За горсть монет (СИ) - Гориненко Константин - Страница 25

— Какую-то ересь про новых хозяев, и что ему нас выдавать невыгодно.

— Слишком уж хорошо, как для правды. Сам то в них увер… Да твою ж… — Гэб едва успел отцепиться, так чтоб стрела не влетела в его голову. Быстро заприметив угрозу, он послал ко вражескому всаднику кинжал. Солдат опрокинулся в седле, одна нога застряла в стременах, а конь потащил бедолагу по земле. Нагнав замедленное животное, авантюрист всадил меч во все же выжившего всадника, отцепил тело и занял место на скакуне. Подъехав к Скиту, он продолжил разговор:

— Возвращаясь к моему вопросу.

— На его счет можем не волноваться, — Скит пришпорил коня, — в той ситуации лгать ему было незачем.

— Ловлю на слове. Но коли не от него, так от иных убийц удара ожидать еще стоит. Помнишь того парня, что атаковал нас в убежище? — Гэб дернул поводья и ускорил скакуна.

— Намекаешь на его снаряжение? — кивок, — Согласен. Он точно не из проходимцев-одиночек. Думаешь, к нам пришлют еще более опасных противников?

— Вполне вероятно, потому пару ночей проведем в лесах, а далее и солдат у Хеленпика поубавиться, и мы сможем проникнуть в город. Есть у меня там дело.

— Как знаешь, — последний раз оглянувшись на лагерь Скеитрир увидел множество небольших точек по округе и основное светило в центре композиции — все еще не потушенные склады, где-то поодаль от которых лежит труп Клерана. Отвернувшись он опять пришпорил животное и поскакал за напарником. Хоть для большинства обывателей ожидающие их дни в чаще леса, в постоянной опасности и ужасных условиях покажутся настоящим вызовом человеческой стойкости, для авантюристов они станут настоящим облегчением, в сравнении с предшествовавшими им.

Глава 14. Новые проблемы, старые методы

Увы, дни облегчением не оказались. Все же награда не уменьшилась ни на врису, а вот весть о ней лишь ширилась и ширилась. Теперь уж напарники даже не смогли проникнуть в столицу, а потому Гэбу и приходилось сидеть под палящим солнцем меж палаток рынка, раскинувшегося пред городскими вратами, в ожидании одного из Клопов.

Благо перепачканные землей одежды позволяли ему безупречно сливаться с повсеместно раскиданным тряпьем, так что даже проходящие патрули стражи и не подозревали, что рядом с ними был человек. Зато они в полной мере выслушивали многочисленные жалобы торговцев о пропаже той или иной провизии. Гэб крал ее даже не в привычной манере, а вполне осознанно и без каких-либо зазрений совести. Как ни как даже такой дрянной еды он не видел по меньше мере дня четыре. Когда дрожащие руки поднесли очередной кусок черствого хлеба ко рту, с боку послышались шаги.

Не звон лат, но и не торопливое дребезжание торгаша. И вправду: из-за угла шатры вынырнул худощавый человек, почесывающий мочку левого уха. Авантюрист молча повторил жест и поплелся рядом. Выйдя на главную дорогу, они направились прямиком к центральным вратам, но все охраняющие их стражи лишь бросили кривой взгляд на оборванца в капюшоне и его провожатого, даже не попытавшись остановить. Хотя знай они кого на этот раз Клоп проводит внутрь, так легко Гэбриэл бы не отделался.

Попетляв по уже знакомым улочкам шумного грязного города, двое остановились у шаткой стены дома на окраине и осмотрелись. Никого. Худой наклонился, постучал по земле и прошептал что-то в выросшее едва заметное отверстие.

Оно разрослось в метровую воронку, в которую Гэб смело шагнул. Земля затянулась над его головой, а в свете руд показалось знакомое лицо.

— Гэбриэл! — широкий подбородок, с расплывшимся в не менее широкой улыбке ртом, и сверкающий залысиной высокий лоб выдали Камнееда, он же Дролан — один из двух мекральных магов, что открывали вход в Кротовку — убежище одной из влиятельнейших подпольных фигур Хеленпика, — Явился не запылился! Мы то уже гадали, что тебя где-то тихо со свету сжили, раз ты к нам с самого начала заварушки не бросился.

— Были дела, — Гэбриэл пожал протянутую руку и сделал шаг вперед.

— Зная тебя, ты нам о них охотно поведаешь, — маг рассмеялся и пошел вниз по каменной винтовой лестнице. Наемник двинулся за ним.

Спустившись метров на тринадцать под улицы города, вошедший оказался в более просторном помещении, стены которого были сплошь усеяны прочими лазами, что паутиной расползлись под всей столицей. Из одного лился более яркий свет.

За аркой располагалось еще большее пространство, где, помимо голой земли и глины, по полу и стенам были словно размазаны некогда валуны; потолок был плотно покрыт досками, а под ним даже болталась пара грубых стальных люстр с каянитом. Так же пол был усыпан мягким сеном, а под стенами стояли скамьи. Близ них — полдюжины столов разных форм, за одним из которых сидели двое и усердно что-то строчили на белоснежных листах бумаги.

Они подняли головы при приближении вошедших, но тут же вернулись к работе. В отличии от прочей части подземелья здесь сырость почти не ощущалась, а на смену ей пришли запахи единственных вещей, что были способны его источать — еды. Не лучшего качества. Хотя пара блюдец с благовониями и выглядели как попытка перебить смрад, но только выглядеть они и могли. Что смутило наемника, так это пришедший на смену привычному топоту сверху слабоватый скрежет металла из-за одной из многочисленных дверей.

Проследовав за Дроланом через всю комнату, наемник дошел до самой роскошной двери. Провожатый отступил в сторону и дал авантюристу войти внутрь. Встретил Гэба значительно более изысканный стол, на котором красовались стопка бумаг и канделябр с каянитом, рядом с ними — откупоренный бутыль вина. За столом же восседал и сам Крот, он же Герберт: щурящийся, но все еще не носящий очки, с грузной фигурой, но весьма крепкими руками и мужественными чертами лица, прикрытыми аккуратной бородкой. Лениво подняв глаза он пару секунд посмотрел на Гэба и вновь погрузился в изучение листовки в руках.

— Приперся все же… — по обыкновению хриплый и безразличный голос прозвучал еще и устало.

— Мне не нужно разъяснять зачем?

— Нет. Разъяснять нужно. Дролан, можешь идти, — дверь за спиной наемника захлопнулась.

— Так, ты ведь ситуацию знать должен…

— В том то и дело, — лист лег на вершину стопки, а Герберт ровно умостился на стуле и сложил руки замком, — поясни-ка мне, какими деньгами ты хочешь закрыть свое дело? Кого мне подкупать, чтоб замять столь громкую сенсацию? — молчание, — И я о том же. Гэбриэл, зачем ты вообще сюда шел?

— Поверь, деньги у нас есть. Мы получили целых десять барков с продажи марок! Ииии… Ты же меня знаешь, поручай любую работу, у тебя ведь ее точно навалом.

— Гэбриэл, десять барков взамен трехсот восьмидесяти четырех с половиной?

— Но ведь… должна же быть возможность… Все исходит от одного человека… — авантюрист уселся на табурет перед столом и начал сверлить взглядом беспристрастного собеседника.

— Ох, — тот откинулся на спинку и запрокинул голову, — для начала опиши мне подробности. Я слышал, что-то о неудавшемся покушении, но ты ведь знаешь сколько правды в лепете глашатаев, так что, вещай…

— Как раз наоборот. Вроде как жертва скончалась от ранений, и тут вдруг все эти преследования… Хотя, все же был он похож на важную шишку — сразу видно, что скрывался, да и принимали его со всей конспирацией и эскортом…

— И при этом ты полез за его головой? — бровь Герберта поднялась, словно даже она была поражена подобной тупостью.

— Ты знаешь мои принципы.

— Да, да. И так же знаю, сколько от подобного подхода проблем.

— Так, — руки наемника оперлись о стол, — ты ведь можешь сделать хоть что-то. Я могу описать внешность, твои разузнают о нем…

— Нет. Без вариантов.

— Герберт…

— Я понимаю: «всегда же выручал меня»… Но не сейчас. Я не хочу ставить на кон весь свой бизнес из-за пары монет. Даже скрывать тебя не рискну.

— Это же вклад в будущее! Я принесу больше!

— У меня и так сейчас все на мази — война! Столько заказов на оружие и кустарные марки от банд и бунтующей знати еще никогда не было, — авантюрист вспомнил скрежет металла за дверьми.