Беглецы - Син Энн - Страница 48

«Что это?» — Суджа вертела коробочку в руках, изучая ее со всех сторон.

«Это домик для летучих мышей. Я построил его для тебя, чтобы ты могла ловить их. Это может получиться не сразу, но они должны его облюбовать, особенно если ты оставишь там какую-нибудь приманку. Хотя нет, яблоки и хурму лучше отдай мне, — засмеялся Чин. — Просто расточительство какое-то скармливать такое богатство этим грызунам».

«Они не грызуны, а летучие мыши. И они приносят удачу».

«Много же удачи они тебе уже принесли… — Он одарил ее грустной улыбкой. — Будем надеяться, с этим выйдет получше».

С разрешения сотрудника Суджа прибила домик к стене одного из зданий на территории зоопарка и стала ждать. Прошло несколько недель, и вот однажды поздней осенью, придя в зоопарк, она обнаружила, что в домике попискивают и скребутся две летучие мыши.

В тот день было отснято три пленки, поскольку мыши то и дело вылетали из своего убежища и залетали обратно.

Вспомнив об этом домике, Суджа принялась размышлять о том, как Чину удалось кардинально изменить ее поиски и сделать так, что ей больше не пришлось охотиться за летучими мышами, потому что они сами нашли ее. Может, и ей стоит не мечтать об обычном побеге, а поискать какой-то другой способ вырваться из владений Ванов? Например, найти надежное место подальше от фермы, где можно потом спрятаться, чтобы ее не поймали Ваны или, что еще хуже, не схватила китайская полиция.

Девушка стала наблюдать за всеми, кто приходил и уходил с фермы, подмечая, когда появлялись работники и из каких машин их высаживали. Она заметила, что по субботам госпожа Ван отправлялась на закупки и всегда возвращалась с большим количеством продуктов. Пин и господин Ван никогда не встречали ее из похода по магазинам, и Суджа бежала, чтобы помочь, и брала особенно тяжелую ношу. Она изо всех сил старалась угодить госпоже Ван в надежде на то, что со временем у нее получится втереться к пожилой женщине в доверие. Девушка хотела перетянуть ее на свою сторону, поскольку понимала, что этим можно будет воспользоваться в собственных интересах.

Однажды миссис Ван сделала знак Судже, чтобы та следовала за ней. Она подошла к накрытому к завтраку столу и взяла сумку с ключами. Они направились к машине, и госпожа Ван указала девушке на пассажирское место. Суджа смущенно села, удивляясь, что ее не привязывают, и стала смотреть на дорогу, подмечая фермы и дорожные знаки, которые встречались по пути к городу. Они миновали рекламный щит «Фьюче кола», после чего наконец показался дорожный указатель, говоривший о том, что они находятся в пяти милях от города Тунхуа. Ее школьный уровень китайского позволял читать дорожные указатели, и она старалась запомнить все эти ориентиры.

Через пятнадцать минут они подъехали к небольшой площади с открытым рынком. Госпожа Ван припарковалась и, закинув на плечо сумку, вылезла из машины. Держа Суджу за руку, она повела ее туда, где продавались продукты. Там было несколько витрин с фруктами и овощами, а также пара мясных отделов и один рыбный. Они миновали прилавки с домашней птицей и мясом и, дойдя до конца рынка, оказались перед продуктовым магазином, на котором большими зелеными буквами было написано: «Новый деревенский супермаркет „Сияющий“». Госпожа Ван прошла через турникеты, взяла красную пластиковую корзинку и подала Судже, вторую корзинку она взяла себе.

Оказавшись в магазине, Суджа испытала настоящее потрясение. Она рассматривала полки с продуктами и прочими товарами: аккуратно выложенные горки красных яблок, зеленого винограда, дайкона, блестящего, завернутого в целлофан мяса и полуфабрикатов, ряды жужжащих белых холодильников, набитых упаковками замороженных морепродуктов и дамплингов. Разнообразие и количество товара было поразительным.

Госпожа Ван повела Суджу в бакалейный отдел, где взяла коробку лапши быстрого приготовления и положила Судже в корзинку. Они походили по рядам и выбрали еще кое-что: растительное масло, устричный соус, стиральный порошок, несколько упаковок сушеных грибов и пару фунтов тушенки. Потом они направились к кассе. Госпожа Ван вручила корзинку Судже и, порывшись в сумке, выудила из нее голубой виниловый кошелек. Отсчитав несколько банкнот, она дала их своей помощнице и велела стоять в очереди.

Суджа перепугалась, когда госпожа Ван доверила ей деньги. С колотящимся сердцем девушка пересчитала банкноты, которые впервые держала в руках. И в этот момент ей пришла идея сделать тайник. Суджа увидела, как госпожа Ван вышла из магазина, а кассир в перчатках тем временем пробила товары и назвала общую сумму. Девушка протянула кассиру купюры, та взяла их, не глядя на покупательницу, и протянула ей восемьдесят юаней и какую-то мелочь. Взяв сдачу, Суджа огляделась и сунула одну из бумажек достоинством в десять юаней себе за пояс, а остальное положила в карман. Когда она выходила из магазина с покупками и десятью юанями за поясом, ее охватило волнение.

Госпожа Ван встретила ее возле магазина с новенькой сковородой вок подмышкой. Она повела девушку через толпу обратно, к лотку с домашней птицей и мясом, где над прилавком были подвешены красные блестящие утки, зажаренные на открытом огне. Женщина указала Судже на конец очереди.

— Нам нужна утка, — сказала женщина на мандаринском и ткнула пальцем в одну из них.

Суджа начала привыкать к чужому языку и даже стала понимать если и не целые предложения, то отдельные слова. Госпожа Ван подошла к продавщице и что-то сказала ей, показав на Суджу, а потом, махнув рукой, повернулась и направилась к чайному магазину.

Суджа послушно стояла в очереди, и когда продвинулась ближе к прилавку, молодая женщина, помогавшая продавщице, показалась ей знакомой. Она была не накрашена, а забранные в «конский хвост» волосы открывали классические корейские черты: широко посаженные глаза, маленький нос и квадратный подбородок. Пульс Суджи участился, когда девушка посмотрела на нее, и по ее взгляду стало ясно, что она тоже приметила соотечественницу. Когда очередь продвинулась ближе к прилавку, Суджа стала выжидать подходящий момент, чтобы заговорить с девушкой. Заметив, что ее хозяйка отошла к загону с живыми курами, Суджа наклонилась вперед и тихо произнесла по-корейски:

— Аннён.

Девушка подняла на нее взгляд и обронила вскользь:

— Привет. Твоя хозяйка заказала жареную утку.

Глаза Суджи округлились, когда она услышала корейскую речь.

— Да, именно так, — взволнованно ответила она.

Девушка открыла крышку подогреваемой витрины, сняла с крючка утиную тушку и взяла большой мясницкий нож.

— Ты новенькая, — произнесла она, держа одной рукой птицу, а другой точным и быстрым движением разрубая ее. — Я— Мира.

— Я — Суджа. Ты давно здесь?

— Год. — Бац, бац. Она продолжала рубить утку на куски. — Ты вышла замуж?

Услышав вопрос, Суджа покраснела.

— Наверное, можно это и так назвать, — сдавленным голосом проговорила она. — Меня продали против моей воли. — Суджа посмотрела на Миру. — Тебя тоже?

— Я работаю на этих людей на рынке и на их ферме.

— И как ты здесь устроилась?

— Посредник помог.

— Посредник?! — воскликнула Суджа и подалась вперед. — У тебя есть с ним связь?

— Я уже давно с ним не общалась. — Мира подсунула нож под ломтики утки и перенесла их в пластиковый контейнер. — А что? Зачем он тебе?

Суджа понизила голос:

— Как думаешь, он поможет мне выбраться?

Мира наморщила лоб и вытерла руки о фартук.

— А… а что, в семье с тобой плохо обращаются?

Вопрос застал Суджу врасплох. Она не понимала, как можно было предположить иное. Конечно, с ней плохо обращались!

— Я здесь против своей воли. То есть хозяйка-то ничего, но вот ее сын… — Суджа никак не могла подобрать нужного слова. — Это отвратительно. Мне надо оттуда убраться.

Мира сжала губы и с сочувствием посмотрела на Суджу. Она все поняла.

— Но дело в том, что мой посредник сейчас в Чэнду. И он вернется только через несколько месяцев.