Финист Урван и око василиска (СИ) - Нирут Михаил - Страница 26

Позвизд внял словам повелителя. Мысли чудовища показались ему логичными и справедливыми. Даже во время близкого триумфа змей не терял бдительности. В его глазах василиск показался ещё более мудрым, чем он думал до этого, и вызвал ещё большее восхищение и благоговение.

— Повинуюсь, владыка. Я буду следить за юношей.

Демиург отлетел назад и направился к выходу. Остальные гамарталоны за время, пока Позвизд шептался с василиском, успели подняться на вершину зиккурата и оказались в капище. Леший и водяной, не теряя времени, спустились с пирамиды и понеслись к Дивногорску. Зинон наспех прочитал заклинания, обернулся вороном и тоже полетел вслед за ними в направлении города. Лишь Вий остался дожидаться своего побратима.

Спустя минуту, когда гамарталоны отдалились на расстояние нескольких вёрст, показался демиург воздуха. Его лицо распирала улыбка, а от него самого разило самодовольством. Вий сразу смекнул, что василиск доверил Позвизду важную миссию и одной лишь охраной Нахаша дело не обошлось.

— Что сказал тебе змей? — раздражённо буркнул сатир.

— Это тебя не касается, — холодно ответил демиург.

— Перед нами сейчас стоит самая ответственная задача, — скривился Вий. — Если ты желаешь блага господину, то должен честно признаться мне. Ибо так и только так я смогу принимать верные решения, если нам предстоит сражение с финистом.

Позвизд задумался. По словам Зинона, всё должно было пройти благополучно. Между тем змей вселил в сердце демиурга тревогу. Если финист успел повлиять на другого чернокнижника, то трём гамарталонам придётся биться против хранителя и мага, не говоря уже о фениксе, который возможно и не погиб, а где-то затаился. При таком положении дел их задача значительно усложняется. И тогда, конечно, Вию лучше знать, что сейчас василиска никто не охраняет.

— Повелитель велел мне следить за Зиноном. Мало ли, этот борисфянин передумает отдавать камень. Тогда я их должен убить.

«Выходит змей остаётся без охраны», — подумал сатир, но вслух ничего не сказал.

Позвизд открыл пасть пошире, и из неё как из печи повалил белоснежный густой туман. Дымка объяла голову демиурга сверху донизу, и он превратился в небольшое кучевое облачко, которое тотчас же устремилось к небу и очень скоро скрылось из виду.

Вий ещё несколько минут стоял в одиночестве. Он понимал, что успешное выполнение миссии понизит его положение. Ему придётся подчиняться безродным борисфянам и выполнять их приказы. Он станет не первым среди равных, а третьим и слабейшим. Но самое ужасное, змей может захотеть уничтожить демиурга огня. Это станет хорошим назиданием для молодых колдунов, дабы они впредь не повторяли промахов Вия.

Отряхнув тревожные мысли, сатир разбежался посильнее и прыгнул с пирамиды. Во время падения он обернулся нетопырём и полетел следом за водяным и лешим, пока те не успели отдалиться слишком далеко.

Глава 11. Предательство

Ночь выдалась на удивление спокойной. Небосвод сиял неисчислимым количеством звёзд. Единичные облака изредка проплывали по небу и скрывались за линией горизонта. Воздух наполнял аромат минералов, покоившихся на одинокой горе.

Урван стоял на коленях на правой башне и самозабвенно взывал к Богу. Всю ночь он провёл в бодрствовании и неустанном молении. Ведь с минуты на минуту должен явиться змей и предстоит тяжёлый бой не на жизнь, а на смерть. В этой решающей битве его спасти может только Элогим, поэтому все речи финиста были наполнены призывами к прощению и робкими прошениями даровать возможность победить чудовище. Иногда его посещали желания получить от Господа видения подобные тем, которые получал Флегонт во время молитвы. Но за всю ночь он не удостоился от Вседержителя ни одного знамения.

Неожиданно ночную тишину прервали громкие монотонные удары. Они походили на лязг кузнечного молота, когда тот с силой врезается в раскалённый металл. С каждой секундой стук нарастал. В какой-то момент хранитель ощутил коленями, как каменные стены кремля затряслись, и кое-где стала осыпаться штукатурка.

Всадник медленно поднялся, отряхнул штанины и надел плащ. В полной тишине подойдя к зубцу, взял шест и закинул под левую мышку. Его взгляд устремился на восток, к источнику звука. Он долго вглядывался, силясь поскорее обнаружить змея.

Наконец спустя минуту, которая показалась ему вечностью, финист увидел сорокаметрового лешего. На левом плече у которого гнездился уродливый водяной, а на правом восседал Зинон. Вокруг ветвистых рогов страшилища кружил чёрный нетопырь.

Впервые в жизни Урван видел демиургов не на картинках, а в живую в их демонической форме. Благодаря знаниям, полученным от своего наставника, он сразу определил, что перед ним гамарталоны земли, воды и огня.

К изумлению хранителя, он никак не мог обнаружить василиска и Позвизда. А ведь именно сейчас было лучшее время, когда змей вместе со всеми проклятыми должен обрушить всю мощь на хранителя. Неужели он испугался и в страхе отсиживается в зиккурате вместе с воздушным демиургом?

Урван обрадовался трусости гада. Отсутствие бывшего дракона и одного из прихвостней сулило хорошие перспективы. Без них у него появился шанс одержать победу в этом неравном сражении. В прошлом уже был похожий прецедент, когда Фортунат смог обратить в бегство четырёх гамарталонов, заманивших его в засаду. Но в тот раз на его стороне сражался феникс, а сейчас финист был один.

В священном трепете юноша поднял глаза к небу. Он робко протянул руки вперёд и положил правую поверх левой ладонями вверх, подобно тому, как простолюдины просят благословения у священника.

— Верен Бог! — торжественно возгласил всадник громовым голосом. — Который не попускает быть искушаемым сверх сил, но при искушении даёт облегчение, чтобы я мог перенести. Никто не устоит против меня. Господь Бог мой навёл страх и трепет передо мной.

Ловким движением Урван выхватил из-под мышки посох и подбросил вверх. Трижды шест провернулся в воздухе и точно упал в раскрытые ладони юноши. Финист поднял древко над головой. Блеснула яркая вспышка, и из обоих концов посоха выскочило по клинку. Они полыхали синим огнём, издавая характерный треск. Пламя светило так ярко, как никогда раньше до этого не сияло.

Внезапный высвет и громовой голос ужаснули гамарталонов. Леший от испуга остановился и оцепенел. Его спутники также замерли на его плечах подобно каменным изваяниям. Минуту назад они были уверенны, что наездник сидит в кандалах в логове чернокнижников, а путь свободен и абсолютно безопасен. По факту же всё оказалось совершенно не так и привело их в замешательство.

Расхитители также заметили отсутствие дивногорцев на стенах. И сразу всем стало ясно, что горожане бежали из кремля, а бастион защищает лишь один финист.

Больше всех испугался Зинон, не за себя, за младшего брата. Ведь если Урвану удалось освободиться от пут, то он наверняка постарался убить Замврия. Именно так поступил бы сам Зинон, если бы его попытались пленить. Кроме того, хранитель наверняка таил злобу на чародеев за смерть своего феникса.

Нетопырь взлетел вверх и обернулся сатиром. Он сделал кувырок назад и приземлился точно на макушку лешего. Правой рукой схватившись за отросток из рога земляного демируга, наклонил свою уродливую голову к Зинону. Перепуганный юноша смотрел на Вия, не в силах выговорить ни слова. В очередной раз его душа ушла в пятки, а холодный пот побежал по спине.

— Ты обманул нас, маленький чернокнижник, — угрожающе прошипел сатир.

Зинон закрыл глаза и попытался сосредоточиться. Судьба брата его сейчас заботила больше, чем конфликт с проклятыми. Он забубнил под нос заклинания, но от волнения дважды у него ничего не вышло. На третий раз таки ему удалось обернуться вороном. Птица расправила крылья пошире и соскочила с плеча лешего. Она полетела к горе, изо всех сил размахивая пернатыми конечностями.

— Гамарталоны! — взревел Вий, наблюдая за уносящимся Зиноном. — Уничтожьте финиста, пока он не призвал свою проклятую птицу!