Дитя Пророчества (СИ) - Сыч Кира Васильевна - Страница 37

— Прячьтесь! — тихо и властно скомандовал тифлинг. — Это патруль дроу!

Компаньоны немедленно рассредоточились за валунами, украдкой поглядывая на тропу. Отряд из прекрасных темнокожих эльфов прошествовал мимо них, никого не заметив — подземным воителям, вероятно, просто не приходило в голову, что на этой дороге им осмелится повстречаться любой чужак.

— Проследить за ними? — одними губами проговорила Канни, но Хаэр’Далис энергично мотнул головой.

— Если они приведут нас к своему городу, нам от этого никакого толку. — пояснил он шепотом, хотя дроу удалились уже на порядочное расстояние. — А если они тебя заметят — еще хуже.

— Не такая уж я неуклюжая! — надулась было головорез, затем снова ласково улыбнулась. — Хотя, конечно, здесь они на своей территории и знают тут каждый камень.

— Эй! Идите все сюда! — донесся до тифлингов голос любопытного Гаррика, не усидевшего в своем укрытии.

Все компаньоны немедленно собрались за спиной юноши, стоявшего перед непонятной металлической конструкцией, по виду напоминавшей кокон.

— Что это за штука? — тихо и недоуменно пробормотала Налия.

Даже ее обширных магических знаний было недостаточно, чтобы опознать сооружение.

— Это…  планарная часовня. — скривился от отвращения Хаэр’Далис. — В Сигиле они используются для заключения особенно опасных созданий. — пояснил он, подходя ближе. — Не представляю, как подобная вещь попала в Андердарк…

— Как она работает? — поинтересовалась Канни, удивленная реакцией тифлинга. — Ты умеешь с такими обращаться?

— Эта адская конструкция работает на магии. — ответил Хаэр’Далис неохотно. — Заклинание сродни «Заключения» затягивает жертву в межпланарную капсулу, где нет течения времени. И там существо медленно сходит с ума, не нуждаясь в пище или отдыхе, не имея даже возможности умереть.

— Это чудовищно! — ужаснулся Гаррик, обходя часовню вокруг и исследуя незнакомые рычаги и панели кнопок на ее поверхности. — А мы можем с ней что-то поделать?

Все компаньоны удивленно уставились на скальда.

— Если темные эльфы, которые нам совсем не друзья, кого-то там заключили…  — разгадав мысль юноши, объяснила Имоен. — Может быть, их жертвы — ни в чем не повинные авантюристы с поверхности?

— Или лич. — оборвал ее осторожный Аномен. — Или местный Айреникус. Имеем ли мы право вмешиваться в дела обитателей подземья, не имея о них никакого понятия?

— Я не могу пройти мимо, зная, что, возможно, обрекаю невинную жертву темной магии на такую участь! — решительно заявила Налия, и Гаррик с Имоен согласно закивали головами.

— Будь по-вашему. — пожал плечами Хаэр’Далис и, повернув один из бесчисленных рычагов, отпрянул, выхватив мечи.

Кокон гулко зажужжал, искрясь магической энергией, и через мгновение друзья увидели перед собой человеческий силуэт.

— Иллюзии! Призраки! Вы лишь плод моего воображения! Прочь! Я изгоняю вас! — гневным и одновременно безнадежным тоном громко заговорил с ними незнакомый рослый воин.

— Мы освободили тебя из заключения…  — успела лишь произнести Налия, прежде чем незнакомец взмахнул мечом.

Аномен оказался проворнее и, не желая вступать в схватку с безумцем, отбросил его назад ударом щита.

— Успокойся немедленно! — потребовал он. — Или мы будем вынуждены тебе навредить!

— Ложь! — воитель поднялся на ноги, наступая на рыцаря. — Твои слова — мои собственные. Мой разум дразнит меня видениями о свободе!

Мгновенно придумав возможный выход из положения, Гаррик зашел сзади и основательно протянул воина по спине рукоятью катаны, привлекая к себе его внимание. Хаэр’Далис тут же бросил в скальда заклинание Каменной Кожи, и меч, мгновенно опустившийся на плечо юноши, чтобы разрубить его пополам, разлетелся на куски как стеклянный. В этот же момент Аномен прочел «Восстановление», мощное заклятие, призванное исцелять не только тело, но и разум того, на кого было направлено. Воин замер на месте, ошеломленно вглядываясь в окружающие его лица.

— Кто…  кто вы? — медленно выговорил он.

— Простые искатели приключений. — спокойно отозвался Гаррик. — Мы освободили тебя из заключения, и ты волен идти, куда вздумается.

— Я…  был заключен? — воин оглядывался, медленно приходя в себя. — Да…  я начинаю вспоминать. Моя группа столкнулась с отрядом дроу и…  Как долго я пробыл здесь? Что случилось с моими компаньонами?

— На это нам ответить нечего. — пожала плечами Канни. — Скажи нам, как ваша группа попала в Андердарк?

— Выход на поверхность в восточных тоннелях, в нескольких часах ходу отсюда. — к всеобщему удовольствию сообщил воин. — Мне же необходимо выяснить, что случилось с остальными. Примите мою бесконечную благодарность за спасение, и будьте осторожны. В Андердарке мало кто ценит добрые дела.

Следующей освобожденной жертвой заключения оказался юный и до беспамятства напуганный темный эльф. Увидев перед собой жителей поверхности, он, не произнося ни слова, бросился бежать и вскоре исчез из виду. За ним последовал еще один путешественник-северянин, очевидно, проведший в заключении не слишком много времени и потому сохранивший ясный рассудок. Рассыпавшись в самых искренних благодарностях, он также поспешил покинуть злополучное место.

Последним часовню покинул довольно диковинный пленник. Как оказалось, безобидный глубинный гном натолкнулся на патруль дроу, возвращаясь в свою деревню из подземного рудника. Испугавшись поначалу высоких и необычных жителей поверхности, он, тем не менее, любезно пригласил их отдохнуть в безопасности своего селения. Падающие от усталости дочери Баала с благодарностью приняли приглашение.

Узнав от Бедлена, так звали бывшего пленника, детали происшествия, его соплеменники радушно приняли Канни и ее друзей, и для начала усадили их обедать со старейшинами племени. Именно от глубинных гномов компаньоны впервые услышали тревожные вести. Дроу начали военные действия против своих светлых сородичей и уже разрушили храм Риллифэйна, расположенный на поверхности неподалеку от выхода из Андердарка. Вражда темных эльфов со светлыми длилась веками и была общеизвестна, однако друзей насторожило такое совпадение по времени.

— Айреникус побывал здесь совсем недавно. — рассуждал Хаэр’Далис, когда друзья наконец остались одни, устраиваясь на отдых в отведенных им покоях. — Не приложил ли он руку к происходящему?

— Совершенно не исключено. — согласился с предположением Аномен. — Однако же. В то время, когда поражение светлых эльфов само по себе является достаточной целью для дроу…  Что с этого получит наш волшебник?

— Месть. — не раздумывая, ответила на его риторический вопрос Имоен. — Айреникус упоминал о ней не раз. Может быть, объект его мстительных помыслов — эльф?

Некоторое время Канни молча слушала рассуждения своих товарищей, затем поднялась и вышла, знаком пригласив тифлинга последовать за ней.

— Я боюсь засыпать, Хаэр’Далис. — без предисловий сообщила девушка, когда они вышли на маленький балкончик, устроенный над входом в их временное жилище. — Ведь во сне мы не контролируем себя.

— Мгм, отсюда и берется храп. — пытаясь подбодрить подругу, пошутил тифлинг, и Канни слабо улыбнулась.

— Как бы вместо храпа не случился аватар Баала. — пояснила она нервно. — Что если я больше не проснусь? И, что еще важнее, что если проснусь я, но уже не проснешься ты?

— Об этом можешь не волноваться, моя птица. — беззаботно отмахнулся Хаэр’Далис.

Проснувшись как минимум через 16 часов, первое, что Канни увидела, была золотистая дымка, лениво рассеивающаяся вокруг ее тела. Сообразив, что произошло именно то, чего она опасалась, девушка в ужасе вскочила, дико озираясь по сторонам. Комната выглядела в точности как накануне, а ее прекрасный тифлинг, уже одетый, стоял у изножья кровати, спокойно глядя на нее. Прислушавшись же к своим ощущениям, Канни вдруг почувствовала перемену. Что-то новое, что появилось только после этой ночи.

— Кажется, я начинаю овладевать контролем над аватаром. — неуверенно произнесла она.