Айен (СИ) - Церн Ася - Страница 52

— Я так хочу вернуть тебе воспоминания, но я не умею.

Да сейчас это стало уже и неважно.

Длинной ночью шли двое, держась за руки. Их сопровождали волки, мигрирующие между Локациями.

События, происходящие с нами — это разве не падение снежинки в белую холодную массу? Но важно лишь то, что ты чувствуешь. Айен сердилась на него, но и понимала, что он не мог поступить иначе. Такой он, каким его создала Вселенная. Мальчик Плавучего Причала, слышащий птиц. Защищающий её всегда и готовый жертвовать собой ради исполнения принятых решений. Только не подумайте, что я его оправдываю. Нет, что вы. Но и разлюбить его, как автор, я не в силах.

Граница с Лесом Айен стала видна полупрозрачной стеной, в которой снежинки падали медленней. Из лета можно было попасть в зиму за один шаг.

Из снежной завесы к ним шагнул человек.

— Твой снег по-прежнему не морозит меня, Ася. Значит, ты меня ждёшь.

Взгляд его упал на сцепленные руки. Злая усмешка вспыхнула и сразу погасла в глазах цвета спелой черешни. На груди его среди прочих талисманов действительно был амулет со снежной незабудкой Айен.

— Ну ёлки, Ася. Я же ни разу не скрывался. Как можно быть такими аполитичными, ума не приложу, — начал Локс, саркастично ухмыхляясь, — Вы что, газет ни разу не видели, не читали, что молодого лорда зовут ЛОКС? Я понимаю, что монеты с моей рожей ещё не наклепали, но можно ж было в газетёнке глянуть, полюбопытствовать, не? Я ж не кое-кто, облик во снах стараюсь сохранять СВОЙ. Если бы вы хоть чуточку интересовались внешним миром своей Яви, долбанные интроверты, то не пришлось бы так долго вас преследовать.

Айен пожирала глазами Локса, находясь на гране восторга и истерики. Одетый, как настоящий принц их мира, даже с лордским мечом в ножнах, парень выглядел весьма внушительно. Опершись на ствол дерева, он продолжал говорить, уже обращаясь к Дану.

— Ты думал, что можешь уйти от них, играть по своим правилам на их территории, чувствовать себя шпионом, это так будоражило твоё чувство важности, Даниэль. Смешно!

— У меня всё же неплохо получалось, — тихо ответил лекарь, — Когда ты пропал, команду расформировали, что мне оставалось делать?

— Я не верю, что ты никогда не искал меня. И никогда не поверю, что ты не хотел убить их всех, затолкать их вранье в их старческие глотки, — со злобой выдохнул Локс, — Я хотел прекратить рабство снотворцев, и я смог найти их чёртово гнездо.

Задетый за живое, Даниэль тоже перешёл на повышенные тона:

— Неужели ты считаешь, что Я не думал об этом? Вот, ты сейчас разрушишь, а придут другие, и снова построят эти стены, Локс, они их построят. Видел ли ты алчность в сердцах людей? Видел ли ты, как протянув руку к деньгам люди менялись кардинально, забывая о человечности? Я хотел уйти от Учителей и продумать, как сохранив багаж знаний о пространстве сновидений, перейти к более гуманному сотрудничеству с талантливыми снотворцами! Но ты всё рушишь, рушишь.

— Ты сам лично сжёг библиотеку! Я тебя не просил, кстати, — резонно заметил лорд.

Айен попыталась вырвать руку, но Даниэль сжал её крепче.

— Пусти меня! Это же Локс! Он вернулся! Я должна обнять его, я должна! Я должна!

Локс вдруг засмеялся.

— Ты должна? Ты всегда что-то должна, Ася. Неужели тебя это не бесит? Отвечать за команду — ты должна. Даже когда она распалась. Это несправедливо, Леди моя. Знаешь, однажды я по-детству вытащил из сна горстку жуков. Они расплодились и стали громадинами омами. Да, да! Это я притащил их в мир той самой Ярморочной Площади! Они безвредны, конечно, людей не едят, но размерами с дом, ничё так, да? В той Локации отлично идёт межлокационная Торговля, так вот, знаешь, кого обвинил в возникновении Непредвиденной Нестабильности этот старый козел дядька Лорд? Мою мать! Мама меня, мол, плохо воспитала, сиськой долго кормила, поэтому я херовый такой. Ася, реально, моя мать была наказана за это и сидела в темнице. Я бросил вас, Я ушёл, команда распалась, а почему виновата ты?

— Локс…

— Ты же знаешь, почему ты не всё помнила обо мне, а про него, — лорд указал на Дана, — вообще ничего? Потому что было такое правило у всех элитных команд: забирать память о себе у человека, с которым были отношения во сне, перед тем, как прийти в явь. Помнится, мы говорили об этом в доме Жанин, и без конца с тобой наедине. Что, Даниэль, зубами скрипишь? Да, я наедине с ней! И каждый решил, что определит для себя сам эту этическую проблему. Так вот. Он это делал исправно. Каждый раз обкрадывал тебя. Я отказался это делать, учителя сделали это насильно. Они окружили тебя, и по ниточке, по слову, забрали почти все наши с тобой воспоминания, — Локс распалился и уже почти кричал, — А знаешь ли ты, что эти дьяволы использовали девочек с острова для продажи секс-утех между Локациями, якобы, для заданий, а потом стирали им память? Я был в ярости, когда узнал об этом. И ещё… Я и Он, знаешь, почему мы с ним ПОМНИМ? Однажды мы сбежали с острова Учителей и смогли купить на рынке редкие амулеты у старухи-колдуньи. Эта чёртова побрякушка сохранила мои мозги, Айен. Они выпотрошили твою память, забрали всё, что могло тебе помочь уйти от них раньше. Забрали всё, включая путь к Жанин и ко мне. А ведь обещала, что никогда не забудешь мой эмоциональный облик.

Знал бы он, как тяжело было Айен, как она пыталась вспомнить его, как искала в своей памяти дороги к нему.

— Чего ты хочешь добиться, зачем тебе мои временные порталы?

Локс отряхнул с головы снег и стал ходить вокруг, раскинув руки:

— Вот, заговорила снова, как Ася, сразу к делу. Я хотел справедливости. Я нашёл их остров, собрал армию и уничтожил их, забрав из хранилища украденные у людей воспоминания. Я показывал тебе прекрасную стихию, волну, помнишь? Я показывал тебе в телескоп другие миры и космос! Я показывал тебе, что можно открыть любые двери. Это я танцевал с тобой вальс. Я отдал тебе мои часы с птичками. В них был спрятан тот самый птенец, ставший прекрасной взрослой птицей. И это ты дала ему волю. Его жизнь была в твоих руках, и он теперь на свободе. Хотела бы ты, чтобы он оставался взаперти? Я хочу отдать людям то, что им принадлежит, и пусть они сами решают, что им делать со своей жизнью, такой, какая она есть. Врать и скрываться от самого себя, попав в эти непрочные миры, разве это то, чего ты хотела? Мы же можем освободить всех снотворцев, найдя очаги манипуляторов по всей вселенной. И если удастся, сможем вернуть воспоминания в том же времени, в каких они были изъяты.

— А если люди не хотят чего-то помнить, и без воспоминаний им будет лучше? — сомневаясь, спросила девушка, — Я проходила курсы лекарства, есть такие ситуации, что для выживания человека, у него наоборот нужно отнять воспоминания.

— Не ограничиваю тебя в твоих желаниях, моя леди, — лорд картинно поклонился, — будешь поступать так, как считаешь нужным. Я уже давно мог бы тебя выкрасть, но есть ли в этом для меня смысл? Я наблюдал за тобой. Разве что не просыпал свое тело рядом с тобой. Вот бы твои парни удивились!

Локс тихонько засмеялся, обходя Айен со спины.

— Зачем думать «сплю я или не сплю», если в сущности, нет никакой разницы. Нужно жить так, как ты хочешь, хоть во сне, хоть наяву, и ни одной твари не позволять собой управлять. Я научу тебя жить свободно. Жить рабом во сне, давясь подачками в виде любви, которую всегда могут забрать, друзей, которых могут не вернуть, — это разве то, чем стоит гордиться? Ты так хотела жить, Ася?

— Скажи мне, Локс, там, в архиве, есть воспоминания, которые Даниэль забрал о себе? — выдала последний решающий вопрос Айен.

— Архив огромен. Нужно искать. Пойдем со мной, Ася. Ты вернёшь всё, что желаешь помнить о нём. Я буду ждать тебя в нашей Яви, приезжай в замок Лорда. Свою собачку бери, он всё равно не даст тебе уехать одной. Я доверяю тебе мой амулет Памяти. Возьми. Пусть у тебя больше никогда ничего не заберут.

В руки леди лёг амулет с крохотными самоцветами по кругу, купленный давным-давно у ведьмы за 8 сыценов. Потрясенный, Даниэль молчал.