За морем - Уильямс Беатрис - Страница 119

— То есть ты вложишь в меня деньги?

Легкая улыбка тронула уголки его рта.

— Милая, это наше состояние — повторяю, наше, Кейт, не означает, что я намерен засадить тебя в клетку или как-то ограничить. Оно нужно для того, чтобы ты чувствовала себя свободной, моя радость. Свободной делать все то, что сделает тебя счастливой, что позволит тебе реализоваться.

— Ну а ты что будешь делать?

— Я? — Джулиан пожал плечами. — Наверно, по возвращении займусь тем, что буду расчищать обломки после краха «Стерлинг Бейтс». Или буду спасать Холландера от его очередного безрассудства, черт бы его побрал. А тебя я просто стану подбадривать со стороны.

— Правда, что ли? — Я потянулась к его ноге ступней и пощекотала большим пальцем. — И как ты думаешь, надолго тебя хватит? Я ж тебя знаю, Джулиан, ты долго не удержишься в стороне. И знаешь, это даже здорово! Я ведь ничего не смогу толком сделать без тебя. Я буду очень рассчитывать на твою помощь, на твой совет.

— Поосторожней, дорогая. Вот позовешь меня — и я тут же начну пытаться все сделать за тебя. Стану во все вмешиваться, оберегать от всевозможных превратностей бизнеса…

— Ну, я уже примерно знаю, как с тобой справляться. Буду постоянно осаживать, в нужное время вворачивая какие-нибудь ехидности, — усмехнулась я и опустила глаза к желтому блокноту.

С чистого листа. Открытая, ничем не затуманенная перспектива. Такого я уж точно не ожидала!

— Спасибо, Джулиан. Я просто ошеломлена. Это… это самый что ни на есть изумительный подарок. И немного, знаешь ли, с подковыркой. — Я вновь подняла на него глаза. — Я ведь представляю, в какие расходы в итоге все это выльется.

— О ты-то принесешь нам хорошую прибыль, я в этом не сомневаюсь. — Он ласково потрепал мне подбородок и широко улыбнулся. — А теперь — второй мой подарок, который куда более сентиментальнее первого.

— Мне готовиться всплакнуть? — Я отложила блокнот на песок.

— Премного на то надеюсь, — улыбнулся он и вновь зашарил в корзинке. — Ага, вот и он! Шел аж двенадцать с половиной лет. Просто чудовищный почтовый сервис!

Я недоуменно уставилась на оказавшийся в моих руках конверт:

— Что это?

— Предполагалось, что ты его вскроешь, дорогая. Надеюсь, тогда все и прояснится.

Я перевернула конверт, увидев выведенный черными чернилами, торопливым наклонным почерком адрес: «Миссис Кэтрин Эшфорд. Дом 29, рю де Огюстен, Амьен».

Я вскинула глаза к Джулиану:

— Господи, откуда?..

— Я хранил его в кармане кителя. Предполагал отправить, как только вернусь на линию фронта. Со своей проклятой извечной самонадеянностью!

Письмо было не запечатано. Дрожащими пальцами я отогнула клапан и вытащила сложенный листок бумаги. Он был такой новенький, крепкий, лишь посередине проходила отчетливая складка.

— И ты никогда его не открывал?

— Нет. Я всегда рассчитывал, что дождусь, когда это сделаешь ты. Ой, ну что ты, — поспешно сгреб он меня руками. — Какая ж ты стала слезливая дама.

— Прости, — прошептала я.

Я развернула письмо. Из него тут же выскользнул листочек поменьше, со слегка обтрепавшимся левым краем.

— Я сделал для тебя чистовую копию из своей офицерской книжки. По иронии судьбы, — медленно проговорил он, — моя немеркнущая слава поэта, как ты изволила однажды выразиться, проистекает всего лишь из чернового наброска.

Я поднесла к глазам листок. Наверху было выведено «За морем», ниже шли четырнадцать строк, такие сдержанные и вызывающие столько воспоминаний, и заканчивающиеся с невероятной для меня нынче ясностью:

…И в этот смутный час слепого рока

Мечты о ней хранят мою судьбу.

И впредь, пока за морем

Ее стук сердца в унисон с моим,

Все побеждает Вечность.

— Оно твое, — молвил Джулиан.

Я молча кивнула — слова были неуместны. Я вновь обратилась к сложенному письму.

Джулиан смущенно кашлянул:

— Оно совсем недлинное. Я писал его в ужасной спешке.

Я перечитала письмо дважды, затем еще раз — стихотворение. Потом, ни слова не говоря, вложила один листок в другой, согнула, как было, и сунула обратно в конверт.

— Все хорошо? — спросил Джулиан.

Я вновь кивнула, повернулась к нему, безвольно позволила уложить себя рядом на песок.

— С днем рождения, дорогая.

— Год назад, — заговорила я, с минуту помолчав, — я еще даже не знала тебя. И вообще не представляла, что на свете может существовать такая сильная и вечная любовь. Смешно, правда? — Я положила ладонь ему на грудь, наблюдая, как она мерно вздымается и опускается под моими пальцами. — Чарли и еще парочка аналитиков вытащили меня тогда отметить день рождения. Мое двадцатипятилетие. Типа, отличный повод повеселиться. Мы завалились в текс-мекс-бар[70] в Трибеке, хорошенько хлопнули по текиле…

Джулиан фыркнул.

— Да я как раз много и не пила, — попыталась защититься я, — я вообще не сильна по этой части. Хотя на следующее утро похмелье меня все же мучило.

— Бедняжка.

— В любом случае таким вот был мой прошлый день рождения. А теперь я здесь…

— Ну да. Только, боюсь, без текилы.

— И слава богу. Мне достаточно тебя. — Развернувшись в его объятиях, я приподнялась к его лицу, погладила ладонями его щеки. — Милый мой Джулиан, спасибо тебе. Твои подарки на мой день рождения — самые чудесные на свете. Причем оба. — И, склонившись к нему, крепко поцеловала.

— М-м, совсем не стоит благодарности.

— Знаешь, ты бесподобен во всем. И в любви, и в браке. Ты вообще замечательный муж.

— Ну, это, в конце концов, дело всей моей жизни, — просиял он.

Я поцеловала его в краешек подбородка.

— Когда мы вернемся, я постараюсь быть тебе такой же хорошей женой.

— Так ты уже такая есть.

— Я буду вставать пораньше и готовить для тебя оладьи.

Я стала целовать его, неторопливо продвигаясь от подбородка к ямочке под горлом.

— Ха! Ха! И еще раз ха! Я в это поверю, только когда увижу собственными глазами. Ой!.. — вскрикнул он, когда я ущипнула его под мышкой.

— Ну, может, хотя бы по воскресеньям, — продолжила я его щекотать. — И стану тебе делать пенные ванны.

— Пенные… ванны… Ой! Господи… помилуй… — задыхался он от смеха.

— И натирать тебе спинку. Аппетитным кокосовым маслом.

— Ну… хватит… уже… Кейт, прекрати… маленькая ты плутовка… — беспомощно извивался он.

Тогда я поднялась на корточки, склонилась к его уху:

— Спорим, до воды не догонишь!

Я резко рванула с места, разметая из-под ног песчаную пыль. Впереди, под небольшим уклоном в сотню ярдов, усыпанным чистым белесым песком, под жарким белым солнцем сияла манящим аквамарином прекрасная лагуна.

Джулиан, как всегда, легко догнал меня, обхватив левой рукой за талию, и как только искрящаяся рябь достигла моих бедер, потянул меня вслед за собой вниз. Вмиг над нами сомкнулась кристально прозрачная вода, и тут же его загорелое тело крепко обхватило мое. Очень скоро две наши мокрые, хохочущие головы высунулись рядом над водой.

Как будто искушая своим счастьем самих богов.

ОТ АВТОРА

Свой вклад в публикацию «За морем» — и сознательно, и сами того не подозревая — внесло так много людей, что, пожалуй, будет не совсем честно, что я выделю лишь некоторых.

Я бесконечно признательна судьбе, что мои поиски литературного агента и начались, и закончились на несравненной Александре Мачинист, которая за одну бурную, сумасшедшую неделю сумела вытянуть мое творение из кучи сырых набросков, и ее безграничная вера в мои сочинения сделала немыслимое возможным.

Моя горячая благодарность Рейчел Кахан, Лорен Каплан и всей замечательной команде издательства «Патнем» — как за их восторженное приятие моего романа, так и за дельные советы и опытное руководство по превращению рукописи в книгу, которую с удовольствием встретили многие и многие читатели.