Демонология Сангомара. Наследие вампиров - Штольц Евгения - Страница 84

— Да, Леонард — знаток…

Ответ графа был уклончив, потому что за всю свою невероятно длинную жизнь он никогда не интересовался ни поэзией, ни музыкой. Он был продолжателем дела своих предков — старой военной аристократии.

В зал вернулся запыхавшийся Него и протянул кубок рыцарю Вирджину. Тот сделал осторожный глоток; вкус его устроил, и он залпом осушил кубок.

— Благодарю… А что это? Очень знакомый запах… — сэр Вирджин подозрительно принюхался.

— Кхм, давайте я сообщу об этом чуть позже. Если зелье возымеет эффект. — Него не решился при гостях раскрывать, что основа его снадобья — толченые жуки-вонючки, смешанные с травами.

— Секреты, секреты? — заинтересовался рыцарь.

Казначей Брогмот незаметно переглянулся со старым управителем, еле сдерживая смех. Именно он направил к Него знакомого купца, чтобы его вылечили, поэтому состав рецепта знал наизусть.

— Кстати, уважаемый Ханри, — обратился к послу Филипп.

— Да?

— Я подготовил ответ королю, будьте добры, передайте. И, как и просил, здесь послание моему помощнику в Габбросе — Боббио Натифуллусу. — Он снял с пояса два футляра с письмами.

— Безусловно, сделаю! В свою очередь, перед отъездом я бы хотел поинтересоваться у вас насчет некоторых вопросов.

— Да, я вас слушаю.

— Какие у вас отношения с Офуртом?

— С Офуртом? Никаких, — коротко ответил граф, и его помощники хмыкнули.

— Как это? — удивленно поднял брови Ханри. — Как можно не иметь отношений с соседом?

Все вокруг обратились в слух.

— А вот так, — отрезал Филипп. — В последние годы Офуртгос торгует только с Имрийей, своим западным соседом. Тракт там безопасный, открытый, пролегает по широкой долине. А та дорога, что связывает нас с Офуртгосом, — мало того что единственная, так еще и чревата бедами. Что касается малых поселений, там жизнь будто застыла — им не нужны купцы… А почему вы вдруг так живо заинтересовались Офуртом?

Посол нахмурился:

— Они уже долгое время не отправляют в Габброс ни одного дарена по проездным пошлинам. Почивший король посылал туда и гонцов, и небольшие отряды.

— И?

— Сгинули, — еще больше посмурнел Ханри.

Барон громыхнул пустым кубком по столу и прорычал по-медвежьи, басом (каменные стены зала задрожали от очередного раската грома снаружи замка):

— Заслать туда пару эскадронов! Быстро заплатят!

— Я похож на сборщика податей? — холодно заметил граф.

Ханри Обуртальский заерзал на лавке.

— Его Величество попросил нас, — сказал он, — навестить графа Райгара Хейм Вайра. Однако слухи об этом крае «тысячи гор» ходят кошмарные и неутешительные…

— Не едьте туда.

— Почему? У нас два крепких достойнейших рыцаря, два оруженосца, десять конных сопровождения.

— Это вам не поможет, если учесть, что все предыдущие отряды, посланные к графу, сгинули в пути. Дороги горного Офурта опасны, Ханри, особенно зимой, — предостерег Филипп. — Леса кишат вурдалаками, которые выжрали леса, вытеснив волков, медведей, отчего стали неистово плодиться. Ими будто управляет злая воля.

Ханри переглянулся со своей свитой. Все притихли, задумались. Все слушали графа.

— Звучит как детская небылица! Бестий нет уже в помине! — рыкнул Даймон. — Офурт просто забытый миром край, которому нужно напомнить об их долге перед сюзереном! Покажите хоть одного, кто сталкивался с вурдалаками!

— Вот же он! — указал на Уильяма граф. — На него и на моего друга напали вурдалаки, когда они предприняли путешествие в морской Ноэль. Полгода назад я привез сюда израненного, но живого Уильяма, а вот его отец, мой близкий друг Гиффард фон де Аверин, в ту ночь погиб.

Зал умолк. Даже дрова в камине как будто перестали трещать, а снаружи подугомонился ливень.

— Сочувствую вашему горю, Уильям. Но вам действительно довелось столкнуться с вурдалаками? — тихо спросил посол.

— Довелось.

— И какие же они?

— Крупнее волка. Передние лапы немного длиннее задних, поэтому передвигаются они странно, скачками. И глаза… черные как ночь. Нос приплюснутый, уши большие — похожи на помесь волка и летучей мыши. Уродливы, злобны… — Уилл вздохнул.

— Ну что ж, зубы вурдалака не одолеют доспехи, а его страшная морда отлетит от мерзкого тела после одного удара мечом! Тварь не страшна! — браво заявил рыцарь Вирджин. От лекарства ему стало куда лучше.

— Они нападают стаей, — тихо заметил Уильям.

Свита резко посмурнела.

— Не едьте туда, Ханри, — подытожил холодно граф. — Иначе мое послание для Его Величества сгниет с останками вашего трупа.

— Я вас понял, граф, — ответил Ханри. — Но я не вправе нарушать данный мне приказ. Его Величество потребовал поговорить с графом Хейм Вайром, дабы он продолжил пополнять казну.

— Помереть на плахе или от вурдалаков? — прошептал кто-то из свиты.

— В таком случае я могу предложить вам четыре десятка конных снаряженных воинов, чтобы они доставили вас в замок Офуртгоса и обратно до большого Северного тракта, но расходы на их содержание лягут на ваши плечи, — сжалился над обреченной свитой граф.

Это решало все проблемы, и посол со своими людьми посмотрел на графа с превеликой благодарностью. Его забота спасала их жизни, ибо злая молва об Офурте бежала далеко впереди. В свою очередь, Уильяму оставалось только удивляться, что земля, где он вырос, пользуется такой дурной славой. Да и сказки Офурта для него были не сказками, а простой историей…

— Не знаю, как вас отблагодарить, граф!

Ханри поднял кубок:

— Давайте выпьем! За мудрого правителя, могучего военачальника, а также самого человечного бога Солрага!

— За графа! — разнеслось по залу.

Смакуя «Черного принца», королевский посол из-под набрякших век наблюдал, как замковые обитатели прикоснулись своими губами к кубкам, чтобы поддержать тост. В это время молодой Уильям фон де Аверин принюхивался, морщился и очень неуклюже пытался изобразить, что тоже пьет вместе со всеми, — это не укрылось от Ханри.

Благодаря вчерашнему разоблачению хитрый посол догадался, с кем имеет дело. Поначалу он опасался, что его жизнь оборвется, когда за ним придут посреди ночи. Но сейчас, живой, здоровый и сытый, разглядывая столь человечных вампиров, он уже начал сомневаться, так ли они страшны на самом деле? Крамольная мысль закралась в его голову: а может, если бы всюду правили столь могучие, мудрые и бессмертные существа, как граф Тастемара, не было бы войн? И в любой земле люди всегда ели бы досыта и хорошо жили? Ах, если бы только Горрон де Донталь не бросил свой Крелиос на произвол судьбы! Если бы…

Оставшаяся часть завтрака прошла спокойно: гости наелись и напились досыта, но так, чтобы не попадать с коней в пути, и, счастливые, разошлись по комнатам. Базил, новый управитель замка Брасо-Дэнто, передал приказ графа Тастемара — и в скором времени сорок всадников собрались на Парадной улице, ожидая посла со свитой.

Пока гости собирались в дорогу и запасались провизией, Базил Натифуллус забрал утреннюю корреспонденцию и поднял ее в кабинет. Там уже работали Филипп и Уильям. На кушетке одиноко сидел старик Него, но, увидев внука, заботливо посмотрел на него. Убедившись, что тот в полном порядке, бывший управитель, облаченный уже в простое платье, снова углубился в чтение. В последние пару недель его вид сделался болезненным: морщины углубились, изрезали вдоль и поперек все лицо, а глаза впали и потускнели.

Отдав письма, задумчивый Базил, словно пребывавший мыслями где-то далеко, спустился в тюремный блок. Там его радушно встретила заскучавшая охрана. Базил ответил всем с теплой улыбкой, услужливо справился о здоровье стражника Лодра, потом о самочувствии матушки Нарилла. Уж таков он был: мягок, доброжелателен, немного рассеян, чем походил на своего дедушку. Осушив одного заключенного, он поднялся на верхний этаж и постучал в комнату Леонарда.

После разрешения, скрипнув дубовой дверью с вырезанными на ней воронами, он зашел внутрь. В комнате было светло. Погода перед отъездом гостей неожиданно прояснилась. Пробившиеся сквозь многодневные тучи лучи солнца рассыпались снопом света на стенах и полу покоев Леонарда.