Цирковой поезд - Парих Амита - Страница 17

Александр, который упражнялся в фокусах в углу библиотеки, подошел и тоже заглянул в список.

– Вы уходите?

– Да. Снег наконец растаял. – Лена протянула ему листок. – Куда бы ты сходил?

Пробежав глазами по листу, он указал на строчку и спросил:

– А это что?

– Планетарий. Там можно увидеть всю карту звездного неба в одном помещении. Уверен, вам понравится.

Александр почесал затылок:

– То есть в одной комнате будут все звезды?

– Ты что, ни разу не был в планетарии? – удивилась Лена. Александр отрицательно покачал головой. Ее губы растянулись в улыбке, и она сказала: – Папа, я знаю, куда мы пойдем!

Миланский планетарий, как объяснил Тео, был крупнейшим в Италии, и едва они заплатили за билеты, Лена принялась с горящим любопытством в глазах ездить от одной звездной карты к другой.

– А где Александр?

Прежде чем Тео успел пробежать взглядом по громкой толпе посетителей, запыхавшийся ученик сам выбежал к нему навстречу:

– Это место просто потрясающее! Вы знали, что там весь потолок в звездах? – Он рукой указал на дальний проход.

– Именно туда мы и хотели пройти, – ответил Тео. Все трое направились в соседний зал, а работник планетария на входе предупредил их, что шоу вот-вот начнется. Лена и Александр принялись обсуждать музей и делиться впечатлениями. Но прошло пять, затем десять, а после и пятнадцать минут, а шоу не начиналось.

– Папа, – Лена потянула Тео за рукав свитера. – А почему шоу не начинается?

– Не знаю, – сказал он и хмуро оглядел перешептывающихся работников планетария. В зал вошел полицейский. – Ждите здесь, я пойду разберусь, что происходит.

– Но ты пропустишь шоу, – сказала Лена, а свет начал потухать.

– Потом мне все расскажешь.

Лена хотела было окрикнуть папу, чтобы тот остался, но в это время ведущий объявил, какое из созвездий им предстоит увидеть. Оба ребенка затаив дыхание сидели в темноте, наблюдая за полотном на стене.

– Смотри! Орион! – Александр указал на созвездие.

– Это слишком легко, – передразнила его Лена. – Найди-ка… Дельфина!

– Ты меня недооцениваешь, – ответил Александр, указывая на созвездие из пяти звезд прямо над ними.

– Ты слишком много знаешь о звездах для того, кто не ходил в нормальную школу. – Лена повернулась к другу, но в темноте не сумела разобрать выражение его лица.

– То же могу сказать и о тебе.

– Мне приятно изучать небо, – произнесла она после минутного замешательства. Не получив ответа, она лишь крепче сжала подлокотники кресла, надеясь, что свет не включат. – Я не могу выйти на улицу сама и увидеть мир, но мои книги, телескоп и фотографии на стене позволяют почувствовать, будто мир сам пришел в мою комнату.

Александр было открыл рот, чтобы ответить, но включился свет; шоу закончилось, и зрители стали медленно расходиться, а на входе уже собралась группа туристов, готовых занять их места.

Лена сощурившись осмотрелась, но нигде не увидела отца.

– Пошли, – позвал Александр, жестом зазывая ее с собой за вереницей людей, покидавших комнату.

– Мы не можем уйти сейчас. Папа сказал ждать его.

– Мы не можем.

Лена закусила нижнюю губу и с тревогой наблюдала, как зал пустел.

– Все хорошо, мы подождем его на выходе. Твой папа не сможет пройти мимо него. – Александр шел впереди, а Лена нехотя следовала за нами. – Туда, – сказал он, заметив выход. Сады Индро Монтанелли, среди которых находился планетарий, начали зеленеть к весне, ранние тюльпаны уже проклюнулись в горшках, завязались тугие бутоны. Лена схватила жука со спинки кресла и протянула его Александру, когда тот сел на обвитую плющом каменную скамейку.

– Ты голоден?

– Чудовищно, – сказал он и расплылся в улыбке. Марио дал им с собой пасту на обед. Они быстро поели и запили все «Сан Пеллегрино».

– Я столько знаю о ночном небе благодаря маме, – объяснил Александр. – Так как папа постоянно работал…

– Да уж, разбираться с картинами – дело нелегкое, – согласилась Лена.

– Он всегда возвращался поздно, ужиная с клиентами. А мы с мамой проводили время вместе. Ее отец – мой дедушка – был астрономом из Германии.

– Вау, ты не врешь?

Александр кивнул, довольный, что Лена такого высокого мнения о ком-то из его семьи.

– Она научила меня всему, что знала сама. А знала она многое. Каждую ночь мы выходили гулять, и она рассказывала мне о Солнечной системе. Например, наименьшее расстояние от Земля до Меркурия 82 миллиона километров.

– Что значит «наименьшее расстояние»?

– Планеты постоянно двигаются, – пояснил он. – Но даже когда они подходят к друг другу максимально близко, расстояние все равно измеряется миллионами километров.

Лена понимающе кивнула:

– Нужен очень быстрый космический корабль, чтобы долететь туда.

– А ты знала, что звезды – это карта? – улыбнулся Александр. – Куда бы ты ни хотела направиться в Европе, до любой точки можно добраться, просто ориентируясь по звездам. Но только если ты знаешь, как их читать. Я, например, знаю, – сказал он, допивая воду, а затем полез в рюкзак и вытащил оттуда разрезанное пополам миндальное пирожное. Одну половинку он положил на платочек и передал Лене.

– Вот интересно, какого это – суметь дойти до самого края Земли? – задумчиво спросила Лена, глядя на небо.

– Этим летом я покажу тебе, что скажешь? – предложил он, откусывая кусок от своей половинки.

Лена нерешительно улыбнулась: все-таки до лета еще так долго. К тому времени он мог уже устать от нее.

Но видя перемену в настроении подруги, Александр тут же оговорился:

– Но если не хочешь…

– Нет, – перебила она его. – Хочу, но…

– Но что?

– К тому моменту ты уже можешь устать от меня, – мягко произнесла Лена, опуская взгляд на пирожное.

Александр рассмеялся. Он закинул последний кусок пирожного в рот и ответил:

– Вряд ли. Ты мой единственный настоящий друг.

Тугой от банкнот конверт, спрятанный в полу, тут же представился ему.

– Но ты же все равно заведешь новых друзей. И тогда ты захочешь быть с ними, бегать, играть. Просто поверь мне, – сказала Лена. – Ты устанешь от меня. Все устают.

– Клянусь, что никогда от тебя не устану! – торжественно заявил Александр, положив руку на сердце, а Лена захихикала. – Кроме того, я не могу показывать такие фокусы другим детям. – Он взял Ленино пирожное и побежал.

– Эй! Живо отдай его! – закричала она и покатилась за убегающим другом, хохоча во весь голос. Когда она нагнала его, то Александр склонил перед ней колено и протянул лакомство:

– Ваше Королевское Высочество, я нарекаю вас Королевой Марципана, страны, где все усыпано миндалем, а население объедается сладким.

Лена рассмеялась, взяла пирожное, откусила кусочек и отломила такой же другу. Александр принял подарок, поднялся, отряхнул колени и сел рядом с ней на скамеечку.

– Значит, договорились.

– Лена, Александр! Что вы тут делаете? – раздался в тишине обеспокоенный голос. Улыбка сошла с Лениного лица.

– Папа, я…

– Я вам сказал ждать внутри! – проворчал Тео.

– Но шоу закончилось, а мы просто играли… – Лена взглянула на платочек, где лежали остатки пирожного, но аппетит совсем пропал. Ей было нечего сказать: ни разу в жизни она не теряла счет времени и не нарушала наказов отца.

Тео сел около нее и, заметив страх в глазах, спросил:

– Тебе плохо?

– Все в порядке. Почему ты продолжаешь относиться ко мне, как к больной? Я уже выросла! – Лена скрестила руки на груди. Ей было так весело с Александром! Зачем все портить? Но когда она подняла глаза на отца, то заметила, сколько боли сквозило в них. Она тяжко вздохнула: как бы сильно он ни опекал ее, все это было продиктовано любовью.

– Это моя ошибка, – вмешался Александр. – Нам сказали выходить, и я повел Лену на улицу, чтобы вы могли увидеть нас сразу у выхода в сад.

– Вот только основной выход в сад там. – Тео указал на большие ворота, а затем посмотрел на дочь. – Могли бы и догадаться. А теперь пошли, они закрывают планетарий.