Купид: Бесконечная ночь (ЛП) - Дарахарт Надин - Страница 17

— Пикер всё ещё видит их, — смеется одна из женщин. — Купидов в доме. Он говорит, что они пробираются в башню ночью.

Дверь медленно за ними закрывается. Я задерживаю дыхание и ещё сильнее прижимаюсь к Скиннеру, в надежде, что они нас не заметят. Хотя нам официально и разрешено свободно передвигаться в башне, я чувствую себя незваным гостем. Особенно, учитывая реакцию Скиннера. Он всё ещё с призывом смотрит на меня.

Мужчина, у него светлые спутанные волосы, присоединятся к смеху женщины.

— Сумасшедшие. Просто душевнобольные.

Вместе они направляются к винтовой лестнице, по которой мы ранее спустились.

— Что у нас ещё сегодня? — спрашивает вторая женщина. Её голос звучит холодно и скучающе.

— Лечение со Станом Белтом, затем кормление хищников.

Они снова смеются, но их голоса медленно затихают, чем дальше они удаляются от нас. Ни один из них не обернулся, и я могу лишь надеяться, что они не вернутся так скоро.

Я молниеносно прыгаю вперёд и запихиваю пальцы между деревом двери и рамы, прежде чем та успевает закрыться. Другой рукой я хватаюсь за ручку и позволяю Скиннеру проскользнуть в следующую комнату. Я следую за ним и тихо замыкаю за собой дверь. Мы оказываемся в овальной комнате, которая выглядит не менее хаотично, чем библиотека. Везде стоят шкафы, полки и письменные столы. В витринах находятся блестящие инструменты и склянки, на столах стопками лежат бумаги, панели и несколько старомодных книг. А ещё двери, множество дверей. Но все это мне совсем не интересно.

— Для чего эти прятки? — наезжаю я на Скиннера. — Мы туристы, уже забыл? Мы можем здесь свободно передвигаться, или нет?

— Не так громко! — он поднимает руки и оглядывается. — Прошу.

Я его не понимаю. Внезапно он поступает так, будто мы нежеланные гости.

— Немедленно объясни мне…

— Ладно, хорошо, но прекрати кричать, — Скиннер делает несколько шагов и проходя мимо письменных столов, обводит взглядом их поверхности. — Мы немного сбились с пути. Может с моей стороны было скверно взломать замок двери с табличкой, на которой стояло «вход воспрещён», но мне действительно больше не хотелось бродить по книжным рядам.

— Ты…, - единственное слово, которое я могу произнести, качая головой. Скиннер всегда готов преподнести сюрприз, но я не знаю, что мне думать об этом. — Тогда мы теперь действительно незваные гости, — в конце концов констатирую я.

— Джо, — он поворачивается ко мне. — Если моему отцу есть что скрывать, тогда точно не там, где прогуливаются посетители, ты же сама это сказала.

— А ты сказал, что нигде нельзя спрятаться так же незаметно, как в толпе!

Скиннер морщится.

— Это относились к башни в целом, а не к отдельным комнатам.

— Ну хорошо, и что теперь?

— Я обыщу письменные столы, а ты осмотри остальную часть комнаты. Пять минут, потом сваливаем, — Скиннер уже начинает включать одну из панелей.

Я подчиняюсь судьбе и иду к витрине. Экспонаты в ней находятся в темноте. У подножия я нажимаю на небольшой выключатель и выпрямляюсь. Я отскакиваю назад и с трудом сдерживаю крик. В бесчисленном количестве банок плавают раздутые части тканей, которые я совсем не хочу осматривать более внимательно. Вместо этого я обращаю внимание на таблички, стоящие перед каждой банкой.

Таламус, гипофиз и ствол мозга.

Я, задыхаясь, отворачиваюсь.

— Ты что-нибудь нашла? — спрашивает Скиннер, не отрывая взгляда от панели.

— Нет, — выдавливаю я, выключая свет в витрине.

— Тогда продолжай искать.

Я подавляю ужас и систематически обыскиваю комнату, открываю ящики и ищу в стене углеродные тайники. Всё, на что я натыкаюсь, это заметки о пациентах с различными психическими заболеваниями. Некоторых излечили при помощи микрочипов, за другими указаны года и методы лечения, которые ничего мне не говорят.

Электросудорожная терапия, трепанация, имплантация.

Я даже не хочу представлять, что всё это значит.

— Они возвращаются! — внезапно шипит Скиннер и в несколько прыжков оказывается возле меня.

Я инстинктивно распахиваю первую попавшуюся дверь, и мы заходим. Сейчас мы находимся в своего рода шлюзе. Короткий, обшитый панелями коридор, затем ещё одна деревянная дверь. Мы со Скиннером обмениваемся взглядами, и договорившись, открываем её.

Проскользнув внутрь, тихо закрываем дверь за собой. Ещё одна хаотичная комната, набитая полками и другой деревянной мебелью, в тени которой мы стоим. Но в отличие от предыдущей, одна стена этой комнаты из стекла. За стеклом стоят, столпившись кучей, туристы, но нас они не замечают. Они уставились на мужчину, который лежит в передней части комнаты на кровати, его тело скручено. Он издаёт звуки, которые кажутся мне нечеловеческими и загибает голову назад так неестественно далеко, что я боюсь, что он в любой момент может сломать себе шею.

Мы оказались в комнате для пациентов!

— Добро пожаловать в Бедлам, — шепчет Скиннер, и в его голосе слышится горечь. — Идеальное развлечение, не так ли?

Я не могу отвести глаз от бедного парня на матрасе. Снова и снова он пытается сесть, но безуспешно. Его тело каждый раз всё больше сотрясают судороги, а его крики становятся все более леденящими кровь. Посетителям, похоже, это нравится. Они прижимаются носами к защитному стеклу и смеются. Некоторые даже поднимают своих детей на плечи, чтобы они лучше видели.

— Надо выбираться отсюда, — шепчу я.

Скиннер и я все еще держимся в тени, но это только вопрос времени, когда один из гостей нас обнаружит. То есть, нам остается только отступление. Я снова тихо поворачиваюсь к двери и замираю. Ни ручки, ни замка. Только сканер отпечатков пальцев — конечно же. Никто здесь не хочет, чтобы на него напал пациент, сотрясаемый судорогами.

— Если бы я только знал… — говорит Скиннер, но не заканчивает фразу.

Я обвожу взглядом комнату. Она большая, но не такая огромная, чтобы мы вечность могли оставаться незамеченными. Я тут же замечаю два места, где мы могли бы спрятаться до лечения Стана Белта или какого-то другого шоу. Я головой указываю на белую ширму, стоящую между небольшим туалетном отсеком и зрителями, которая обеспечивает хотя бы некоторое уединение.

Скиннер кивает и делает шаг вперёд, чтобы было лучше вино туристов. Когда мужчину в кровати трясёт от очень сильной судороги, и все глаза устремлены на него, он шипит:

— Сейчас!

Пригнувшись, я прыгаю за старый сундук с висячим замком, убеждаюсь, что ещё не привлекла внимание и бегу дальше за прикрытие.

Теперь очередь Скиннера. На этот раз за толпой перед стеклянным фасадом внимательно наблюдаю я. Молодая женщина, похоже, обнаружила нас. Она отвернулась от пациента и уставилась на сундук, за которым я только что ещё сидела. Похоже, Скиннер тоже заметил, что она смотрит в нашем направлении, потому что прижался к мебели, чтобы ещё больше спрятаться в тени. Кажется, проходит целая вечность, прежде чем женщина снова поворачивается к мужчине в кровати. Скиннер использует этот момент, бросается вперёд и скрывается за сундуком. Часть пути он преодолел, но не учёл в своём манёвре внимательную женщину. Она молниеносно поворачивается и снова смотрит на деревянный ящик. Даже пихает в бок мужчину, который стоит рядом с ней, и теперь оба смотря в нашу сторону. Я могу лишь надеяться, что нас и вправду больше не видно, потому что даже не хочу представлять, что случится, если нас уведут шуты и, возможно, передадут дружинникам Ли.

Я отмахиваюсь от мысли и смотрю на Скиннера, который сидит за сундуком в неудобном положении. Он беспомощно пожимает плечами. Я показываю знаком, чтобы он подождал ещё немного. Эти два любопытных туриста не будут вечно пялиться в нашу сторону. По крайней мере, я на это надеюсь. Но именно женщина кажется задалась целью выяснить, что это за быстрые движения в задней части комнаты. Она прищурилась и не собирается заняться чем-нибудь ещё.

— Кормление хищника! — внезапно говорит сладким тоном голос. Кажется, он раздаётся ото всюду. Я обнаруживаю небольшие динамики, распределённые по всей больничной палате. Представление начинается.