Новолуние - - Страница 19

Я сделала еще шаг вперед, чтобы убедиться в этом.

– Белла, повернись, – прорычал он.

Я с облегчением вздохнула. Именно злость я и хотела услышать – ложное, фальшивое свидетельство того, что ему не все равно, сомнительный подарок от моего подсознания.

Прошло всего несколько секунд, пока я в этом разбиралась. Несколько зрителей с любопытством смотрели на меня. Со стороны, наверное, казалось, что я размышляю, подойти к ним или нет. Как они могли догадаться, что я стою и наслаждаюсь неожиданным наплывом безумия?

– Привет, – произнес один из мужчин уверенно и в то же время немного саркастически. Он был светлокожий и светловолосый. Его поза говорила о том, что он считает себя симпатичным. Я не могла определить, так это или нет. У меня предвзятое представление о красоте.

Голос у меня в голове откликнулся слабым рычанием. Я улыбнулась, и уверенный в себе мужчина, похоже, воспринял это как знак одобрения.

– Вам чем-нибудь помочь? Вы, кажется, заблудились, – улыбнулся он и подмигнул мне.

Я осторожно переступила через сточную канаву, где в темноте струилась черная вода.

– Нет, я не заблудилась.

Теперь, подойдя поближе – а зрение у меня стало на удивление зорким, – я всмотрелась в лицо темноволосого коротышки. Оно казалось совершенно незнакомым. Я испытала странное разочарование из-за того, что он оказался не тем злодеем, который пытался убить меня почти год назад. Голос в моей голове смолк.

Коротышка поймал мой взгляд.

– Вас угостить? – неловко предложил он, явно польщенный тем, что взглядом я выбрала его.

– Я недостаточно взрослая для этого, – машинально ответила я.

Он пришел в замешательство, гадая, зачем же я к ним подошла. Я решила объясниться:

– На той стороне улицы мне показалось, что я вас знаю. Извините, я ошиблась.

Угроза, заставившая меня выйти на мостовую, исчезла. Они оказались не теми злодеями, которых я запомнила. Наверное, нормальные ребята. Безобидные. Я потеряла к ним интерес.

– Ничего страшного, – произнес уверенный в себе блондин. – Присоединяйтесь к нам.

– Спасибо, не могу.

Джессика в нерешительности стояла посреди улицы, глядя на меня выпученными от злости и обиды глазами.

– Ну, всего несколько минут.

Я покачала головой, повернулась и зашагала обратно к Джессике.

– Пойдем поедим, – предложила я, едва взглянув на нее.

– Ты о чем думала? – резко спросила она. – Ты же их не знаешь – а вдруг они психи?

Я пожала плечами, желая, чтобы она поскорее от меня отстала.

– Мне показалось, что я знаю одного из них.

– Какая же ты странная, Белла Свон. У меня такое чувство, что я совсем не знаю, кто ты на самом деле.

– Извини. – Я не знала, что еще на это ответить.

Мы молча шли к «Макдоналдсу». Держу пари, что она жалела, что не проехала короткий путь от кинотеатра на машине, чтобы просто сделать заказ в «МакАвто». Теперь ей так же хотелось, чтобы вечер поскорее закончился, как и мне с самого его начала.

Пока мы ели, я несколько раз пыталась завязать разговор, но Джессика отмалчивалась. Наверное, я сильно ее обидела.

Когда мы сели в машину, она снова настроила приемник на свою любимую станцию и врубила звук так громко, что поговорить оказалось непросто.

Мне не пришлось напрягаться, как обычно, чтобы не обращать внимания на музыку. И хотя мои мысли наконец избавились от онемения и пустоты, мне было о чем подумать, не вслушиваясь в слова.

Я ждала, пока вернутся онемение или боль. Потому что боль должна была вернуться. Я нарушила установленные мною же правила. Вместо того чтобы гнать от себя воспоминания, я с готовностью шагнула им навстречу. Я так ясно услышала его голос, и за это уж точно придется заплатить. Особенно если мне не удастся вернуть защищавшую меня дымку. Я чувствовала оживление, и это меня пугало. Но облегчение сильнее всего ощущалось во всем теле – облегчение, шедшее из самых глубин моего существа.

Хоть я и пыталась не думать о нем, я не хотела забыть. Я терзалась мыслью – во мраке ночи, когда изнуряющая бессонница делала меня беззащитной, – что все безвозвратно исчезает. Что мой разум превращается в решето, и однажды я не смогу вспомнить оттенок его глаз, прикосновение его прохладной кожи или тембр его голоса. Я не могла о них думать, но я должна их запомнить. Чтобы жить, я должна верить, знать, что он существует. И все. Остальное я вынесу. Пока он существует.

Вот почему я привязалась к Форксу сильнее, чем когда-либо раньше, вот поэтому сцепилась с Чарли, когда тот предложил сменить обстановку. Но, если честно, это вряд ли имело значение: он, конечно же, не собирался сюда возвращаться.

Но если бы я отправилась в Джексонвилл или в какое-то другое незнакомое солнечное место, как я могла быть уверена, что он реален? Там, где я никогда не смогла бы его себе представить, моя вера поколебалась бы… а вот этого я бы не пережила. Невозможно вспоминать, нельзя забывать – вот такая тонкая грань.

Я удивилась, когда Джессика остановила машину у моего дома. Ехали мы недолго, но я бы никогда не подумала, что она сможет проехать столько времени, не произнеся ни слова.

– Спасибо тебе за компанию, Джесс, – сказала я, открывая свою дверь. – Было очень… весело. – Мне показалось, что слово «весело» подходило больше всего.

– Конечно, – пробормотала она.

– Ты извини за… ну, после фильма.

– Да ничего, Белла. – Она злобно уставилась в ветровое стекло, вместо того чтобы посмотреть на меня. Похоже, она не успокоилась, а наоборот, еще больше рассердилась.

– Тогда до понедельника?

– Да. Пока.

Я сдалась и захлопнула дверь. Она уехала, так и не посмотрев на меня. Я забыла о ней, не успев войти в дом.

Чарли ждал меня посреди коридора, сложив на груди сжатые в кулаки руки.

– Привет, пап, – рассеянно бросила я, проскользнув мимо него к лестнице. Я так долго думала о нем, и мне хотелось оказаться наверху, прежде чем меня накроет волной.

– Где ты была? – строго спросил Чарли.

Я удивленно посмотрела на отца.

– Ходила с Джессикой в кино в Порт-Анджелесе. Я же утром тебе говорила.

– Хм, – пробурчал он.

– Так нормально?

Он уставился на меня, выпучив глаза, словно увидел что-то неожиданное.

– Да, нормально. Ты довольна?

– Конечно, – ответила я. – Мы смотрели, как зомби поедают людей. Просто класс.

Глаза его сузились.

– Спокойной ночи, пап!

Он отступил в сторону, и я бросилась к себе в комнату. Через несколько минут, когда я лежала на кровати, покорившись судьбе, наконец явилась боль.

Меня охватило ужасное ощущение, словно в груди образовалась дыра, через которую у меня вырывали органы, оставляя рваные, незаживающие раны, продолжавшие зудеть и кровоточить, несмотря на течение времени. Я осознавала, что легкие по-прежнему на месте, но все же ловила ртом воздух, а голова кружилась. Все мои усилия пошли насмарку. Сердце, наверное, тоже колотилось, но я не слышала его грохота в ушах; руки у меня посинели от холода. Я свернулась калачиком, сжав руками ребра, чтобы не рассыпаться. Я ждала, когда вернется онемение, отрицание всего, но оно не приходило.

И все же я поняла, что выживу. Я оставалась в сознании, чувствовала боль – зудящий поток, вытекавший у меня из груди, отдававшийся пульсацией в голове, руках и ногах, – но боль была терпимой. Я могла ее пережить. Это была не та боль, что стихает со временем, но, может, я стала сильнее, чтобы ее вынести.

Что бы ни случилось этим вечером – зомби, всплеск адреналина или же галлюцинации – это пробудило меня к жизни. Впервые за долгое время я не знала, чего ждать утром.

Глава 5

Обманщица

– Белла, может, ты пойдешь домой? – предложил Майк, глядя не на меня, а куда-то в сторону.

Мне стало интересно, сколько же это продолжалось, прежде чем я заметила.

День в магазине Ньютонов выдался довольно спокойный. В этот момент там находились лишь два постоянных покупателя, судя по разговору – любители пешего туризма. Весь последний час Майк дотошно разъяснял им достоинства и недостатки двух видов облегченных рюкзаков. Однако они отвлеклись от покупки и принялись соревноваться в том, чья туристская история окажется лучшей. Это позволило Майку отойти от них.