Девочка-лиса - Грюнд Мария - Страница 13

Судден кладет на стол перед ними фотографию. На ней нож в пакете для вещдоков. Широкое лезвие из нержавеющей стали вдоль обуха густо измазано кровью.

– Ты была права, Санна, –  произносит он. –  Преступник вышел через заднюю дверь. Вот это лежало под живой изгородью между их садом и соседским.

Санна светится от радости.

– Сколько времени займет экспертиза?

– Надеюсь, не больше пары дней.

– Знаешь, что это за нож? Что можешь о нем сказать?

– Охотничий нож. Нержавеющая сталь. Ручка деревянная.

– Модель? Марка? Можем проверить по магазинам.

– Магазины вам не помогут. Тем более что он не новый. Я бы предположил, что ему лет пятнадцать-двадцать, если не больше.

Эйр рассматривает фотографию. Под подтеками крови она различает какой-то черно-зеленый налет.

– Так ты и есть новый Бернард? –  Судден с улыбкой протягивает ей руку.

– Эйр Педерсен, –  отвечает она, не поднимая на него глаза. – А это что?

Эйр указывает на фото.

– Водоросли, я так думаю, –  отвечает Судден. –  Посмотрим, какой ответ даст экспертиза, но подозреваю, что он долго хранился на улице, прежде чем им воспользовались.

– Если это водоросли, значит, преступник держал его где-то рядом с морем?

– На этом острове все рядом с морем, –  отвечает Судден с улыбкой.

Бернард берет фотографию и закрепляет ее на доске под фотографией Мари-Луиз Рооз.

– А больше хороших новостей у меня нет, –  добавляет Судден. –  Мои ребята собрали отпечатки, образцы тканей и волоски. Но по большей части там все загрязнено. Совершенно непригодно для экспертизы.

– Это мы слышали, –  говорит Санна. –  Мы столкнулись с одним из твоих ребят, когда прибыли на место.

– Но должно же там быть хоть что-то полезное? –  спрашивает Эйр. –  Даже если соседка везде потопталась.

– Увы. Мы нашли только ее следы, да еще супругов Рооз. Все остальное было испорчено.

– Черт, –  произносит Эйр.

На лице Санны написаны разочарование и досада.

– Санна, ты меня знаешь, –  серьезно добавляет Судден. –  Ты знаешь, что обычно я такого не говорю. Но на этот раз у меня такое чувство, что вам попался призрак.

Он делает паузу.

– Вы не думали запросить помощь с материка, из Национального отдела расследований?

– Да, но никто из НОР не мечтает здесь оказаться, –  говорит Санна. –  Хотя Экен же знает кого-то из начальства там?

– Нам на хрен не надо никакого НОР, –  внезапно взрывается Эйр. Тот знакомый Экена как раз и отправил ее на этот остров, уж она-то знает.

Санна и Судден пристально смотрят на нее, удивленные такой реакцией.

– Знаете что, –  произносит Судден, посмотрев на часы, –  мне пора идти. Я дам знать, как только мы узнаем что-то про нож.

Санна идет с ним к двери и внезапно замечает, что у него что-то прилипло к подошве.

– Подожди-ка, –  произносит она и наступает на торчащий край того, что оказывается оберткой от конфеты с красной физиономией клоуна. Она подбирает обертку, чтобы выкинуть ее.

– Хорошо, я сам не заметил, –  шутит Судден. –  Терпеть не могу клоунов.

– Я помню эти карамельки, –  проговаривает Санна. – У Эрика никогда не получалось управляться с этой клешней…

Она обрывает себя на полуслове и смотрит на Суддена:

– Но те игровые автоматы уже несколько лет как не работают?

– Какие? –  спрашивает Эйр. – О чем вы?

– В парке аттракционов у скалы. Конфета оттуда. Только он уже несколько лет как закрылся.

– На меня не смотри, –  говорит Судден. – Я не из тех, у кого пульс зашкаливает при виде комнаты страха и все такое.

– Когда ты их в последний раз надевал, туфли эти?

Судден задумывается ненадолго.

– Дай-ка подумать… У Роозов на мне были мои обычные рабочие ботинки, а потом…

– Но ты ездил обратно к Роозам, чтобы осмотреть живую изгородь? После первого визита?

– Да.

– И в тот раз на тебе были эти туфли? Не рабочие ботинки?

– Да…

– Хорошо, хорошо, –  произносит Санна. – А после этого где ты был?

– Нигде.

Санна достает мобильный. Она звонит диспетчеру и спокойным голосом сообщает, что ей понадобится подкрепление у скалы.

– Да что вы делаете-то? –  спрашивает Эйр.

– Заброшенный парк аттракционов –  это же идеальное укрытие.

Эйр криво усмехается.

– Вы думаете, что преступник…

– Пришел оттуда, –  обрывает ее Санна. – Я думаю, что он пришел из закрытого парка развлечений.

Въезд в парк аттракционов преграждают железные ворота. На проржавевшей вывеске нарисованы двое детей, которые держатся за руки. Под вывеской громоздкий навесной замок, а от ворот в обе стороны тянется высокая ограда, вдоль которой поверху натянута колючая проволока.

– И что теперь будем делать? –  интересуется Эйр.

Санна ждет, пока Йон, Бернард и остальные припаркуются и подойдут к воротам. Ограда очень старая. Ни у кого с собой нет никаких инструментов, но Бернард звонит какому-то смотрителю, который может им открыть. Санна берется за ограду и пытается потрясти, но ограда крепкая. Она вытирает руку о штаны, на них остается коричневое маслянистое пятно ржавчины и грязи.

– Идем, –  командует она Эйр и направляется обратно к машине, на ходу выкрикивая Бернарду, чтобы он поторопился с поисками того, кто может открыть ворота. –  А если это займет слишком много времени, –  кричит она, прежде чем захлопнуть дверцу машины, –  набери Лильегрена и все-таки попроси его выдать разрешение на проникновение.

Они проезжают несколько километров на юг вдоль забора, пока Санна не останавливает машину. Развесистый куст шиповника вжался в ограду. Она выходит из машины и некоторое время возится с ним, и наконец отводит ветки в сторону.

– Бинго.

Эйр с удивлением смотрит на открывшуюся дыру в земле, лаз выходит по ту сторону ограды.

– В дни моей юности тут проводили очень неплохие концерты, –  поясняет Санна. – А ограду с тех пор, видно, не меняли.

Когда они проползают на ту сторону, Эйр поднимается с изумленным видом. Перед ними открывается ландшафт из пластика и металла, покрытый слоем грязи и поросший травой. Заброшенные карусели и пустые киоски с вывесками «Мороженое» и «Лимонад». Чуть в отдалении свалены в кучу выставленные сушиться водяные горки.

– А это не слишком притянуто за уши? –  произносит Эйр. – В смысле, эту обертку же кто угодно мог потерять. Или ветром могло пригнать к Роозам, хрен его знает…

– Если боишься, можешь вернуться к ограде и подождать там с парнями, –  произносит Санна, не глядя на нее.

– А ты хоть помнишь, где стоял тот автомат с конфетами? С него же начнем? –  отвечает Эйр язвительно.

Она идет следом за Санной мимо площадки с гигантскими чайными чашками, которые словно застыли в бешеном круговороте. Они проходят мимо карусели с цирковыми животными и еще одной с качелями на цепях. Пройдя мимо пирамиды для лазания, составленной из улыбающихся лошадей, Эйр прибавляет ходу. От вида этого места ей становится не по себе.

Санна останавливается у сцены. Краска задника облезла, а сквозь пол пробивается упрямая березка.

– Что такое? –  спрашивает Эйр, когда Санна достает оружие и жестами показывает ей не шуметь.

Слышен какой-то звук. Похоже на звук игрового автомата. До них доносится тихая музыка. Она звучит где-то совсем близко. Санна кивает в сторону домика с выключенной магазинной вывеской.

Когда они проникают в заброшенный магазин, Эйр сразу попадается на глаза автомат с конфетами. Небольшая клешня висит над морем леденцов, завернутых в фантики, на которых красуется физиономия клоуна. Одно из стекол автомата разбито и по полу раскиданы фантики из-под конфет. На полке рядом с автоматом стоит динамик. Музыка доносится из него. Эйр проводит рукой по проводу от динамика, пока не доходит до стены, в которой он исчезает. Никакой двери нет, так что она предполагает, что музыку могут включать дистанционно. Или, может быть, эта старая аудиосистема включается и выключается по таймеру, который и вовсе никогда не прекращал работать.