Любовь и другие катастрофы - Джеймс Лорен - Страница 34

«Значит, Кейти умрет…» — пронзила его мысль.

На мгновение они замолчали, не зная, что сказать.

– Что еще ты помнишь? – спросил он. – Может быть, нам удастся предотвратить твою смерть. Вспомни. Что еще он, то есть я, сказал?

– Не знаю! – сказала она. – Тогда мне это казалось нелепицей. Я его не слушала внимательно.

– Попытайся вспомнить, Кейти. Иначе ты погибнешь!

Она застонала от досады на саму себя.

– Не могу. Но почему ты не помнишь? Не понимаю.

– Возможно, потому, что со мной еще ничего не случилось. Это мое будущее, то есть будущее того Мэтью, из 1745 года.

Ей не хотелось говорить об этом, но она все-таки решилась:

– Может, и хорошо, что ты не помнишь в подробностях, что тогда случилось… Все кончилось довольно плохо, Мэтью.

Он с ужасом уставился на нее:

– Разве может быть хуже, чем сейчас?

– Поверь мне, может, – вздохнула она и спросила: – Так, значит, ты меня прощаешь?

– По-видимому, да. – Казалось, он был не слишком рад этому.

– Понимаю, что сейчас это уже не важно, но я все же прошу у тебя прощения. Я пожалела о том, что должна следить за тобой, почти сразу, как встретила тебя, и с каждым днем я ненавидела себя все больше. Прости, что позволила тебе довериться мне, прости, что лгала… – Она замолчала, ковыряя носком высушенную землю. – Ты мне… ты мне нравишься, Мэтью.

– Я догадывался, но думал, что это очередная уловка, чтобы вытянуть из меня побольше информации.

– Нет! Я никогда… все было совсем не так!

– Ну, теперь я это знаю, – ворчливо произнес он. – Раз мы были… друзьями в другой жизни, это многое объясняет. Между нами явно что-то есть. Похоже, нам суждено быть вместе.

Она замерла, пораженная его словами. Это не укладывалось в голове, но она точно знала, что он говорит правду.

– Отлично, – выдохнула она с облегчением. – Но я бы не хотела, чтобы ты думал, что я только делала вид, что ты мне нравишься, потому что ты мне действительно… нравишься. Даже больше, чем следовало.

– Надеюсь, ты не говоришь это только потому, что боишься умереть?

– Я не боюсь умереть. Я тебя люблю. – Кейти моргнула. Она совсем не собиралась произносить этих слов.

Мэтью замер, приоткрыв рот, и на секунду ей показалось, что он рассержен, но вдруг лицо его расплылось в улыбке. Он осторожно притянул ее к себе и перевел взгляд на ее губы:

– И я тебя люблю. Я прощаю тебя.

Она потянула его за отвороты пиджака и сама поцеловала в губы.

> Достигнута первая цель во временном пейзаже 1854

– Наконец-то! – простонал он, запуская пальцы ей в волосы. – Я все время вспоминал вкус твоих губ и умирал от желания узнать, изменился ли он.

– И как?

– По-прежнему восхитительно!

Они жадно целовались, словно знали, что у них может не быть другого шанса. Кейти забылась в его объятиях, ей хотелось, чтобы они никогда не кончались.

– Я женюсь на тебе, – сказал Мэтью. – Когда война закончится, мы поженимся. Купим ферму где-нибудь в деревне и будем жить вместе и никогда не вернемся в этот кошмар.

– Ты уже говорил так, – улыбнулась она, – сто лет назад.

– И знаешь, как и сто лет назад, я хочу этого больше всего на свете. Я обязательно на тебе женюсь.

– Так ты делаешь мне предложение? – спросила Кей-ти шутливым тоном. – Как романтично!

Он хотел ответить, но она закрыла ему рот поцелуем.

– Кэтрин, ты выйдешь за меня замуж? – спросил он тихо и серьезно, когда она наконец отстранилась.

– Да, – ответила она и снова поцеловала его.

Глава 25

Центральная научная лаборатория, Уэст-Мидлендс, Англия, 2039

Видео, которое они нашли на карте памяти из 2019 года, закончилось, но слова Мэтью все еще звучали у Кейт в голове: «Я люблю тебя. В каждой жизни. Я люблю тебя. Я так тебя люблю». Она дотронулась до щек и поняла, что лицо залито слезами. На секунду она забыла, что это всего лишь запись. Похоже было, что это их с Мэттом вот-вот должны были убить, что это их кровь покрывала стены.

– Мэтт, пойдем отсюда. Я не могу здесь находиться. Пожалуйста.

Он обнял ее за плечи.

– Пойдем обратно в твой кабинет, – сказал он, уткнувшись ей в волосы.

Она кивнула и нашла его руку, чтобы схватиться за нее, словно утопающий.

В кабинете Кэтрин они сели, прислонившись к стене, пытаясь решить, что делать дальше. Кейт то и дело прислушивалась, ожидая снова услышать шаги охранников, бегущих за ними по пятам.

Она попыталась заговорить, но изо рта вырвался хрип. Она откашлялась и тихо произнесла:

– Кэтрин и Мэтью уничтожили штамм. Они уничтожили эти бактерии, и никто не использовал их в войне. Они всех спасли!

– Да, – кивнул Мэтт, – так и есть. Все кончено.

Кейт вздохнула. Он не понимал.

– Мэтт, ничего не кончено. Даже близко. У тех, кто стоял за всем этим, было целых двадцать лет, чтобы сделать все снова.

– Черт! Поэтому здание все это время и было под кара нтином… Чтобы здесь, в ЦНЛ, могли работать тайно.

– Нам придется снова все уничтожить, – с ужасом выдавила она. – О господи, снова.

> Субъектам во временном пейзаже 2039 грозит опасность, если они продолжат свои действия

> Рекомендуется вмешательство >> Во вмешательстве отказано

Карлайл, Англия, 1745

– Но как ты можешь быть из будущего? Это невозможно. Это колдовство, а колдовства не бывает, – сказала Кэтрин. Она была в отчаянии. Этот Мэтью перенесся к ней из 1854 года, но она любила другого Мэтью, из 1745-го.

– Похоже, что бывает, – тихо ответил он.

– Но почему я вообще должна тебе верить? – внезапно разозлившись, выпалила она. – Может, ты все придумал.

– Я говорю правду, Кейти.

– Не называй меня так, – поморщилась Кэтрин.

– Прости…

Она молчала, ковыряя мозоль на ладони.

– Честное слово, это правда, – сказал Мэтью. – Я из будущего. – Она не подняла глаз, и он продолжил почти неслышно: – Британская и французская армии сражались против русских. Незадолго до того, как я перенесся сюда, мы выиграли первое сражение. Если бы снаряд не убил наших генералов, мы, возможно, одержали бы победу в войне. Но нам не повезло…

– Снаряд? – неуверенно спросила она.

– Да. Еще раз повторю: первое сражение окончилось нашей победой. Мы вернулись в лагерь, наши генералы собрались, чтобы обсудить тактику наступления, и снаряд русских попал в их палатку. Я пытался помочь, но было слишком поздно, все погибли…

Он в отчаянии запустил руку в волосы, и Кэтрин невольно прониклась жалостью.

– Погибли все наши генералы, – продолжил Мэтью. – Мой друг Джордж… Мы… у нас не осталось никого, кто мог бы встать во главе армии. Ни в британской, ни во французской армии. Но самое ужасное, что я не смог спасти Кейти.

– Кейти? А что случилось с ней?

– Она погибла раньше, тем же днем. В сражении у реки. Ранение оказалось смертельным…

Он замолчал.

– Мне очень жаль, – наконец сказала Кэтрин. – Мне жаль, что тебе пришлось все это пережить.

Он кивнул, а она снова стала обдумывать ситуацию, пытаясь дать ей разумное объяснение.

– Может быть, так? Какая-то… ведьма… знала, что в 1745 году умер человек по имени Мэтью Гэллоуэй. Может, она присутствовала в соборе в этот момент… Она нашла его потомка в 1854 году, который только что лишился своей… подруги. Он очень похож на погибшего Мэтью, и зовут его так же. Невероятное совпадение. И она решила, сделать так, чтобы тот и этот Мэтью… стали одним человеком, невзирая на законы Вселенной, логики и здравого смысла.

– Но это невозможно! Какая ведьма? Кто, как и почему это сделал?

– Не забывай и о «когда». Ведьма, или кто там еще, могла быть и из 1745-го, и из 1854 года, или даже из 1900-го, как бы дико это ни звучало.

– Если такое возможно… если… тогда я хочу знать, почему этой ведьме, или кому там еще, не все равно. Что в нас такого особенного, что она или они пускают в ход магию? – Мэтью попытался встать, но у него закружилась голова, и он снова опустился на кровать. – Пожалуйста, помоги мне подняться. Мне нехорошо.