Русская идея от Николая I до путина. Книга IV-2000-2016 - Янов Александр Львович - Страница 30

Можно было бы сказать «ноль желания», но выделяется Филипп Дзядко — единственный из собеседников Бена в Москве, кто и впрямь озабочен Россией: «Советская власть разрушила связи между нами. Не будет Россия здоровым обществом, пока не станет ОДНОЙ страной». Не знаю, читал ли Дзядко декабристов, но, кроме него, идейных преемников общероссийского протестного дела в Москве сейчас, похоже, нет.

                                                                      Митинг во Владивостоке 14 декабря 2008 г.

Между тем регионы начали протестовать задолго до Москвы. Еще в 2008-м поднялся Владивосток. Нет, не против режима, против произвола. Дума проголосовала за запрет импорта подержанных «японок» (автомобилей с правым рулем). А на этом импорте держалась вся экономика города. Десять тысяч человек вышли на площадь (пропорционально населению — столько же, сколько в Москве на Болотную). Лозунг: «Единая Россия, вали в Россию!» Местный ОМОН отказался разгонять митинг, не пошли против своих. Прислали ОМОН из Москвы, который тут же почему-то прозвали «викингами». Разгоняли митинг жестоко, дубинками по головам, как не позволили бы себе в столице на глазах у иностранных журналистов. Несколько сот арестовали, посадили.

Три года спустя, на выборах-2011, во Владивостоке славно прокатили «Единую Россию». Все усилия чуровской команды не принесли «Едру» больше 29 %. Но московскую оппозицию, когда настал ее черед выйти на площадь, там не поддержали. С какой стати? В их трудный час они в своих рядах протестную Москву не видели. Совсем другую Москву они тогда видели. В образе «Единой России» предстала она перед ними. И в образе «викингов». Обернулась, прямо по блоковским «Скифам», «своею азиатской рожей». Короче, ОДНОЙ протестной России, говоря словами Дзядко, в 2011 году не существовало. И практически та же история случилась в 2010-м в Калининграде. Там население живет челночной торговлей с пограничными Литвой и Польшей, и когда присланный из Москвы губернатор произвольно повысил цены на подержанные машины из ЕС, люди вышли на площадь. И опять Москва предстала перед ними в образе ОМОНа, не оппозиции.

И впечатление от этой истории осталось там то же, что во Владивостоке: не режим третирует их, как туземцев в колониях, а Москва. И возненавидели люди Москву! Даже в Якутске местные предприниматели жаловались Бену, скрипя зубами, что все инвестиционные проекты достались понаехавшим из Москвы. Так поддержат они после этого Москву, когда выйдет она на площадь? Или подумают: у них там свои, московские, разборки, «свои проблемы» (вспомним Максима Каца), нам-то что за дело? Боюсь, именно так воспринималась декабрьская революция 2011 года в регионах.

О лозунге

Посмотрим на эту ситуацию в огромной фрагментированной стране, не связанной ничем, кроме обиды на Москву, хотя бы глазами Дзядко. Под каким знаменем поднимутся люди, отделенные друг от друга целым континентом. ВМЕСТЕ, как одна страна? Что общего во всех их разных, в принципе, чисто экономических проблемах? Я думаю, то же самое, что подняло людей на всероссийскую забастовку в октябре Пятого года: ПРОИЗВОЛ. Похоже, это единственный общий знаменатель всех обид и унижений. Если так, то от оппозиции требовалось лишь показать, что это не произвол каких-то продажных чиновников или «Единой России», и тем более не Москвы, а произвол СИСТЕМЫ ВЛАСТИ. Так она устроена, эта власть, что иначе функционировать не сможет, даже если захотела бы. В Пятом году XX века эта система называлась в просторечии «самодержавием», в XXI веке называется «режимом Путина». Произвол — синоним режима.

Все остальное, включая вездесущую коррупцию, нищету, олигархов и насилие ОМОНа, — следствие режима произвола. Важно помнить, что столетие назад, когда столичная оппозиция объяснила это людям во всех концах страны, лозунг «Нет произволу самодержавия!» сработал — и Россия, пусть на исторический миг, действительно почувствовала себя ОДНОЙ страной. И победила. В исторических анналах эта победа осталась под именем революции 1905 года.

Да, победа тогда была неполной. Политическая элита страны по-прежнему была очарована Русской идеей, Босфор и военное «величие России» по-прежнему не давали ей спать, и царь как Верховный главнокомандующий позволил втянуть страну в роковую для нее войну. Но этотурок сегодняшняя оппозиция, думаю, хорошо выучила. И когда в следующий раз настанет для нее решающий час, условно говоря, час Февраля 1917-го, она не даст обмануть себя снова. Тем более что Путин уже сейчас вынужден делать все что может, чтобы скомпрометировать Русскую идею. Именно неудавшаяся революция 2011-го вынудила его так усердно работать на то, чтобы предотвратить возможные будущие ошибки оппозиции. И все равно без декабристского лозунга «Нет произволу!», единственно способного воссоединить страну, в следующий раз не обойтись.

* * *

Бен Джуда заканчивает главу «Декабристы» цитатой из разговора со своим героем Навальным: «Каждый раз, когда меня арестовывают, я спрашиваю у полицейских, почему вы это делаете? Разве вы не знаете, что Путин — вор? И каждый раз получаю один и тот же ответ: “Никогда лучше не будет, брат. Никогда лучше не будет…” Он пожимает плечами: “Так люди думают”».

Навальный прав, конечно, так люди в России думают, особенно в эпоху реакции. Но прав он лишь отчасти. Люди думают так еще и потому, что оппозиционная Москва в свое время мало что сделала, чтобы хоть часть из них думала иначе.

Глава 12

В ГОСТЯХ У ИЗБОРЦЕВ

Часть первая

Ненависть к чужому-не любовь к своему-составляет главный пафос современного национализма.

Георгий Федотов

Воплю и ненавижу.

Захар Прилепин

Россия стоит сегодня перед выбором: либо идти на Запад, к антихристу, либо быть верной Евразии.

Александр Дугин

Неуклонно надвигается угроза глобальной войны уже в ближайшие 5–7 лет.

«Мобилизационный проект» Изборского клуба. 2013

Изборский клуб, созданный в октябре 2012 года, был ответом глашатаев Русской идеи (особого пути России, Zonderweg по-немецки) на несостоявшуюся либеральную революцию 2011-го. Как и после Пятого года столетие назад, реакционные интеллектуалы, включая, конечно, Прилепина и Дугина, объединились, не скрывая, что целью их объединения является выработка идеологии контрреволюции. Знаменем их стал «мобилизационный проект», в котором они видят единственную возможность спасти Россию от новой революции в преддверии грядущей войны… с антихристом.

Проект предусматривает тотальную «чистку» сегодняшней полулиберальной, «предательской», по выражению Михаила Леонтьева, элиты, всего «антигосударственного и антинародного правящего класса», говоря словами Александра Дугина.

Предлагаемая ими «чистка» правящего класса может ненароком напомнить читателю Большой террор, развязанный Сталиным тоже накануне глобальной войны, которую, как мы уже знаем, ожидают изборцы в ближайшие 5–7 лет. Аналогия тем более соблазнительная, что сам председатель клуба Александр Проханов не устает провозглашать со всех амвонов: «Мы — сталинисты!»

Но нет-нет-нет, успокаивают нас изборцы, на этот раз «чистка элит» обойдется малой кровью, во всяком случае меньшей, чем при любом другом предвоенном сценарии. Насчитывают они, как и м-р Ло, тоже четыре сценария будущего, но, в отличие от него, все более или менее кровавые. Смотрите, мол, сами, вот куда, говорят нам, может завести — и заведет, если ее не «почистить», — предательская элита.

«Во-первых, развал страны. Самый яркий пример — развал Советского Союза».

«Во-вторых, прямая или косвенная оккупация. Наглядные примеры — судьба послевоенных Германии и Японии».