"Фантастика 2023-121". Компиляция. Книги 1-25 (СИ) - Ткачёв Сергей Сергеевич - Страница 1453

Как–то раз меня поймали в лесу охотники. Они зарабатывали на жизнь тем, что добывали мясо и шкуры, а потом сбывали их в ближайшем городе торговцам. В тот раз они громко жаловались, что в последнее время зверь из этих мест ушел, и именно в этот момент им попалась я.

– Это из–за тебя проклятье пало на нашу благодатную землю, и все звери мигрировали на север.

Сказал один из них, ударяя меня носком сапога под ребра. Я уже давно привыкла к побоям, но боль все равно была довольно сильная. Стараясь не издавать лишних звуков, я ждала удобного момента, чтобы убежать, вот только он так и не подвернулся.

– Смотри Кейдж, у нее в сумке какие–то травы. Может вместо шкур, попробуем продать их в городе?

– И то верно. Слышишь девчонка, мы забираем траву в качестве компенсации!

Сказав это, он еще пару раз ударил меня ногой, и они ушли в сторону деревни, оставив меня в одиночестве кашлять кровью. В этом мире проживает большинство таких людей как Кейдж, которые получив чуточку силы, тут же применяют ее на тех, кто слабее. Но я давно уже сроднилась с болью, а жестокость стала моим лучшим другом. В такие моменты я успокаивала себя словами, что ради бабушки я смогу вытерпеть все что угодно. Банде Кейджа, похоже, неплохо заплатили в городе за мои травы, потому что буквально через два дня они нашли меня в том же лесу, и снова избив, сказали, чтобы я приносила теперь им такое же количество, которое они у меня отобрали, каждые пять дней. Теперь все мое время стало уходить на собирание трав. Дома я успевала лишь поспать кое–как и перекусить тем, что готовила бабушка. Но даже так, ей я всегда старалась улыбаться и на вопросы о своем самочувствии отвечала – превосходно.

Запросы уже бывших охотников постоянно возрастали, и когда я уже стала не справляться с работой, они попытались меня изнасиловать, сказав, что это компенсирует им финансовые потери. Тогда я не сдержалась и сожгла их, оставив лишь горстку черного пепла. В ужасе думая, что же теперь будет со мной и бабушкой, я напрочь забыла о своих обязанностях и прибежала домой. В деревню в этот день прибыли какие–то странно одетые люди. Они были в светлых балахонах и с цилиндрообразными шапками на головах. С ними так же пришло двое закованных в блестящие доспехи воинов. Они объявили мою бабушку еретиком, использующим темную магию, и собирались казнить ее, отрубив голову у всех на виду в центре деревни. На все замечания местных жителей о том, как же им теперь лечить свои болезни, они говорили, что в ближайшем городе открылся храм церкви пяти начал, и что все могут там вылечиться за небольшую плату в виде пожертвования на его развитие. Доводы о том, что город очень далеко, а население деревни бедное и живет лишь за счет земледелия, их не волновали. Не знаю, что меня побудило к использованию магии. Вид находящегося на краю гибели родного человека или то, что я уже познала вкус убийства, но так или иначе, я снова это сделала. Призвав все таящиеся внутри меня силы, я в буквальном смысле устроила на деревенской площади огненный шторм, пламя от которого поднималось выше крыш домов. Местные жители в панике разбежались, бросившиеся ко мне рыцари сгорели прямо в своей броне, вместе с несколькими священниками. Я не контролировала свою магию, да и не знала, как это делается. После своего спасения, бабушка дала мне какую–то старую книгу и сказала, что это моя награда. В ней находятся основы магии огня, и раз мои силы уже проснулись, то мне следует ее изучить. Местные очень сильно разозлились на нас за убийство церковников и, ворвавшись ночью в дом, убили бабушку, отрезав ее голову, а меня попытались пленить и сдать церковникам, в качестве основной преступницы, напавшей на их священников.

Увидев, как умирает единственный в этом мире человек, который относился ко мне хорошо, во мне что–то сломалось. Все остальное происходило будто бы во сне. Крики боли сгорающих в огне жителей деревни казались музыкой для моих ушей. Наутро на месте бывшего поселения не осталось ни одного целого дома. Я осознала себя стоящей посреди этого пепелища, сжимающую в руке подаренную бабушкой книгу. После этого я ушла в лес, и использовала для жизни землянку охотников. Прибывший карательный отряд церковников решил, что все погибли в пожаре устроенном мной, и не стали продолжать расследование. А я же следующие два года практиковалась в магии и выживала в лесу как могла, питаясь в основном ягодами, фруктами и редкими убитыми с помощью своих навыков животными. Для человека, проведшего в лесу половину жизни, выжить в нем не проблема. Изучив досконально подаренную книгу и основательно повысив свой контроль в магии, я смогла отправиться в город, чтобы покарать виновников моих бедствий. Все это время чувство мести буквально выжигало меня изнутри. Успешно преодолев двухметровую изгородь, я ночью напала на местный храм и сожгла всех спящих прислужников этой жестокой веры. Использовав всю свою ману, я до основания разрушила эту обитель боли и страданий, после чего меня, зашедшуюся в диком припадке смеха и схватили местные стражники. Нацепив на меня рабский ошейник, который без приказа запрещал мне использование магии, они отдали меня прибывшему из другого города отряду церковников, которые вместо казни повели меня к огненной горе. К тому моменту я уже успела узнать из книги, что именно к народу, проживающему там, восходит моя родословная. Возможно, они хотели убить меня именно на земле моих предков. Эта гипотеза вскоре и подтвердилась. Ужасная серебристая вода, медленно приближающаяся к телу, растянутому в какому–то ритуальном круге, была тому лишним доказательством. Ну и пусть, я ведь отомстила, а значит, прожила свою жизнь не зря. Единственное о чем жалею, так это о том, что не могу отправить еще хотя бы нескольких церковных ублюдков на тот свет. Обратно в лоно их жестоких богов.

Действительно, собаке – собачья жизнь.

***

Расстояние до паладинов было около пятнадцати метров, его я смогу преодолеть за один прыжок. Быстро справится со всеми, мне не удастся, за это время элементаль сможет поглотить хоть десять уготованных ему жертв. Нужен другой план. Недавно я хорошо использовал природный ландшафт и обитающих рядом хищников для устранения подобной группы. Возможно, здесь удастся сделать что–то подобное. Главное, задержать их на какое–то время, и когда расправлюсь со священниками, отвлечь внимание вышедшего из–под контроля элементаля на себя. Раз он относится к стихии воды, то буду применять то, что мне удается лучше всего.

Сосредоточившись сначала на магии ветра, я одним прыжком преодолел более двадцати метров и приземлился точно на край каменной чаши, рядом со священниками. Развернувшись лицом к ошарашенным паладинам, я прямо перед ними призвал огненную стену. Наряду с огнешарами и струей огня это заклинание мне удавалось очень хорошо и не требовало какого–то длительного времени для активации. Повернувшись обратно к колдующим священникам, я выхватил свой меч и первым же ударом разрубил напополам стоявшего ближе всех ко мне светлого эльфа. Заполняя меч магической энергией, я делаю его тяжелее, и одновременно с этим так же повышается прочность оружия. Благодаря такому навыку, можно во много раз увеличить мощность своей атаки. Конечно, мой нынешний меч не идет ни в какое сравнение со священным мечем, выданным мне церковью перед войной. То была настоящая реликвия древних. К сожалению, когда я вернулся в зал, где произошла наша финальная битва, залечив все свои раны, меча там уже не было. Вероятнее всего его забрала церковь вместе с фальшивым телом Владыки темных. То оружие, которым я пользуюсь сейчас, я взял в комнате старика, оно так же относится к типу магических мечей, но чтобы провести атаку я наполняю его магической энергией прямо перед самым ударом, потому что оно не способно надолго задерживать в себе ману. Из–за этого мои затраты магической энергии в разы увеличиваются. Я потратил почти год на тренировки, чтобы привыкнуть к нему.

Два других главных заклинателя так же становятся моими жертвами в следующую секунду. Паладины, кажется, пришли в себя и стараются преодолеть стену огня, но она уже выполнила свое главное предназначение – подожгла перекинутый от берега к чаще мостик. Пять метров в тяжелых доспехах не преодолеть по воздуху, и в воду они тоже не сунутся, так как, по сути, это препятствие является глубоким рвом с вертикальными каменными стенами. Свита мертвецов так же опомнилась и начинает творить какую–то магию. Прекрасно, струя огня накрывает всю их группу. После этого я, не прекращая действия заклинания, направляю его в спину уже практически подошедшему к жертве элементалю. Не знаю, как на самом деле кричат одухотворенные стихии, и есть ли у них вообще какие–то чувства, но этому серебристому товарищу явно не понравилась моя атака. Развернувшись ко мне лицом, он тут же выпустил струю воды из своего тела, которая трансформировавшись в руку, попыталась меня схватить. Увернувшись от нее, я повторил свое заклинание и, применив пространственную магию, прыгнул прямо на паладинов. Из тела элементаля сформировалось еще три руки, которые со скоростью молнии устремились за мной. В этот раз я не стал уклоняться и позволил им пройти сквозь меня. Вода, пущенная с такой скоростью, будь она серебристая или обычная прошила тела паладинов насквозь, вместе с их хваленой броней. Это вам не мифриловые доспехи, которые носят только элитные части гвардии. Поняв, что снова промахнулся, элементаль перетек через каменный борт чащи и, преодолев ров, ринулся в лобовую атаку. Тут уже под раздачу попали все остальные паладины. Поняв, что против такого монстра им не выстоять, они стали разбегаться в разные стороны, но атаки элементаля были намного стремительнее. Лишившись контроля, он больше не отличал своих от чужих, атакуя всех подряд.