Порочное влечение (СИ) - Тан Юлия - Страница 53

Эмилия удобно устроилась у меня под рукой и захихикала в ответ. Я глажу хрупкое плечико девушки, скользя пальцами по бархатистой коже. Ее волосы еще слегка влажные и разбросаны по белоснежной подушке. Вот как я готов засыпать оставшуюся жизнь. Все проблемы покинули мою голову: отец, деньги, компания. Мне кажется, что я свободен сейчас от всего.

— Почему ты так надолго пропал после Дня благодарения? Ты был в Венеции?

— Решал свалившиеся проблемы, и не мог разобраться со своими чувствами. Моя жизнь снова окрасилась в цвета, но это было неожиданно.

— Не по плану? — она тихо засмеялась.

— Можно и так сказать, — я улыбнулся, хотя знаю, что Эмилия этого не увидит. — Ну и Майкл рассказал мне об Алексе.

Я знал, что могу этим снова ее спугнуть. Знал, что Эмилия может снова закрыться от меня. Тема Алекса остается для нее болезненной, и она всегда уходит от ответа.

— Да, Алекс, — Эмилия тяжело вздохнула. — Александр, — сказала она с акцентом.

— Почему ты не указала его в анкете?

— Мы сильно поссорились на кануне. Я решила, наверное, его так наказать. Знаю, что это звучит глупо, но я была обижена и зла на него.

— Что же он сделал? — аккуратно спрашиваю я.

Я просто хожу по лезвию.

— Пытался снова отговорить меня от программы. Я уже выиграла грант, когда заполняла анкету, а он даже не поздравил меня. Просто игнорировал все, что было связано со стажировкой. Пытался давить на меня, и у него это в основном получалось. Если честно, я не знаю, как решилась на эту поездку. Алекс был зол, очень зол. Сейчас он то же не упускает возможность, чтобы упрекнуть меня.

— Почему ты терпишь такое отношение?

— Я слабая, Джонатан. Я боюсь, что развод как-то повлияет на Еву. Боюсь, что скажут родители, окружающие. Боюсь, что меня начнут жалеть. Боюсь Алекса.

— Алекса? — я напрягся. Если он трогал ее хоть пальцем, клянусь, я убью его.

Эмилия сильнее прижалась ко мне, будто прячась. Я крепче обнял ее в ответ, чтобы дать ей чувство безопасности.

— Алекса…

Эмилия не продолжила рассказ, и я услышал слабое сопение. Она уснула. Уснула и оставила меня наедине со своими догадками и мыслями. Почему она боится его? Или может быть я неправильно ее понял?

Я привстал, уложил девушку на подушку, и укрыл теплым одеялом обнаженное тело. Мне нужен свежий воздух.

Подхватив с тумбы телефон, я накинул банный халат, одел тапочки, и тихо вышел на небольшой балкон из нашей спальни. Он был припорошен снегом. На улице морозно, но я не ощущаю холод. Мое тело горит от переполняющих эмоций. Манхэттен переливается огнями с другой стороны Ист-Ривер, а на мосту сверкают фары автомобилей. Под ногами хрустит снег и доносится шум города, который к ночи немного утихает.

Мы сдвинулись с места: Эмилия приоткрыла мне в ход в ее мысли и душу, но я все еще стою на пороге.

Достаю из халата смартфон и нажимаю на клавишу быстрого набора. После восьми протяжных гудков Майкл наконец-то берет трубку:

— Джонатан, ты видел который час? — сонно ворчит он.

— Мне нужно, чтобы ты навел справки на мужа Эмилии Алекса. Чем быстрее, тем лучше.

— Поговорим об этом утром. Тем более кто захочет работать в праздничный день?

— Майк, это не просьба, — несколько грубо говорю я. — Я заплачу.

— Джон, дело не в деньгах…

Это последнее, что я услышал перед тем, как сбросить вызов. Я знаю, что Майкл все сделает. Он один из тех, кому я могу доверять.

Подкрадываюсь к кровати, где лунный свет освещает сексуальные изгибы девушки. Эмилия перевернулась набок, закинув ногу на смятое одеяло. Я, словно безумный, наблюдаю за тем, как она умиротворено спит.

Откидываю на кресло халат и забираюсь на кровать, устраиваясь поближе к Эмилии. Она, будто почувствовав мое присутствие, сразу же кладет руку мне на живот. Пусть оставшиеся часы ночи подарят нам спокойствие, а завтрашний день мы проведем вместе…

Глава 32

«Ревность — остроумнейшая страсть и, тем не менее,

все еще величайшая глупость»

©Фридрих Вильгельм Ницше

ЭМИЛИЯ

Каждый шаг вниз по лестнице приближает меня к свежезаваренному кофе. Я приняла душ, привела себя в порядок, и надела первую попавшуюся футболку Джонатана белого цвета.

Первый этаж просто утопает в солнечном свете, который проникает в апартаменты сквозь большие окна. Гостиная выглядит уютнее, чем в прошлый раз, когда я тут была. Замечаю, что появились цветы, некоторые предметы декора и новый ковер. На диване декоративные подушки в наволочках с праздничным принтом, и, кажется, сам диван в прошлый раз был другой.

Замечаю за обеденным столом Джонатана и незнакомого для меня мужчину. На вид он не старше Джона, и одет в такой же идеальный костюм только глубокого серого цвета.

На звук моих шагов оба мужчины поднимают головы. Их взгляды скользят от босых ступней верх по ногам и, наконец-то, удосуживают меня взглядом.

— Эмилия, доброе утро, — Джонатан закрывает крышку лэптопа, и встает из-за стола. — Это мой адвокат Майкл Торн, — он сухо представил высокого мужчину с крепким телосложением. Майкл Торн имеет такие же темные волосы, как у Джона, но серые глаза. Губы мужчины изогнулись в приветливой улыбке, и он встал из-за стола. Я не ожидала здесь увидеть еще кого-то, иначе бы нашла одежду приличнее.

— Эмилия, приятно наконец-то познакомится, — сказал Майкл равномерным голосом.

Джонатан цокнул в ответ и недовольно покосился на Майкла, пока тот приблизился ко мне, чтобы пожать руку. От смущения мои щеки запылали. Мне страшно представить, как я сейчас нелепо выгляжу в мешковатой футболке, переступая с ноги на ногу.

— Подожду наверху, пока вы закончите. Не буду мешать, — я кивнула в сторону лестницы, и уже сделала несколько шагов в ее сторону.

— Майкл уже уходит, у него полно дел, — сказал Джонатан тоном, который тяжело оспорить.

Мужчина цокнул взял свой портфель и подхватил пиджак со стула.

— Спасибо за кофе. Джон, ты очень гостеприимен, — с укором сказал ему Майкл. — С наступающим Новым годом, Эмилия, — подмигнул он мне перед тем, как уйти к лифту.

— С Наступающим, — громче сказала я мужчине в след, чтобы он услышал.

Повернувшись к Джонатану, я заметила его хмурый взгляд, которым он провожал своего адвоката. Майкл хитро улыбнулся ему в ответ до того, как закрылись двери лифта.

На столе стоит не тронутая чашка кофе, которую Джонатан сразу же отправляет в раковину. Он собирает папки в портфель, и туда же отправляет брендовый лэптоп.

На часах десять утра, а Джонатан выглядит просто идеально. На нем темные брюки, белоснежная рубашка с повязанным синим галстуком и идеально начищенные туфли.

— Ты уходишь? — разочаровано спросила я, осматривая его.

— С чего ты взяла? — Джон поднял брови от удивления.

— Ты выглядишь так, будто собрался на деловую встречу, — я окинула его еще раз взглядом.

— Нет, Эмилия. Я… Я не знаю почему так оделся. По привычке, наверное, — Джонатан мягко улыбнулся, и нажал на кофеварке кнопку.

— Тебе будет неудобно печь печенье в таком виде, — хмыкнула я.

Это моя традиция уже много лет. Сначала я делала это с мамой, потом сама, а с появлением Евы, я начала печь вместе с ней. В этот новый год мы далеко друг от друга, но я не хочу, чтобы этот год стал исключением.

— Печенье? — Джонатан почесал затылок. — Это то, которое вырезают формочками из готового теста?

— Нет, — я подошла к нему и обняла за талию. — Мы будем делать тесто сами.

— Я ничего не понимаю в этом, детка. Когда-то Дели пыталась меня приобщить к кухонным делам, но дальше яичницы-глазуньи дело не пошло.

— Не переживай. Я всему тебя научу.

Джонатан чмокнул меня в нос, сжимая своими крепкими ладонями ягодицы. Ему не стоит так делать, иначе мы вернемся в спальню или на тот милый диванчик с подушками.