарет и одновременно покойницкую, поставили рядом с телом островитянина караул. Сказал, что когда с меня сняли кирасу, то там было столько крови, что никто не знал, почему я до этого момента вообще оставалась живой.

Смутившись, что явно чувствовалось по голосу, Альвин также сказал, что ответственный за мое раздевание и оказание мне всей возможной помощи храмовник вместе с остальными храмовниками, что видели защитницу веры без одежды, ждут, когда я смогу принять их для покаяния.

– А еще, – после непродолжительного молчания снова заговорил мой оруженосец, – пришло письмо из замка от короля. Я прочитал бы, но не могу открыть.

Он явно ждал моей реакции.

А я…

– Дай. – Я протянула руку, и он, встрепенувшись, вложил мне в ладонь запечатанный сургучом тубус. Мои пальцы кольнуло, перед глазами встал образ отца, который тут же истаял. Я наклонила ладонь, позволив пеналу из кожи скатиться на кровать. – Читай.

Осторожно сняв крышку, Альвин развернул сложенный пополам лист бумаги. Пробежал взглядом по строчкам, едва слышно вздохнул, потом поднял на меня глаза и вздрогнул, поняв, что я все это время смотрела на него.

– Читай, – с нажимом повторила я, и он подчинился:

Альвин снова набрал воздуха в грудь, но, дернув глазами из стороны в сторону, ничего не сказал.

– Читай до конца.

– Это конец. – Я встретилась взглядом со своим оруженосцем. Он, не выдержав, отвел взгляд и снова посмотрел на письмо:

«В столице отвратительная погода для прогулок, но отменная для рыбной ловли. Когда вы вернетесь, я предлагаю нам порыбачить на озере. Харакаш – прекрасный рыбак, главное, никогда не спрашивать его про острозубок».

– Теперь все.

– Хорошо.

Альвин аккуратно сложил письмо обратно в тубус, закрыл его крышкой и положил возле прикроватного столика.

Некоторое время мы сидели в тишине. Я, закрыв глаза, слушала звенящую пустоту в собственной голове. Альвин… наверное, тоже что-то слушал.

– Тебе надо больше есть, – прервал молчание мой оруженосец, выполнявший сейчас по совместительству не только роль телохранителя, но и няньки.

– Хорошо.

– Эва…

В дверь постучали. Альвин, поправив одеяло на кровати, подошел к двери и, приоткрыв ее, о чем-то тихо переговорил с пришедшим. Я не прислушивалась, мне было неинтересно.

Я думала о том, как именно граф Стефан должен умереть.

– Ваше высочество, храмовники… – Альвин обернулся ко мне от дверей, и я шевельнула кистью, лежащей поверх одеяла.

– Защитница, – сказали они отчетливо, но тихо, опускаясь перед кроватью на одно колено. Альвин вышел, прикрыв за собой дверь. Как и в прошлые разы, он следил, чтобы никто не подошел к двери в то время, пока я принимаю храмовников.

– Встаньте. Нашли? – Я приподнялась на подушках, впервые за день чувствуя что-то похожее на интерес.

– Нет. Граф дружелюбен и кажется открытым, радеющим за королевство человеком. Но мы нашли свежую кладку в подземелье. А в правом крыле, там, где кабинет старого герцога, в день сражения на холме случился пожар, сгорела большая часть библиотеки и множество ценных бумаг, как сам граф изволил выразиться.

– Какое удивительное совпадение. – Снова откинувшись на подушки, я прикрыла глаза. Шел третий день, как я находилась в замке Фиральского герцогства. Никто, кроме Харакаша, не знал, что Стефан напрямую связан с произошедшим сражением, потому Бернард и храмовники отвезли меня сюда, в ближайшее место, где мне можно было обеспечить должный комфорт. Граф Стефан, конечно, никак не мог бросить «дражайшую принцессу, бывшую мою возлюбленную и невесту» и любезно предоставил все необходимое. Когда Альвин озвучил сии эпитеты, я едва удержалась от самой грязной ругани. Большое достижение, если вспомнить, что я ответила мгновением раньше, узнав, где нахожусь.

– Если вы уверены, что он виновен, почему бы его просто не… – Приоткрыв один глаз, я с легким интересом посмотрела на предлагавшего это храмовника, вспоминая его имя.

– Видишь ли, Генрих, я всецело поддерживаю твое предложение. Только вот Стефан лицо светское, как и я. И заинтересованное в делах герцогства, опять-таки, как и я. И стоит мне его осудить по законам веры, как наш любимый герцог Оташский спросит, по какому праву я, принцесса, убиваю неугодных мне верных вассалов короны.

– Может быть, и его тоже… – неуверенно высказался Генрих. Я тихо хохотнула, оценив настрой храмовника.

– Обязательно и его тоже, но не сейчас, позже.

«Вы все ответите мне за то, что случилось там, на холме», – пообещала я сама себе.

Храмовники почтительно склонили головы, но уходить не собирались.

– Что-то еще?

Стоящий с правой стороны от Генриха парень кивнул и вытащил из поясной сумки небольшой кожаный мешочек. Подойдя, он вложил его мне в руку и снова отошел на почтительное расстояние, ничего не говоря.

Распустив завязки, я перевернула мешочек и вытряхнула на ладонь его содержимое.

Маленькая, вырезанная из кости бусина, в которой узнавался поднявший четыре из восьми щупалец осьминог. Широкая, с крупным завитком морская раковина, темно-серая, почти черная, с нежным перламутровым нутром розоватого оттенка. Потертое серебряное кольцо на мужскую руку с непонятными мне надписями по внутренней стороне.

– Что это? – Я катаю пальцем осьминога по ладони, не поднимая глаз на стоящих напротив мужчин.

– Мы написали в крепость письмо и обратились к магистру, как к самому сведущему из нас, с просьбой сказать нам, как проводить мастера меча в последний путь. Он сказал, что при мастере меча должен быть небольшой мешочек с вещами, которые необходимо вернуть в родные земли, если это возможно, и передать в семью. Мы подумали, что для вас будет важно заняться этим, когда все кончится, – смущенно закончил Генрих.