Тайная столица. Трагедия одной семьи (СИ) - Богомолова Дарья - Страница 22

Они должны были быть на высоте — поверх голов правителей и тех, кто считал себя вершителями судеб.

Феликс даже не обернулся на тихо скрипнувшую позади входную дверь. Зайти к нему перед встречей с репортёрами мог только один человек, и это был отнюдь не его отец. Держа руки в карманах брюк, молодой человек с тихим вздохом ещё раз осмотрел город, видный за окном.

— Что-то тревожит?

— Хочу поменять здесь все. — Феликс повёл плечом. — То, что офис из себя представляет сейчас, отражает предпочтения матери, не мои.

— Взгляните только, — с умилением вздохнул собеседник, стоявший позади. — Наш мальчик вырос и стал самостоятельным…

Позволив себе едва заметную улыбку, Феликс согласно кивнул и на мгновение прикрыл глаза. Он повзрослел гораздо раньше, чем всем хотелось бы, но пока что новоиспечённый глава “O&D Inter. Corp” не спешил расстраивать окружающих тем, что его взросление пришлось отнюдь не на 18 лет. При этом он никогда не смотрел с завистью на своих сверстников, скорее, наоборот: в школьные годы Феликс О’Двайер был головной болью преподавателей и заводилой для тех, кто предпочитал занятия прогуливать, катаясь по городу или гуляя по торговым центрам.

Многие и даже его собственный отец до сих пор считали его глупым ребёнком, и потому Микаэль немало удивился, когда отпрыск поставил перед выбором: оказаться в суде и опозориться на всю страну из-за факта хищения немалых сумм у корпорации, или уйти с миром. Отец выбрал более безболезненный путь решения проблемы, общественности заявив, что просто осознал отсутствие в себе интереса к подобной работе, а Феликс оказался у дел. Он мог бы радоваться такому успеху, но одна вещь до сих пор не давала покоя.

— Ты ведь работал с матерью не один год, — молодой человек повернулся на стоявшего позади мужчину, что был старше его лет на десять. — Не интересно, почему не ты новый глава?

Только спустя крайне долгое время, Феликс понял, что улыбка, которой его одарил мужчина, была не кривоватой из-за шрама у правого уголка рта, а вымученной и совершенно не искренней. Конечно, Вацлав считал, что заслужил место у руля.

Зажмурив на пару мгновений голубые кварцевые глаза, Феликс помотал головой и открыл их вновь, устремляя взгляд на дорогу. В пассажирском сиденье рядом мирно спал, закинув ноги на панель, Лючио, и как бы сильно ни хотелось с кем-нибудь поговорить, будить его мужчина не стал. Какой смысл было тратить лишнюю энергию на общение с тем, кто не понял бы его при всем желании. Если планировал задушевные разговоры, нужно было брать с собой Жозефину, это прелестное создание с внимательным, понимающим взглядом.

Правое плечо напомнило о себе неприятной болью, расползавшейся по паутине шрамов вокруг руки и по спине, и глава корпорации с едва слышным вздохом убрал одну руку от руля, чтобы с силой сжать место старого ранения. Он редко вспоминал об этом, даже, когда в преддверие плохой погоды рубец начинал неприятно ныть — это было терпимо. Теперь, с каждым часом все больше возвращаясь мыслями к Вацлаву, Феликс стал обращать на боль внимание. По крайней мере, она отвлекала от гула в голове, но это не значило, что мужчина вдруг начал наслаждаться хоть чем-то из того, что с ним происходило.

Всегда не доверявший окружающим, он уверился в своём решении не подпускать никого близко к себе после того, как, проведший рядом больше пяти лет, человек ударил в спину и почти смог его уничтожить.

Вацлав вынашивал свои планы долгие пять лет, и все это время был лучшим другом и тем, кто всегда отзывался на звонки посреди ночи, брал на себя лишнюю работу, и спасал — спасал от того хора голосов, мягко обхватывая голову ладонями и держа, аккуратно массируя пальцами виски, до того момента, пока все не затихало. В те годы отпала даже необходимость в алкоголе, хотя курить он так и не бросил.

Как нельзя кстати вспомнив о курении, мужчина свернул на обочину и остановил машину. Лючио по-прежнему спал и не среагировал даже на звук закрытия двери, когда Феликс вышел на улицу, шумно вдыхая прохладный воздух.

Лето постепенно отступало, и природа пахла осенью, сырой и затхлой. Желтели и подгнивали, готовые в скором времени упасть на землю, листья, животные торопились подготовить все к холодам. Мир медленно и неспешно погружался в ежегодный сон, должный начаться чуть больше, чем через месяц.

Закурив, Феликс запрокинул голову, выдыхая первое облачко дыма, что стало только гуще, смешавшись с промерзающим воздухом, и, постепенно рассеиваясь, поплыло вверх, к ярким звёздам. Они всегда были такими чёткими, ясно видимыми, знаменуя приближение осени, но у главы корпорации редко когда случалось свободное время, чтобы полюбоваться красотами вселенной.

— Мы уже на месте?

Мужчина обернулся на тихо вышедшего из машины Лючио, и отрицательно покачал головой.

— Ещё где-то полчаса.

Отвернувшись, Феликс зажмурился, потирая лоб пальцами, и хакер использовал этот момент, чтобы остановиться рядом, прислоняясь к капоту. Он внимательно присмотрелся к начальнику, не пытаясь скрыть своё беспокойство.

— Тебе не стоило выпивать.

— Все нормально, — глава корпорации дёрнул уголком рта и обхватил себя одной рукой, пальцами второй сбивая пепел с сигареты. — Это все ночь на диване, пока две пьяницы занимали мою кровать.

— Оказывается, золотому ребёнку О’Двайеров не чуждо уважение к женщинам, — хохотнул Лючио. Не заметив и тени веселья на лице собеседника, молодой человек коротко вздохнул сквозь зубы и, ёжась, спрятал руки в карманах куртки. — Слушай, я думал… Пока не уснул. Я уже слышал имя этого мужика. Он ведь работал с вами раньше, да?

— Был моим заместителем, — согласно кивнул Феликс. — Пять лет.

— И вы…

— Расстались не на самой лучшей ноте, — не дал закончить глава корпорации, машинально потерев правое плечо. — Мы не могли найти ни одной зацепки о его местонахождении все это время, но теперь, когда он вновь появился в Сэзере, я боюсь, что вся корпорация может быть под угрозой.

— Ладно тебе, — ободряюще хлопнул его по спине Лючио. — Только зря нагнетаешь. Что может какой-то человек в одиночку сделать целой корпорации?

Коротко усмехнувшись, Феликс проводил взглядом проехавшую мимо машину. Убрал руки в карманы джинсов, держа сигарету зажатой между зубов, и холодно произнёс:

— Связавшись с парой людей, я найду всю твою семью, и убью их одного за одним у тебя на глазах. Подняв все ресурсы корпорации, я за неделю сотру с лица земли больше половины населения империи. Он, в одиночку, может найти и уничтожить всех, кто каждый день приходит на работу в Башню. — Откинув не до конца докуренную сигарету на трассу, Феликс развернулся и пригрозил Лючио пальцем. — И это гораздо страшнее того, что могу сделать я, потому что если не будет корпорации — мир развалится.

Не сказав больше ни слова, мужчина аккуратно кивнул, вскидывая брови, и открыл дверцу машины. Звук щелчка отрезвил Лючио, на мгновение замершего, будто маленький зверёк перед лицом смертельной опасности. Мелко вздрогнув, молодой человек подобрался и бегом вернулся к своей стороне машины, спустя пару мгновений с едва слышным кряхтеньем падая в пассажирское кресло рядом с водителем.

Они молча завели мотор и тронулись с места, вновь выезжая на дорогу, и только через десять или больше минут после этого Лючио позволил себе отмереть.

— Знаешь, я бы все равно не боялся его так сильно, — сипло произнёс хакер, расчёсывая сбитые костяшки на левой руке.

— Ты всего лишь не сталкивался с такими, как он, — повёл плечом Феликс.

— Нет. — Лючио замер с испачканными в собственной крови от содранных ранок пальцами и повернул голову к собеседнику. — Но я знаю, что люди, держащие в руках всю власть и знающие о том, что они с её помощью могут сделать, гораздо опаснее. Неважно, что у вас там было с этим Вацлавом, но вряд ли он точит зуб на всю корпорацию, а вот ты, Феликс… Ты можешь завтра, подписав пару бумаг, ввергнуть весь мир в войну. Знаешь это, и эта мысль тебе приятна. В моем понимании ты — гораздо страшнее.