Острие лезвия, ветер и любовь (СИ) - Галицына Варвара - Страница 107

Усмехнувшись ещё раз, сигнальщик подняла кружку с элем и припала к ней губами, ловко спрятав набежавшие на глаза слёзы скорби.

— Я-то думал, что говорить очевидное не стоило, и мы все уже давно приняли твою власть, — подхватил Кайи. Парень задумчиво, не отводя глаз, смотрел в одну и ту же непримечательную точку на столе. — Пока мы были посвящены своим проблемам: Эклесс лелеял мечту оторвать голову моему предателю-отцу, Дейкил оплакивала Тейрана, а я от горя совсем потерялся, ты вела нас, а мы следовали.

Подняв взгляд на мать, парень улыбнулся — устало, но уверенно.

Эклесс опустил голову — остальные, признавая главенство Сули, повторили за ним — и сказал:

— Да здравствует вождь.

— Эклесс, — позвала Сулмедис и взглянула в лиловые волчьи глаза друга, — вчера ты назвал меня своим вождём. Скажи мне, ты говорил искренне? — волк уверенно кивнул. — Раз так, то ты будешь слушать меня, так же как слушал прежде Хелтая, а до него Бодиль? — кивнул вновь. — В таком случае я приказываю тебе обернуться человеком и проделать этот путь верхом. Мы понесём тебя по очереди.

— Я и без того обуза, а так окончательно стану балластом. Не хочу заставлять кого-то из вас тратить на меня силы, — оборотень упрямился, но человеком обернулся. Теперь он стоял, понурый, смотря себе под ноги словно нашкодивших ребенок, боящийся наказания.

— Что-то я не припомню, чтобы ты хотя бы раз оспаривал приказы Хелтая, — Сули, с небывалой прежде уверенностью, шагнула в сторону мужчины, а тот поджал губы. — Я не тянула тебя за язык, так что, раз уж назвал меня вождём, — волчица улеглась на землю перед другом, — выполняй мои приказы.

Оборотень неуверенно замялся, но вновь спорить с приказом не решился, и, подойдя вплотную к белой волчице, перекинул ногу через её спину, сел, ухватившись здоровой рукой за шерсть на загривке. Сули неспешно поднялась, не ожидая, что Эклесс окажется таким тяжелым.

— Быть может лучше я? — спросил у матери Кайи. Та упрямо — как делал это Хелтай — тряхнула головой.

— Справлюсь. А сейчас отправляемся. Не хватало нам еще отстать.

И трое волков бросились следом за армией оборотней, идущих на Средиземье.

***

Вечер окутал мир тьмой.

— Кажется, что путь из королевства оборотней тянется в разы дольше чем путь в него, — Сули потянулась, размяв затекшие после сна мышцы. На привал армия Рангара остановилась уже после полудня. — Думаю к ночи, часа через два или три, мы отправимся дальше.

— А Ралиса-то так и не видно, — Дейкил покачала головой, вглядываясь в стоявшие кругом телеги. Когда оборотни только прибыли те были полны, теперь же вся еда была роздана воинам. Кормили не до отвала, но поднабрать сил до следующего привала можно. — Странно. Куда он мог деться?

— Думается мне, он отправился вперёд, — рассудила Сули. — Ралис не из тех, кто может долго усидеть на месте. Хотя кто знает, теперь-то я уже ни в чем связанным с ним не уверена.

Дейкил задумчиво хмыкнула и прильнула к бурдюку с водой.

— Дядя и прежде был горазд на сюрпризы, но теперь, — поняв, что шутка сейчас ни к чему, сигнальщик прервала себя на середине фразы с сделала ещё один глоток. — Хотя сегодня все мы ошиблись. Вон он ходит.

Проследив за взглядом подруги, Сули увидела Ралиса; деловито, он прохаживался вокруг обозов с незнакомым девушке оборотнем и Вилосом. Темноволосая поднялась с места, намереваясь подойти поближе. Кто знает, вдруг удастся подслушать разговор.

Удача была на её стороне, и обрывок фразы долетел до ушей:

— Как вернётесь, передайте мой приказ выждать месяц и отправляться в Средиземье. В Рангаре сейчас только щенки да старики и беременные женщины, которые не в состоянии драться. Идти они будут долго, а сопровождать их будут те войны, которых я оставил в городе. Пусть отправятся к границам северо-восточного Лихолесья. Когда они будут там, эльфийский город встретит их открытыми воротами.

Мужчина-оборотень, видимо являвшийся ответственным за эти возы, неустанно кивал на каждое слово своего короля. Ралис остановился, нахмурился и вдруг устало улыбнулся сам себе.

— Отправляйтесь завтра на рассвете, — отдал он последний приказ и отпустил незнакомого Сули оборотня. Повернулся к Вилосу: — Ты тоже можешь идти. Я пришлю за тобой, если понадобишься.

Парень откланялся и, неспешно — несколько раз обернувшись — ушёл. Ралис размял спину, потянулся и направился прямо к месту, где стояла темноволосая.

— Прятаться так и не научилась, — пожурил он, проходя мимо.

— Что должно произойти, чтобы ты одумался?

— Нет на свете такой силы, — оборотень беззаботно, как могло показаться, махнул рукой и скрылся среди других оборотней. Сули не последовала за ним, вместо этого вернувшись к друзьям.

— Ралис слишком самоуверен, — пояснила она своё недовольство. — Он приказал тем оборотням, которые остались в Рангаре, через месяц отправляться к границам Лихолесья. Этот идиот не сомневается в победе.

— Нам срочно нужно что-то предпринять, — уже в который раз протянула Дейкил. Эклесс молчал, а Кайи громко фыркнул. Парень поднялся на ноги, но не стал уходить.

— Что же нам делать? Ха. Будто бы у нас много вариантов, — бросив это, он отвернулся от остальных и неспешно зашагал в сторону.

***

Один день пути.

Лишь один день пути остался до белых стен Минас-Тирита.

Отчаяние захлестнуло собой каждого из членов небольшой стаи, вождём которой единогласно признали Сули. Сама же девушка теперь нетерпеливо ходила из стороны в сторону, успев уже протоптать аккуратную тропинку среди зелёной травы — сегодня темноволосая отошла далеко от стоянки, и не один оборотень не потревожит её здесь.

— Что же делать? Что? Должно быть какое-то решение, — неустанно повторяла девушка себе под нос.

— Решение есть, да только вы трое упрямо не хотите его принять.

Она обернулась на голос; это был Кайи, а подле него два смутно знакомых мужчины из их рангарских собратьев. В одном из них Сули узнала воина Ралиса, а вот второй никак не припоминался.

— О чем ты?

— Он об убийстве неугодного монарха, — выступил незнакомец. Девушка нахмурилась от этих слов и заглянула в лицо сына, ища в нём ответ на незаданный вопрос. Кайи же, с пугающей обреченностью во взгляде, смотрел себе под ноги, на вытоптанную темноволосой тропинку.

— Кайи! Убийство Ралиса не выход. Это не то, что нужно нам.

— А что нам нужно, мама? — парень, будто бы повзрослевший на целые века за последние несколько дней, посмотрел ей в глаза. — Нам нужны монстры-оборотни, подчиненные Саурону? Нам нужна победа Мордора? Оглянись! Силы Света и Тьмы и без того не равны, а такая армия окончательно перевесит чаши весов на сторону Тёмного Властелина. Ты хочешь мир в огне и крови?

Сули отшагнула от сына как от необузданного пламени. Слова его жгли как жжёт факел руку, занесённую над ним.

— Нет, — она покачала головой. — Мы должны переубедить Ралиса. Это наш выход.

Воин короля, не скрывая своего отношения к прозвучавшим словам, громко цыкнул.

— Видел я, как ты переубеждаешь. Очень действенно.

Отвечать на эти слова норовившей сорваться с языка колкостью воспитанница эльфов не стала. Двое незнакомцев не интересовали её — лишь мнение сына имело значение.

— Неужели ты действительно хочешь смерти Ралиса?

Парень покачал головой из стороны в сторону.

— Нет. Я совсем не хочу этого и, уверен, возненавижу того, кто лишит моего отца жизни, но это необходимое зло. Мы спасём мир его смертью.

— Кайи!

— Нет, мама, — остановил девушку рыжеволосый. — Пока вы с Дейкил и Эклессом вели праздные разговоры я собрал оборотней, которые готовы действовать. Мы сделаем то, что должно, а в замен хотим попросить не ставить нам палки в колеса.

Сули не могла поверить в прозвучавшие слова и вновь принялась ходить из стороны в сторону, не обращая никакого внимания на стоящих перед ней собратьев.

— Это безумие. У Ралиса кольцо силы. Он победит всех вас, а после обречёт на смерть. Только этого вы и добьётесь своим бунтом. Нужно действовать иначе. Дайте только время…