Проект «Изоляция». Возвращение - - Страница 20

– Ждите здесь, – приказал штурмовикам Молот, – я пойду один. Приведите все в порядок, оружие, костюмы, короче, соберите все полезное. Пусть он, – Мечислав указал на мужика в спецовке, – покажет, где заперли остальных штурмовиков, только осторожней, если они не пошли за Фарком, то совсем не обязательно, что они на нашей стороне.

Один из штурмовиков кивнул и отдал приказ.

Мечислав поудобнее перехватил автомат и пошел внутрь базы. Да, здесь многое изменилось: туннели были ярко освещены, слева проложена узкоколейка. В зале, где раньше хранились соколы, теперь стояли станки, множество станков, на некоторых лежали недоделанные лазерные автоматы, энергетические ружья, РАКи.

В бывшем лазарете теперь был цех по сборке боеприпасов, склад же, на котором раньше хранились различные запчасти и боеприпасы к соколам, и теперь выполнял свои функции, его заполнили ящики с собранным оружием и боеприпасами. Но путь Мечислава лежал дальше. Зал памяти лишился своих знаменитых движущихся полотен, их вынесли на поверхность, где построили музей, а огромное помещение заняли станки по производству деталей. Справа и слева были склады сырья. Все это было сделано еще при Ольге, ее последыши не принесли нового, парочка «упырей» пользовалась плодами ее трудов. Несколько новых шахт не в счет.

Мечислав спустился еще на один уровень, это был последний зал. Здесь раньше располагался пульт управления системой безопасности, его давно не было. А небольшой зал был заполнен какими-то ящиками. По карте, которую он изучил перед вылетом, это был склад. Правда, не уточнялось чего. Ниже только портал в столицу, до открытия которого еще несколько месяцев, и купель, полная дискона. А вот маленькая дверь, за которой расположен туннель, ведущий к генератору защиты. Мечислав открыл ее и тут же включил режим ночного видения, кто-то расколотил все лампы и даже оставил подарок, туннель был заминирован парочкой противопехотных мин, не достаточно мощных, чтобы обвалить его, но вполне достаточных, чтобы Молота разорвало на куски.

Майор усмехнулся и, аккуратно переступив через лазерный луч, обезвредил первую, а затем вторую. Это бы могло сработать, если бы сюда вбежали парочка молодых штурмовиков, несущихся вперед сломя головы. Но против бывалого спецназовца, который штурмовал множество зданий, где террористы минировали каждый метр, было недостаточно. Молот включил термозрение и минуту стоял перед дверью, ожидая, пока в шлеме получится полная картинка камеры генератора. Мужик в спецовке не соврал. В генераторной были два человека: мужчина, у которого в термозрении была видна только голова, костюм штурмовика подавлял выделения тела, и маленький, который был виден вполне отчетливо. И тут произошло странное, Молот закрыл глаза, и в голове просто возникла нормальная картинка помещения, как будто он видит сквозь дверь. Это было не похоже на то, что он испытал во время боя с Арвой, когда перехватил ее мысленный приказ Рыси атаковать его. Маленький мальчик лет десяти сжался у стены, а высокий мужчина в костюме штурмовика, правда, без шлема, тот самый, что командовал у входа на базу, присев на колено, держит дверь под прицелом.

– Не бойся, Меч, – произнес мужчина, а лазерный микрофон, установленный в шлеме, донес до майора голос говорившего. – Я не дам тебя в обиду, этот человек чудовище, он уже убил твою мать и пришел за нами.

– Сволочь, – прошептал Мечислав.

Дверь была заперта изнутри, и так просто ее было не открыть. Фактически, эта дверь была гарантией безопасности всего поселения и базы.

– Отпусти мальчика, – понимая, что внезапное нападение невозможно, попросил Молот. – Я войду к тебе, мы поговорим с глазу на глаз.

– Я же предупреждал, что мы не потерпим власти ковчега, – отозвался Фарк. – Забирай своих черных, и проваливайте, мы хотим жить как раньше – сами по себе.

– Отпусти его, – снова попросил Мечислав. – Я сниму снаряжение и войду к тебе, после чего мы выйдем на поверхность, и ты уйдешь, я буду твоей гарантией.

Фарк несколько секунд раздумывал.

– Хорошо, – решился он, но мальчик останется с нами.

Майор понял, что большей уступки не получить, и начал снимать с себя снаряжение, сложив его за дверью.

– Открывай, я безоружен, на мне обычный комбинезон.

Несколько секунд было тихо, затем лязгнул запор, и штыри, блокирующие дверь, втянулись внутрь. Молот налег и распахнул дверь, он знал, что Фарк не будет стрелять. Мечислав – единственный, кому был дорог мальчик, и только он мог приказать штурмовикам выпустить бывшего мужа Арвы.

– Входи, – раздался приказ Факрка. – Держи руки так, чтобы я их видел.

Майор кивнул и зашел внутрь, мальчик сидит в углу и с ужасом смотрит на него, Фарк стоит перед дверью всего в трех шагах, направив на него автомат.

– Ты прикажешь своим убираться, иначе я убью тебя, – прошипел Фарк. – Ты убил женщину, которую я любил! Ты сдохнешь! Ее смерть я тебе не прощу.

– Я не хотел ее убивать, я ее любил не меньше, чем ты, – спокойно ответил Молот. – Она сама сделала такой выбор и попросила меня позаботиться о нашем сыне.

– Это не твой сын, – выкрикнул Фарк. – Я воспитывал его, а ты, ты только дал свое семя.

– Я не мог позаботиться о нем, поскольку погиб, но сейчас я в порядке, и очень надеюсь, что ты не мог ему навредить своим воспитанием. Подумай хорошенько, у тебя есть еще один сын, позаботься о нем, я выпущу тебя.

– Ты мой папа? – удивленно произнес мальчик, сидящий у стены. – Ты знаменитый Молот, погибель Пиров?

– Да, Мечислав, я твой папа, – повернув голову, ласково сказал майор, – и я обещал маме позаботиться о тебе. Ты хочешь пойти со мной?

Мальчик неуверенно кивнул.

– Вот и хорошо, – улыбнулся Мечислав, – скоро мы пойдем домой.

– А он? – спросил Мечислав младший.

– А это зависит от его выбора.

Но майор уже знал, какой выбор сделал Фарк. В голове снова вспыхнула яркая картинка: бывший муж великой воительницы вскинул автомат и дал очередь.

– Будь ты проклят! – выкрикнул Фарк, и ствол РАКа пошел вверх.

Молот прыгнул на секунду раньше, для него и в прошлой жизни прыжок и удар на три метра не представлял сложности, но после воскрешения… Все произошло стремительно, ствол автомата еще поднимался, а Мечислав уже был рядом с противником, он вложил в удар всю силу новых мышц, всю мощь дисконового скелета. Раздался хруст, и Фарк ,отброшенный к стене, стал сползать на пол, его шея была вывернута под неимоверным углом, а лицо буквально смято.

– Пойдем, – подойдя к мальчику и протянув руку, произнес Молот.

Мечислав-младший неуверенно ухватился за ладонь и поднялся.

– А мой брат? – нерешительно спросил он.

– О нем позаботятся. Все будет хорошо. Если хочешь, он будет жить с нами.

Мальчик отрицательно покачал головой.

– Они не любили меня, только мама, но я не хочу, чтобы он страдал.

– Обещаю, мы найдем ему другую семью. Пойдем отсюда. Маха, как слышишь меня?

– Слышу хорошо, – раздался в наушнике голос Гали.

– Операция закончена. Фарк мертв. Как у вас?

– Сопротивление подавлено, сдались четыре человека, еще трое раненых без сознания. Потери – один двухсотый из группы Композитора. Заканчиваем освобождать штурмовиков и рабочих, их заперли на складе сырья. Почти три тысячи человек прикладами затолкали в комнату, они чуть ли не друг на друге стояли.

– Заканчивайте, я поднимаюсь.

– Есть, Мечислав Дмитриевич, – отчеканила девушка.

– Подожди секунду, – попросил майор у Мечислава и быстро стал одеваться в штурмовой комбинезон.

– А у меня будет такой же? – восхищенно разглядывая Молота, спросил мальчик.

– Будет, – улыбнулся Мечислав. – Но его надо заслужить, а для этого нужно много тренироваться, быть сильным и честным.

Мальчик серьезно кивнул.

– Я заслужу.

– Обязательно, – уверенно заявил Молот. – Ну что, пошли?

– Пошли, только мне надо зайти домой, там осталась вещь, которую дала мне мама. Мы зайдем?

– Конечно, ты заберешь все, что тебе дорого, – согласился Молот. – Твоя мама была великой женщиной.