Карающая длань законотворца (СИ) - Руф Оксана - Страница 33

— Амалия, успокойтесь. — Я похлопала её по руке и кивнула гостю. — Спасибо, что прибыли сразу как получили сообщение, герцог ти Фар. К сожалению, обстоятельства вынуждают меня отложить наш разговор. Но, если вы не против, то предлагаю последовать за мной. По пути я расскажу все детали.

— Кронпринцесса?

Мужчина поспешно встал и от меня не укрылась выступившая следом испарина на лбу. Герцог ти Фар хромал, и явно страдал от болей. Час от часу не легче.

— Прошу прощения. — Я остановила его взмахом руки и села на диван. — Не знала, что вы ранены.

— Ваше Высочество! Времени на разговоры нет…

— Баронесса, — процедила я. — Прошу вас вести себя соответственно должности и ситуации. Разыщите лорда Дитрея. Пусть немедля бросает все дела и идёт сюда. — Видя, что женщина не двигается, я рявкнула: — Немедленно!

Глава 20

— Прежде, чем начнём, могу ли я узнать причину вашей травмы?

Герцог сидел в полусогнутом состоянии, как будто ему было физически тяжело держать спину. Не нравилось мне это, ох как не нравилось.

Нападение разбойников?

Падение с лошади? Карета сломалась? Что?!

Герцог ти Фар известный на всю империю лекарь и исследователь заболеваний не связанных с магией. Неужели он не смог излечить себя сам?

Жермо ти Фар был глубоко религиозным и прилежным хозяйственником. В его землях весь год не переводилась рыба и дичь. А уж слухи о превосходных фруктовых садах доползли даже до нас. Герцогство было одним из главных поставщиков для императорского стола.

И всё-таки, Жермо ти Фар продолжал держать нейтралитет. Почему?

Я положила карту на чайный столик и сложила руки на коленях.

— Лорд Жермо, могу ли я обращаться к вам так? — Получив утвердительный кивок, я на мгновение воспряла духом и заговорила, поглаживая истрёпанную бумагу: — Видите ли, герцог, хоть я и дочь своего отца, но предпочтение отдаю императорской семье.

— В-вы невеста Его Высочества, это нормально, — поспешно ответил мужчина, игнорируя вопрос о причинах ранения.

А он явно чувствует себя не в своей тарелке. От меня не укрылись ни беспокойный взгляд, брошенный на дверь, ни подёргивание раненой ногой. Ни даже лёгкое дрожание пальцев. Что-то мучило этого мужчину, и мне очень хотелось знать что.

— Это хорошо, что вы понимаете. Герцог. — Я замерла, прислушиваясь к тому, что происходит за дверью и нахмурилась. — Прошу меня простить. Я оставлю вас на минутку.

Уходя, я случайно задела свиток, часть карты распахнулась, представляя всем любопытным полустёршиеся черты гор и лесов. Движение карты не осталось без внимания гостя. Что ж, посмотрим, что он сделает дальше.

Выйдя в коридор, я сосчитала до десяти и повернулась лицом к коридору. Лорд Дитрей шёл в сопровождении нескольких рыцарей и явно был не в духе. Представляю, что он сейчас обо мне думает. Я усмехнулась и вскинула подбородок. Нельзя давать слабину. Ни за что.

— Ваше Высочество! — Топот стальных ботинок отдавался эхом в резных сводах замка. — Баронесса передала мне ваш приказ! Что всё это значит? Разве вам не сказали…

— Лорд Дитрей. — Я сделала к нему шаг и взмахом руки остановила остальных стражей. — Мне известно, что вы расследуете возгорание конюшни принца. Поэтому я вас и позвала. Оставьте это.

— Что?

Дитрей Шольц был всего лишь мелким дворянином, но благодаря выносливости, трудолюбию и бесконечной привязанности к императору стал рыцарем. И не просто рыцарем, он возглавил отряд берсерков, хотя и не мог покидать пределов замка. В его обязанности входила защита принца и императрицы, когда Аганеша не было рядом. Я к этому списку относилась постольку поскольку, но старалась не акцентировать на этом внимания, надеясь, что когда-нибудь этот восхитительный во всех смыслах воин примет меня.

Дитрей Шольц ростом превосходил императора, был широк в плечах и предпочитал носить лёгкую кольчугу, а не латы. На изрезанном глубокими шрамами лице навсегда застыла печать недовольства. Горничные сплетничали, что Дитрей получил эти ранения во время вылазки с нефритовыми стражами и едва остался жив.

Седой, светлоглазый и презирающий слабость воин. Вот кто был мне нужен.

Я качнулась, выглядывая из-за Дитрея, и подмигнула ребятам.

— Лорд, рассказала ли леди Амалия о причинах вашего вызова?

— Нет.

— Что же, это к лучшему. А теперь, пожалуйста, отправьте свою свиту вот в эти три места. — Я быстро начертила в воздухе карту и зафиксировав её магией, отошла в сторонку.

— Винный погреб, задняя часть храма Святейшего и… что это? Домик на дереве?

— Всё верно. Это три любимых места для пряток Его Высочества. Отправьте их за ним.

Мужчина развернул карту и подтянул поближе к глазам. Я понимала, что рискую, но разыскать Каэля надо было до того, как начнётся совет. Правда, этот паршивец наверняка меня не простит, ну и ладно. Нашёл время для игр.

— Ваше Высочество, я не совсем понимаю, чего вы хотите. Для меня важнее разыскать преступника, осмелившегося посягнуть на имущество императора, а не играть в прятки с ребёнком.

— Лорд, это не просьба.

В светлых глазах промелькнула едва заметная тень и тут же пропала. Лорд Дитрей отдал короткий приказ и лишь только после того, как мы остались одни, он дал себе волю.

— Да что вы о себе думаете!

— Много чего, но мои положительные качества мы обсудим в другой раз. Принц Каэль пропал. Баронесса прибежала ко мне десять минут назад, испуганная, со слезами на глазах и просила отыскать принца. Но я не могу. У меня в гостиной ожидает герцог ти Фар. Не думаете ли вы, что я могу позволить себе игры с Его Высочеством в ущерб политике?

— Вы!

— Я кронпринцесса и забочусь об этом мире намного больше вашего, лорд. — Я стрельнула в него глазами и вздохнула. — Лорд Дитрей, могу ли я доверять вам?

— Что вы имеете в виду? — тут же покраснел он. — Я слуга императора! Я умру за него и его семью!

— Вот как. Умирать не нужно, лорд. Совершенно ни к чему это мрачное действие. Лучше живите, Дитрей, и приносите пользу. Пойдёмте.

Я показала на дверь и усмехнулась.

— Прямо сейчас вы можете сослужить Его Величеству хорошую службу.

Когда мы вошли в гостиную, карта по-прежнему лежала на столе, но я заметила, что она немного изменила своё положение. То есть, Жермо ти Фар всё-таки не удержался, и судя по выражению его лица, информация оказалась не той, на что он рассчитывал.

— Присаживайтесь, лорд Дитрей, — я указала на диван и села рядом. — Вы узнали то, что хотели, герцог?

Дитрей пока помалкивал, но явно был настороже.

— В-вы… вы знаете, что там, принцесса?

— Знаю.

— А… император… Его Величество в курсе? — Жермо ти Фар вытер блестевший от пота лоб платком и рвано выдохнул.

— Безусловно, — искренне солгала я.

Дитрей едва заметно дёрнулся, но продолжил молчать.

— И вы… что вы хотите от меня?

— Как поживает ваш сын, герцог? — в свою очередь спросила я, продолжая наблюдать за гостем. И когда по лицу старика пробежала чёрная тень, я поняла, что попала в точку.

Меня долгое время занимал вопрос, почему такой богатый и открытый миру человек продолжает избегать прямого контакта с политикой. Почему его дело в прошлом было загублено неосторожной женой и куда же делся ребёнок. Ведь в рабство ушла лишь она одна.

Всё оказалось куда проще и гаже.

— Вы… нашли ребёнка, не так ли, герцог?

— Что?!

Ти Фар испуганно всхлипнул и вцепился дрожащими пальцами в подлокотники.

— Ваша жена, герцогиня Тимера, бесплодна. Сядьте Дитрей, наш разговор сугубо личный и я не пытаюсь оскорбить Его Милость. Я всего лишь констатирую факт. Я не стану утверждать, что это недостойный вашего статуса поступок, ведь в какой-то мере, вы спасли мальчика от голодной смерти.

— Голодной? — Теперь Дитрей был готов слушать.

— Да, лорд. Голодной. Мне удалось выяснить, что несколько деревень на границах с графством Светшир и герцогством Фар фактически не принадлежат никому. Земля там мёртвая, сухая и уже давно не интересует ни власть, ни народ. И мне интересно почему. Эта карта. — Я повернулась к лорду и развернула бумагу. — Была написана сразу после войны. Здесь все границы, установленные советом и императорской семьёй. Смотрите, видите? — Я провела пальцем вдоль линии разделения и ткнула в пустое место. Если внимательно рассмотреть этот участок, то вполне можно понять, отчего герцог не желает иметь никаких дел с политикой.