Дурное начало (СИ) - Минаков Константин Геннадиевич - Страница 26

Одним столпотворением дело не окончилось. Практически дойдя до храма, где улица сворачивала налево — к мосту, путники наткнулись на вторую группу жителей. На этот раз в центре внимания оказался неопрятный мужчина средних лет. Жилистый, с заплетенной в косички бородой, с грязными всклокоченными волосами, парой шрамов и в многократно залатанной грубой одежде из шкур. Прекрасная демонстрация хасинда, представителя полукочевого народа, считавшего земли крайнего юга родиной. Тем удивительнее было видеть «варвара» перед храмом, охрипшим голосом и с акцентом излагающего мрачные пророчества.

— Да! Мой был в лесу. Мой видел! Твари, страшны как мрак. Как ночь, что смотрит огненным глазом из чащи. Окружили племя без звуков, без криков. Смерть и кровь! И проклятие в жилах… Они придут!..

Внезапно сбоку раздался голос Алима, полный сомнений и осторожности.

— Необычно…

Оба замерли у начала моста, имея возможность с небольшого возвышения охватить происходящее целиком. Чародейка медленно оторвала взор от хасинда и, выгнув бровь, посмотрела на скребущего подбородок эльфа. Тот, ответив задумчивым взглядом, сделал неопределенный жест рукой, подчеркивая неуверенность в сделанных выводах. Но все же вполголоса поделился ими.

— Держать слово перед людьми у храма дозволено только иерархам Церкви, а также высокопоставленной аристократии. Но даже и в том случае — это требует, пусть формального, но дозволения. Кто бы это ни был — на местного Эрла не похож. А кроме того… Посмотри туда.

Маг осторожно указал подбородком в сторону от толпы, где у дальнего угла храма, прислонившись к стене, стоял Храмовник. В виде мужчины мало что выделялось. Но только для поверхностного осмотра. Более внимательные глаза сразу цеплялись за юбку Храмовника с орнаментом Командора местного Корпуса. А глаза девушки к тому же с легкостью улавливали на равнодушном лице признаки скрытого недовольства. Даже презрения, направленного то ли напрямую на южанина, то ли на происходящее перед храмом в целом.

Равнодушно посмотрев на людей, Морриган поделилась со спутником собственными мыслями.

— Этого хасинда знаю. Пусть не лично. Его племя столь мало числом и честью, что даже не имеет ведьмы. Охотники дрянные — привыкли к легкой дичи, что повозкой правит в глухомани или на отшибе строит дом. Когда другие, Мор учуяв и детей спасая, держали путь на запад или юг, те в низинах оставались. Жадность победила страх. Змея терпеть и слушать, что выжить мог лишь бросив вовремя родных — глупость. Для северян типично…

Алим при этих словах посуровел, кивнул и, хлопнув чародейку по плечу, указал на противоположную сторону моста.

— Пойдем… И… Давай в харчевне говорить буду я.

— Почему?

— Кхм… Манера речи моей спутницы западает в память.

Девушка скривилась, но возражать не стала. Только вполголоса подчеркнула.

— Как и уши чьи-то…

Оставив нагнетающего страх пророка и смотрящую тому в рот толпу позади, пара развернулась, чтобы пересечь мост. Справа от того, на противоположном берегу, притаилась старая одноэтажная харчевня под черепичной крышей. Единственное место, предоставляющее путникам ночлег с питанием. А также конечная цель мага и чародейки. Пока путники удалялись, «пророк» на мгновение прервался, захлебнувшись в очередном цветастом описании грядущих бед. Сглатывая слюну, мужчина бросил вслед девушке взгляд — острый и холодный, как лезвие ножа. Но спустя мгновение уже вновь купался во внимании аудитории.

Глава 5

«Узлы в Лотеринге»

Потемневшая древесина пола и перекрытий, поцарапанные засаленные столы, старые оплывшие свечи на деревянных подносах. Заведение давно перестало выглядеть свежим или хотя бы презентабельным. Тем не менее в зале сохранялось чувство уюта. Возможно атмосфера формировалась из смеси тепла, запахов кухни и ароматных курительных смесей. А быть может ощущение не покидало харчевню «Приют Дейна» просто потому, что в сравнении с грязью и погодой снаружи — путнику, в конце концов, для счастья и отдыха требовалось не так и много.

В эту секунду за длинными столами, поодаль друг от друга сидело трое гостей. Рыжеватый мужчина в простецкой льняной рубахе едва ли проживший и тридцать зим. По сложению — и воин, и лесоруб. Тот вяло ковырялся в каше ложкой, но на шум входной двери обернулся не медля. Внимательный взгляд бесстыдно оценил, взвесил, сделал выводы. К некоторому удивлению здесь присутствовал и выделяющийся видом представитель рыцарства. Широкоплечий мужчина средних лет с твердой осанкой. Господин мог похвастать дорогим одеянием из плотной фланели бордового оттенка и расслабленно покуривал трубку. Образ завершали короткие темные волосы, квадратная челюсть и взгляд с легкой ленцой, за которой маскировалась профессиональная настороженность. Последний посетитель сидел в дальнем углу, страдал легкой полнотой, облысением и поношенной одеждой. Мужчина склонился над кружкой эля, и мало внимания уделял окружению.

На звук шагов новых посетителей из кухни появился то ли работник, то ли хозяин заведения. Темноволосый мужчина, видавший уже зим пятьдесят на веку, в засаленном фартуке, с ухоженными усами и бакенбардами. Привычно улыбнувшись, будто устало нацепив парадную одежду, тот с готовностью представился.

— Данал. Чем могу быть полезен?

Опережая возможную инициативу спутницы, вперед устремился эльф. Со сквозящим в голосе облегчением, тот представился.

— Амика Фамила. Рад оказаться в…

Пока маг сделал паузу, ожидая ответа, Морриган отвернулась в сторону и прикрыла рот рукой. Будто сдерживала кашель. Данал же с гордостью ответил.

— В «Приюте Дейна», дорогие гости.

— Отлично. Мы устали с дороги. Свободные комнаты в наличии?

— Как же, найдутся. Пара комнат — точно. Двадцать серебряков за ночь, половина суммы вперед.

Алим прочистил горло, внимательно смотря хозяину заведения в глаза. Но тот даже не моргнув, просто ждал ответа. Во взгляде мужчины читалось плохо скрытое равнодушие к реакции эльфа на озвученную цену. Потому маг осторожно зашел с другой стороны.

— Приятно знать, что попали в элитное заведение. Судя по расценкам — достойное столицы.

Со стороны рыжего постояльца донеслось приглушенное фырканье. Но никто более реакции на озвученные слова не продемонстрировал.

— Достойно или нет, дорогой гость, мне не ведомо. Но нынче палаток за околицей да на сырой землице — полным-полно. И бесплатно. А с реки то по утру свежестью так и тянет. Так что…

— Ход мыслей доходчив. Хотели бы поесть и помыться.

— Рад слышать, дорогие гости. Шестнадцать серебряков сейчас и ещё десяток завтра.

Высыпав в руку Даналу положенную сумму из трофейных денег, эльф нахмурился, но ничего более не сказал. Мрачно усмехнувшись, мужчина ловким движением спрятал монеты под фартук и кивнул.

— Всегда рад гостям. Присаживайтесь — еда скоро будет. И сей же час поставлю воду на огонь.

Разместившись за столом в углу, подальше от остальных посетителей, чародейка нагнулась к Алиму и вполголоса спросила.

— «Семьи друг»?

Смущенно склонив голову, мужчина с трудом сдержал улыбку.

— Вряд ли тут некто, кроме тебя, владеет Тевене. Мне показалось, это… Да, полагаю это было глупо.

— Понятно. Реакцию твою заметила. Цена так удивила?

— Едва ли. Скорее шокировала. Хозяин заведения задрал цены минимум раз в пять.

— Хм… Здесь друг-друга все с ранних лет знают. Жизнь бок о бок проводят. Любая обида или обман в памяти до конца дней. Простые правила общину скрепляют. Как дерево, растущее из единого корня. Но угроза Мора будто неистовый ветер. Одни ветви с хрустом ломаются, другие только гнуться. Однако… У южан для каждого клочка земли хозяева есть. Так ли плохо, чтобы на власть того оглядываться перестали?

— Эрл этих земель — Леонас Брюленд. Лично Эрла не видел. По разговорам в военном лагере — тот, прихватив местную стражу без остатка, проследовал за Королем в Остагар. Где Леонас в результате оказался, на том поле брани или под дланью Логейна — не ведомо.