"Фантастика 2023-142". Компиляция. Книги 1-19 (СИ) - Брай Марьяна - Страница 1170

— Что ты тут забыл? — повторил Торос.

— Водички хотел, — просипел я. — Жарко… думал, тут есть кто, попрошу…

Ненадолго воцарилось напряженное молчание. Я краем глаза заметил, что Безликий и командир переглянулись. Странно, но показалось, будто между ними идет беззвучный разговор. Тени и отблески выражений стремительно менялись в глазах Нумерия: злость и раздражение, потом — сомнение, легкое удивление… словно каратель сказал: «Верно, людям надо пить…» А Торос огорчился: «Да, не учел…»

Командир жестом приказал Безликому убрать меч, с неприязнью произнес:

— Здесь нельзя ходить, воин. Лагерь только построен, тут… много специального оборудования.

— Простите, — покаялся я. Хотел добавить в голос жалобных ноток, но вовремя остановился. Все время забываю, что не зеленый юнец, мужик в сединах. — Больше не повторится.

— Надеюсь, — хмыкнул Нумерий. Развернулся, указал на площадку: — Твоя очередь сражаться, воин.

— Без проблем, — кивнул я. Стараясь не делать резких движений, отстранился от карателя, неторопливо пошел прочь от казарм. Через секунду услышал за спиной шаги, мысленно выругался.

Я на ходу прокрутил в воображении момент обнаружения, попытался вспомнить ощущения. Но тут по плечу хлопнули, в непосредственной близости раздались азартные крики, топот, гиканье. Я с удивлением понял, что рядом стоит Магнус, а напротив — Эрик, на заднем фоне — множество воинов, всполохи металла, угрюмые и любопытные лица.

Рыжий громила ухмыльнулся и подмигнул, легко подбросил и поймал секиру, пробасил:

— Не повезло тебе, паря. Что ж, попытаюсь бить аккуратно.

И прежде чем я сумел что-либо сообразить, сбоку раздалось рявканье десятника, Выбей Зуб метнулся навстречу.

Спасла расслабленность и то, что детина просчитался с расстоянием — я, баран, обязан был отступить. Перед глазами ослепительно полыхнуло лезвие, ушло в сторону, а в челюсть угодила рукоять. Сочный хруст, казалось, прозвучал в самой голове. Вспышка выжгла глаза, мир разлетелся сотнями зеркальных осколков. Краткий полет — и в спину вонзилась твердая горячая земля, меня распластало как лягушку, перевернуло.

С трудом поморгав, я обнаружил перед носом белые осколки в грязновато-багровой кашице. Язык оцарапало, до меня дошло — зубы… мои зубы… Лицо горело огнем, по подбородку хлестало горячее и густое, а в глазах двоилось. Мрон, соответствующая кличка у мужика!..

Бешенство упругим мячиком ударило в ребра, гул в ушах сменился ревом, а браслеты на запястьях похолодели. Я заметил сбоку тень, с трудом откатился… Вовремя. Сверкающее лезвие выбило фонтан пыли и мелких камешков, чуть задело волосы. Извернувшись еще раз, ударил ногой в коленную чашечку. Услыхал болезненный вопль и мгновенно кувыркнулся, вскочил.

Удивительно, но пинок словно и не отразился на могучем варваре. Перед глазами сверкнула молния, я кое-как парировал. Руки отсушило в суставах, пальцы начали слабеть. Второй всполох — и с тем же результатом… Однако третий выпад я успел предугадать, интуитивно рванулся вперед и вправо. Эрик сообразил вовремя, с несвойственной для такой туши резвостью изменил траекторию секиры. Но я сумел… ободрал щеку и больно ударился плечом, с трудом протиснулся под мышкой великана. С полувыдохом выбросил меч в сторону и на пределе сил шагнул вперед…

Послышался странный звук, напоминающий хруст сухаря под острым ножом, кисти чуть не вырвало из запястий. Но я нажал сильнее. Раздался тяжелый удар и рев, они быстро сменились хрипением. Преграда исчезла, навстречу стремительно помчалась испятнанная кровью и истоптанная земля. Я с трудом оттолкнулся ногами и едва погасил инерцию — глупое тело рвалось довершить начатое, на обратном замахе снести голову врагу.

«Успокойся, — зашелестело в мозгу. — Успокойся, Эск… не позволяй Зверю вырываться наружу».

Горячее дыхание жгло глотку, пот заливал глаза. Меня подташнивало, мир вокруг плавился и постоянно менял очертания как кусок сыра в поддувале. Но постепенно из мглы явились очертания подворья, казармы и стена частокола. Рядом сидел на коленях бледный как смерть Эрик, зажимал бок. Но из-под пальцев все равно сочилось алое, обильно орошало пыльную землю. Выбей Зуб кривился, тихо пыхтел. Меч вспорол старый панцирь веринга как гнилой орех, глубоко вошел в плоть. Важных органов не достал, но разрезал пару ребер.

Я качнул головой, осторожно потрогал щеку. Три зуба в мелкие крошки, да еще синяк на полморды как минимум. Последнее мелочи, а вот зубы растить неприятно, дикий зуд обеспечен… Но исход мог бы быть и хуже.

Голова опять закружилась, лица воинов и здания смазались. Я поморщился, шатко направился к краю площадки. Но не сделал и пары шагов, как меня нагнал холодный, полный презрения голос легата:

— Стой, воин! Ты не доделал дело.

Нумерий сложил руки на груди, деревянно улыбнулся и указал на потомка северян.

— Ш-ш-то? — устало поинтересовался я.

— Добей.

В первый момент показалось, что легат издевается. Но затем я наткнулся на ледяной взгляд изумрудных глаз, вздрогнул. Нет, говорил серьезно… более чем. Но зачем? Смысл убивать и так поверженного противника?..

— Заш-шем?..

— Ты должен беспрекословно выполнять приказы командира, — сухо ответил Нумерий. — Мне нужна твоя верность, воин, способность идти до конца, даже если считаешь повеления жестокими или несправедливыми. Или ты с нами, или убираешься к демонам! И вас это тоже касается… теперь каждый поединок — насмерть!..

Взгляд легата облетел разом притихшую толпу солдат, в зрачках полыхнул фанатичный огонь. Люди… неробкие, далеко не невинные, устрашенно подались назад, стали переглядываться. Лагерь огласил глухой ропот. Но к моему изумлению, ушли лишь трое или четверо. Остальные колебались, мотали головами и жарко спорили друг с другом — жадность пересилила и страх смерти. А еще надежда… авось повезет, авось умение не подведет.

Короткая вспышка изумления сменилась тяжелым гневом. Я глянул на истекающего кровью, но пришедшего в себя и не на шутку испуганного Эрика… «Всего лишь смерть другого человека за возможность узнать великие тайны, — мелькнула яркая мысль. — Всего-навсего, не больше… и ты убивал не раз, Эскер, совесть давно спит. Перережь горло и иди дальше, втирайся в доверие…»

Выдержав короткую паузу, я посмотрел легату прямо в глаза и раздельно сказал:

— Иди к демонам.

Ноги сами собой понесли к воротам. На пути торопливо расступались, смотрели вслед с неодобрением, некоторые — с насмешкой. Но люди молчали… и слава Творцу, поубивал бы тут же. Лишь у самого выхода меня нагнал Магнус, схватил за плечо:

— Лохматый! Ты не можешь…

— И ты иди в задницу, Шут.

— Ты не понимаешь, старый друг! — торопливо произнес центурион. — Нам правда нужны солдаты… верные, сильные. Мы идем не в простой поход и не против обычного врага. А я знаю тебя, дрался рядом… и доверяю.

— Если бы доверял, рассказал бы, что тут происходит, — прохрипел я.

На лице Магнуса отразилась внутренняя борьба, сомнения. Глаза забегали, и мне снова показалось, что от парня веет морозцем. Ори с сожалением развел руками, отступил:

— Не могу… Тайна.

— Понятно, — отрезал твердо. Обогнул телегу с ранеными и мертвыми, решительно вышел на дорогу.

— Я могу рассказать, только если ты пройдешь экзамен, — крикнул вслед Магнус. — Приходи завтра, справься с собой. Отборочные поединки будут длиться еще пару дней, потяну время. Порой надо делать то, что неприятно… когда выбора нет.

— У меня есть выбор, — шепнул я. — Есть.

Глава 10

Путь до столицы занял достаточно много времени. Половину преодолел почти бегом. Мчался, задыхаясь от бешенства и ненависти, плевался и рычал как берсерк. В солнечном сплетении периодически возникало жжение, Гасители Дара казались кусками векового льда. Но когда впереди показались первые квадратики полей, внезапно накатила вяжущая усталость, боль прорвалась к разуму. Я споткнулся на ходу и недолго думая рванул в ближайшую низину. Отыскал ручей, сунул разгоряченную голову в холодный поток. А затем с полчаса катался по траве как припадочный, завывал и бился о горячую землю.