Волшебные Поля (СИ) - Мельник Инорь - Страница 41

— Комнаты есть?

— Для такого молодого, но уже авторитетного человека всегда найдется.

— Ай, какая красотка с хвостом, только не пойму, мальчик, или девочка.

— А мы и под хвост заправим, если такой кра…

Пьяная компания за столом неподалеку от стойки до конца обсудить мои прелести не успела. Коробка в руках, пять гвоздей, пять трупов. Осмотрелся, обычные торговцы или купцы спешно покидали просторный зал, а вот трое посетителей направлялись прямо в мою сторону. Один, явно главный в этой компании, просто шел, поигрывая тесаком, у двух других в руках было что-то более опасное. Артефакты, и неплохие, чтобы уйти от синих лучей, пришлось показывать чудеса акробатики. Три гвоздя, три трупа.

— Ой горе-то у нас какое, господин Сиплый на темные пути отправился, а ведь каким авторитетным был, туда ему и дорога Скажу вам по секрету, ваша милость, его авторитет перед вашим, просто ничто. — Запричитал за стойкой лохматый

— Ведь ты же Мотя?

— Как есть Мотя, ваше сиятельство.

— В этом здании еще есть люди, которые не буду тебе подчиняться?

— Четверо в подвале, два на первом этаже и пять на втором. — Это без раздумий, у Моти самая светлая голова уголовного мира Вансолона, но ее используют не по назначению.

Решил позвать абанов, бегать по подвалам за уродами самому не очень хочется. На улице явно что-то случилось, столпились степняки, рядом копытом бьет Вороной

Докладывал, как всегда Мурдон.

— Пятеро через окна уйти хотели, эта зверюга их всех копытами положила, вот только немного ножом его задели. Подошел к Вороному, прошептал слова благодарности, после случившейся катастрофы с задницей, навыки лечения резко улучшились, видно все знания, все-таки через нее. Небольшой порез исчез на глазах.

— Милорд, какой у вас авторитетный конь. — Выразил свой восторг Мотя.

На постоялом дворе Абаны с Мотей пробежались по этажам, много времени это не заняло.

— А теперь у нас будет серьезный разговор. — Мужик занервничал, попросил принести его сока, занялся делом, и вроде успокоился.

— Мотя, хочешь стать самым авторитетным человеком в этом городе?

— Да милорд, это моя мечта.

— Сколько еще серьезных банд в Вансолоне.

— Пять. — Мотя, как всегда был точен.

— Распусти слух, что у Сиплого есть серьезные документы, касающиеся всех добрых людей города, сегодня вечером нужно срочно встретиться и все обсудить.

— Распущу, только вот какое дело, не было никогда у Сиплого никаких бумаг, он и читать-то не умел.

— Распускай, пусть головы ломают, что же это за документы такие, которые неграмотный Сиплый всегда при себе держал. Только постарайся их по времени развести, чтобы не все одновременно появились.

Потом началась рутинная, довольно грязная и кровавая работа. Я лишал бандитов воздуха, их тут же оттаскивали в подвал, сам туда не спускался. Нас интересовали нычки, схроны и связи с высокопоставленными господами, ну и разные мелочи. Деятельное участие в допросах принял и сам Мотя, в своем белом фартуке, покрытом кровавыми пятнами, он выглядел страшновато.

Утром за столом сидели я, Мотя и Мурдон.

— Мотя, понимаешь, что ты теперь, самый авторитетный человек в городе, но без серьезной поддержки тебя сомнут.

— Абаны меня более чем устраивают, на первое смутное время прошу сто бойцов. По отчислениям тоже вопросов нет, меня все устраивает, милорд.

— С переводом на себя всех контор, магазинов и постоялых дворов проблем не было?

— У меня братья прекрасные юристы, все почти готово.

— Мотя, и никаких феек, это приказ. Раз в году будет появляться форух с ревизией.

Вся контрабанда с Синтарина теперь в наших руках. Мотя человек сложный, но на прямое предательство не пойдет, особенно после упоминания форуха. Абаны получили неплохой постоянный источник дохода, ну и мне кое-что собрали на дорожку.

— Как дела с судном до Синтарина. — Поинтересовался Мурдон.

Сплошные пираты и полу пираты, не хочу с ними связываться, после обязательной стычки мне что, потом судно в одиночку к Синтарину вести?.

— Молодые люди, разрешите присоединиться.

К нам обратился хорошо одетый приятный мужчина средних лет. Мы возражать не стали, он заказал себе большую чашку кофе и начал меня внимательно разглядывать. Мотя явно его знал и посматривал с опаской.

— Прежде чем совершать маленький переворот в преступной верхушке города, такие вещи обычно согласовываются со всеми заинтересованными людьми.

— Я все утрясу, я все решу. — Заверил Мотя.

— Вот и хорошо, а вас, молодой человек, я приглашаю посетить музыкальный салон. Не возражаете?

— У меня с музыкой не очень.

— Милорд у нас по другой части. — Подтвердил встревоженный Мотя.

— Молодой человек, когда я приглашаю, отказываться не принято

Сделал вид, что забыл перчатку и вернулся к столу.

— Кто это?

— Начальник тайной канцелярии, Гор Тир.

До последнего сомневался, куда меня сейчас привезут, оказалось, действительно, шикарный музыкальный салон. Женщины в красивых платьях, увешанные драгоценностями и, все как один, усатые военные.

— Позвольте вам представить Владимира Федорова, Давайте для нашего гостя попросим исполнить то, что уже несколько дней с замиранием сердца слушает весь город,, Легенда об Умерском ущелье”.Баллада, наверное, была в самом деле хороша, но не мог смотреть на принявших мужественные позы офицеров, причем так, чтобы их видели во всей красе миловидные соседки, а дамы, все, как одна достали кружевные платочки, которые время от времени крайне осторожно подносили к глазкам и совершали рискованные манипуляции веерами рядом со своими легкомысленными декольте.

— Я пойду. — Заявил начальнику Тайной канцелярии и пошел не выход

— Молодой человек, неужели вам не понравилось?

— В ущелье пахло мочой, кровью и дерьмом. Слагать об этом баллады, пожалуй, чересчур. Петь нужно о любви и всем таком, я же предупредил, что ничего не понимаю в музыке. Извините, я пойду.

— Интересный ты парень, Владимир Федоров. Завтра на Синтарин отходит линейный трехмачтовый военный корабль. На довольствие тебя и коня поставят, ты только матросов и офицеров не трогай, все вопросы решай с капитаном корабля. Вот предписание.

— Спасибо.

— В интересах Вансолона отправить тебя с нашей территории как можно быстрей. Рядом с тобой постоянно клановые и кровь, не хочу повторения Карахана.

— Все равно, спасибо.

— Возможно, и ты когда-нибудь сможешь отплатить мне добром. Удачи.

ЭПИЛОГ

Чиновник, оформлявший прибытие гостей на землю богов уже давно научился определять, кто перед ним с первого взгляда, а вот сейчас был в явном затруднении. Мальчишка лет пятнадцати с выцветшим вещевым мешком и потертым деревянным ящиком с ручкой. Кожаный костюм не новый, сапоги тоже видели времена получше, на поясе непонятный кривой меч. Но рядом с ним гордо вышагивает аранец, это что, принц в изгнании?.

— Имя, фамилия.

— Владимир Федоров.

— Зовут вас странно, вы издалека?

— Очень издалека.

— Что в ящике?

— Гвозди, я, вообще, мастер широкого профиля. Скажите, а у вас здесь лигетт много осталось?

— Да полно, этих тварей не переведешь А зачем вам?

— На моей далекой родине существует традиция, догнать самого опасного зверя и завязать ему на хвосте зеленую ленточку. Вот. — Ленточка с улыбкой была продемонстрирована.

— Можете проходить. — Если псих, это по части Юратему, но психи на военных кораблях Вансолона с аранцами не путешествуют, а провожать его спустился капитан корабля. Значит, важная шишка и опасный шутник, а это уже по части О’Шу.

Чиновник быстро начеркал текст сообщения и позвал подчиненного.

— Феорий, быстро ко мне. Эту бумагу доставишь в резиденцию О’Шу.

— А зачем так сложно, господин начальник. Их девчонки зачем-то третий день в порту крутятся, им и отдам. А что случилось-то?

— Приехал тут один на благородном аранце, чтобы подергать лигетту за хвост.