Смертельный кредит. Документальный детектив - Маркин Александр Алексеевич - Страница 13

– Бубенцову предлагать участие в бизнесе недвижимости? – уточнил я.

– Нет, перебьется, его нам только не хватало!

Еще изрядно приняв водки, Пунш на несколько минут замолчал, а потом вдруг неожиданно не своим голосом воскликнул:

– А я вообще скоро умру!

Катенька Крысина взвизгнула и закричала:

– Типун вам на язык!

Марина проговорила:

– Упаси Боже!

Я как человек, которого расстреливали в упор, произнес:

– Все будет так, как угодно Господу!

Еще немного выпив, мы покинули уютный ресторан и не спеша двинулись по ночному парку в сторону королевского дворца, чтобы взять разновозрастной парочке такси. Несколько минут Пунш шел молча, неожиданно быстрым шагом, а пройдя вперед, вдруг повернулся ко мне лицом и встал на колени. Он умолял меня спасти его от Дигоевского, хрипел и со слезами на глазах уверял, что за ним следят и точно хотят убить. Я в недоумении смотрел на коленопреклоненного Пунша и не понимал, что с ним происходит. Катенька Крысина подбежала к нему и стала поднимать. Забыв, что нужно скрывать их любовную связь, она запричитала:

– Володенька, что с тобой? Тебе нельзя много пить, поехали к нам в номер.

Я, невзирая на ночь, набрал номер телефона Дигоевского:

– Пунш просил меня спасти его от тебя. Сказал, что за ним следят и явно хотят убить. Что скажешь, Григорий?

– Пунш – мразь. Хотя он сломал мне карьеру и жизнь, я о него пачкать руки не стану! До свидания!

Очень хорошо зная Дигоевского, я понял, что он не врет и в самом деле не при расстрельных делах. Я мягко изложил Пуншу суть сказанного Дигоевским и посоветовал ему не напрягаться излишне и не грешить на бывшего компаньона.

После Мадрида Пунш с Катенькой улетели в Вену отдыхать и набираться сил для дальнейшей борьбы с проблемой, которую он сам себе создал. Мы с Мариной отправились домой в Кальпе изучать рынок недвижимости и готовиться к новому визиту Пунша, запланированному на конец января 2003 года.

В ноябре 2002 года недовольство Пунша всем, что его окружало, в первую очередь – своей охраной, начало нарастать как снежный ком. Основания для этого были кричаще серьезными. Охранники спали везде. «Телохранитель» Леонов частенько умудрялся спать с открытыми глазами во время движения автомобиля с находившимся внутри Пуншем. Раздражение Пунша еще больше обострила информация от начальника службы безопасности Чеботарева – тот сообщил, что в его адрес пришел факс с угрозами убийством. На вопрос, что он собирается делать, Чеботарев ответил:

– Я не знаю, давайте решим вместе.

Рассвирепев, Пунш в очередной раз собрался уволить Чеботарева и даже начал вести переговоры со своим бывшим куратором из КГБ Левитиным, которому в былые годы постукивал на сотрудников министерства радиопромышленности СССР. Пунш предложил ему возглавить службу безопасности ХК «Интерпродукт». Левитин согласился работать на своего бывшего стукача в качестве вице-президента «Интерпродукта» по безопасности. 28 ноября 2002 года он написал заявление о приеме на работу – но не в тот же день, а, по настоянию Бубенцова, только с декабря 2002 года.

Мне затеявший перемены Пунш поручил подыскать для него надежную домработницу, пояснив, что не хочет, чтобы этим вопросом занимался Чеботарев или кто-либо другой, во избежание утечки информации о своей личной и семейной жизни. Я выполнил просьбу, и в доме Пунша стала работать порядочная и ответственная женщина. Никто из членов семьи Пунша ни разу не пожаловался на нее.

Помимо проблем с личной охраной, Владимира Михайловича утомляли постоянные дрязги из-за денег среди руководителей структур, входящих в «Интерпродукт». Дошло до того, что Михаил Макаров[19], гендиректор дочерней компании «Интерпродукт-Санкт-Петербург», взвесив все «за» и «против», позвонил Пуншу и объявил, что уходит с должности из-за неприязненных отношений с другим руководителем – возглавлявшим «Интерпродукт-Центр» Валентином Севостьяновым[20]. Пунш удивился и попросил не принимать скоропалительных решений, пообещав во вторник, 19 ноября, прилететь в Северную столицу, где они во всем разберутся.

19 ноября, никуда не заезжая и не отвлекаясь ни на какие другие дела, Пунш прямо из дома направился в «Шереметьево-1» и в 17 часов 25 минут приземлился в «Пулково-1». Макаров встретил его в аэропорту с одним из своих заместителей и повез в ресторан «Лесной». Там после хорошего ужина и большой порции водки Пунш сказал Макарову, что между ними никаких проблем нет, он его уважает и просит не уходить из компании «Интерпродукт-Санкт-Петербург». Уже около двух часов ночи Макаров отвез пьяного Пунша в подконтрольный ему отель «Коринтия Невский Палас». По просьбе Макарова Пунша поселили в номере 352, славившемся тем, что он был напичкан прослушкой ФСБ.

Проснувшись поздно с чувством похмелья после вчерашнего и испуганно осматриваясь по сторонам, Пунш не сразу понял, где находится. Обследовав номер, он сосредоточил свое внимание на баре с традиционным набором бутылок и большим количеством закусок. Поправив здоровье, Пунш успокоился и начал размышлять над тем, что происходит и почему он оказался в Санкт-Петербурге. Сделав несколько звонков в Москву, он восстановил в памяти все последние события и разговор с Макаровым. Немного подумав, Пунш решил, что конфликт нужно разрулить и с Севостьяновым, чтобы не раскачивать лодку.

Днем, во время встречи с Макаровым в офисе «Интерпродукт-Санкт-Петербург», Пунш, как ни в чем не бывало, поднял вопрос о минимизации расходов питерского филиала и предложил уволить сына Макарова, бывшего у отца заместителем. Мол, ему дышат в спину из-за того, что у них нет никакой прибыли. Макаров понял, что верить Пуншу нельзя, и тем не менее согласился вывести сына из своих заместителей – но не увольнять его. По вопросам о минимизации расходов и об отношениях с Севостьяновым они так ни до чего и не договорились.

Вечером был ужин у Макарова дома. Пунш пил много водки и изучающе смотрел на собеседника, размышляя про себя, занимался ли тот «мокрыми» делами. Ведь служил же он в Афганистане и может, по крайней мере, знать людей, способных за деньги это провернуть… Сейчас к нему обратиться или немного погодить? Пунш мялся, раньше ему никогда не приходилось заказывать убийство. Но и самому умереть раньше времени тоже не хотелось.

– А что, Михаил Борисович, у вас в городе постреливают или тихо-мирно все решают? – спросил Пунш, как бы невзначай, не глядя Макарову в глаза.

– Постреливают иногда, но уже реже, чем в девяностые, – ответил Макаров, посмотрев на Пунша.

– А что делят? – продолжил развивать тему Пунш, не отрываясь от еды и не поднимая глаз.

– Как обычно, бизнес или сферы влияния.

– Нам-то здесь бандиты серьезно не угрожают? – поинтересовался Пунш и устремил взгляд прямо на Макарова.

– Нет, никто. Мой «Феникс»[21] котируется в Питере, – гордо заметил Макаров.

– А если беспредельщики заявятся, что будешь делать? – допытывался Пунш.

– Земли много, на всех хватит, – ответил Макаров.

Пуншу понравился ответ Макарова. Он сделал выбор: когда и если он примет решение о заказе Бубенцова, то обратится по этому эксклюзивному делу только к Макарову.

Переночевав у Макарова, Пунш с утра, на свежую голову, решил приблизить к его к себе и пригласил стать своим заместителем с хорошей прибавкой в зарплате. Для Макарова это предложение было неожиданным и непонятным, поскольку только вчера Пунш собирался уволить его сына из компании «Интерпродукт-Санкт-Петербург» и серьезно урезать бюджет филиала.

– Надо поразмыслить, Владимир Михайлович, – задумчиво произнес Макаров.

– Думай, Михаил Борисович, но только не затягивай, а то у нас работы много, – чуть надавил Пунш.

Погуляв немного по центру города, Пунш в сопровождении Макарова приехал в «Пулково-1», чтобы лететь в Москву. Макаров организовал проводы через депутатский зал, со всеми рисовками и охранными понтами, подчеркивая солидность фигуры Пунша, но не забывая и про саморекламу. Распрощавшись с Макаровым, Пунш, как робот, подчиняясь Нидси, взглянул на часы, висевшие на стене. Было 20 часов, заканчивался четверг, 21 ноября. Обратный отсчет времени жизни Пунша был запущен. Когда он был уже в самолете, Пуншу позвонила его жена Карина Леонидовна: