Сага о Копье: Омнибус. Том I (ЛП) - Кук Тонья - Страница 1282

Брат заботливо склонился над ним, и пока Полуэльф осматривал богатыря, маг внимательно следил за рыцарем и гномом. Рейстлин не мог слышать их беседы. Однако он в том и не нуждался. Он угадал по отвисшей тотчас челюсти Флинта, что соламниец изложил их план. Он удивленно поглядел на Стурма, затем нахмурился и помотал головой.

Светлый Меч продолжал убеждать, наседая все сильнее. Рыцарь посерьезнел. Он завел речь о невинных жертвах. Флинт вновь покачал головой, но на этот раз уже не так решительно. Призадумался, похоже. Покосился на Армана, затем перевел взгляд на молот. Брови гнома нахмурились. Он коротко глянул в сторону колдуна, смотревшего на него пристальным, немигающим взглядом. Флинт тотчас отвел глаза, что-то пробормотав, Стурм развернулся и с наигранным спокойствием двинулся к Рейстлину.

— Как бедняга Карамон? — осведомился Светлый Меч таким скорбным тоном, словно стоял у одра умирающего.

Рейстлин покачал головой и тяжело вздохнул.

— Перепил вчера, вот и все, — с раздражением ответил Танис, не разделявший их пессимистичных настроений.

— Может, это из-за мяса червяков? — участливо предположил колдун.

— О боги! — застонал Карамон и, скатившись с кровати, опрометью кинулся в угол комнаты к помойному ведру, опорожнив желудок.

— Вот видишь, — укоризненно заметил Рейстлин. — Мой брат серьезно болен! Оставляю его на твое попечение, я должен сказать несколько слов на прощание Флинту.

— А мне нужно поговорить с тобой, Рейстлин. Удели мне, пожалуйста, минутку, — попросил рыцарь.

Они отошли в сторонку, оставив Таниса недоуменно почесывать бороду. «Что замышляют эти двое? Должно быть, пытаются убедить Флинта взять их с собой. Что ж, удачи».

Он направился к Карамону, намереваясь еще раз развеять опасное заблуждение.

— Во всяком случае, Флинт обещал подумать, — сообщил Светлый Меч.

— Пусть поторопится, — буркнул Рейстлин. — Мне нужно время, чтобы наложить заклятие, а нашему юному другу не терпится тронуться в путь.

Арман замер в дверях, скрестив на груди руки. Он то и дело хмурился, громко вздыхал и переступал с ноги на ногу.

— Когда мы отыщем Молот, нам нужно будет принести его в Храм Звезд, — заявил принц. — Я обещал отцу вернуться к закату или даже раньше.

Флинт удивленно уставился на него:

— Ты о чем думал? Что мы просто заскочим на минуточку в гробницу, схватим Молот и тут же назад?

— Я не знаю. Это же тебе Граллен открыл, где его искать, — ледяным тоном констатировал Арман.

Флинт только хмыкнул, качая головой. Завязав мешок, гном легко поднял его с пола и закинул за плечи. Встретился глазами с Рейстлином, едва заметно кивнув.

— Он это сделает! — Колдун криво ухмыльнулся, и в его голосе зазвучали торжествующие нотки. — Осталась одна проблема. Заклятие, которое я собираюсь наложить, уменьшает размеры предмета.

— Уменьшает? — с ужасом повторил Стурм. — Нам не нужно уменьшать Молот!

— Это я знаю, — раздраженно прошипел маг. — Мне нужно переделать заклинание, дабы оно уменьшило только вес, а не размер Молота. Но все же остается небольшая вероятность ошибки. Если так — наш заговор раскроется.

Стурм нахмурился:

— Тогда лучше остановиться.

— Вероятность невелика, — попробовал успокоить его Рейстлин. — Ничтожно мала.

Он подошел к Флинту, мрачно взиравшему на него из-под насупленных бровей.

— Эта копия удивительно искусной работы, — заметил колдун. — Можно мне посмотреть поближе?

Флинт оглянулся по сторонам. Арман вышел и принялся раздраженно ходить взад и вперед по улице. Танис в противоположном конце комнаты разговаривал с Карамоном. Флинт медленно потянулся к молоту, осторожно снял его со спины.

— Тяжелый, — произнес он многозначительно. Рейстлин взял молот, взвесил его в руке, а затем принялся изучать руны.

— Легче будет нести, — заметил Флинт, разминая в пальцах ремни своих доспехов, — если он внезапно полегчает.

— Никто не смотрит? — шепнул маг.

— Нет, — ответил рыцарь, нервно поглаживая усы. — Арман вышел, а Танис с твоим братом.

Рейстлин закрыл глаза. В одной руке он сжимал рукоять, а другой поглаживал вырезанные в металле руны. Колдун тихонько выдохнул, а затем прошептал непонятные слова. Звук их показался неприятным, словно по спине ползала какая-то вредоносная букашка. Гном уже раскаивался в своем решении и потянулся, намереваясь забрать молот.

Но тут Рейстлин вздохнул, открывая глаза.

— Тяжелый, — кивнул он, протягивая молот Флинту. — Будь с ним поосторожнее.

Наверняка у мага ничего не вышло. Флинт взял молот в руку и едва не упал от неожиданности. Молот оказался не тяжелее перышка на хупаке кендера.

Глаза Рейстлина сверкнули. Он засунул руки в рукава своей мантии.

Флинт внимательно оглядел молот, но не заметил никаких перемен. Он хотел закинуть его за спину, но, встретившись глазами с Рейстлином, вспомнил о необходимости делать вид, будто молот по-прежнему тяжелый. Флинт не очень-то умел притворяться. И ужасно жалел, что согласился во всем этом участвовать, однако менять что-либо было уже поздно.

— Что ж, мне пора, — объявил он. Гном стоял, сгибаясь под тяжестью невесомого молота.

— А я-то надеялся, ты передумаешь, — вздохнул Танис, подходя попрощаться. — У тебя еще есть такая возможность.

— Да, знаю. — Флинт потер нос. Он умолк, прокашлялся нервно и наконец, произнес: — Сделай одолжение старику гному, Танис, ладно? Дай ему шанс снискать славу, хоть раз за его никчемную жизнь. Знаю, это звучит глупо…

— Нет, — возразил Танис, положив руку на плечо друга. — Это вовсе не глупо. Да хранит тебя Реоркс.

— Не стоит призывать богов, в которых ты не веришь, Полуэльф, — нахмурившись, покачал головой Флинт. — Это плохая примета.

Расправив плечи, Огненный Горн присоединился к Арману Карасу, недвусмысленно давшему понять, что пора трогаться в путь. Они пошли вдоль по улице в сопровождении солдат-хиларов. Два стражника остались на посту у двери гостиницы.

— Надеюсь, они не забыли про завтрак, — заметил Карамон, садясь на постели.

— А я думал, тебе нездоровится, — язвительно брякнул Рейстлин.

— Мне стало лучше после того, как вырвало. Эй! — Карамон подошел к открытой двери и высунул наружу голову. — Когда мы будем есть?

Тассельхоф глядел в окно до тех пор, пока Флинт не скрылся за углом дома. Тогда кендер плюхнулся на стул.

— Флинт обещал взять меня с собой к парящей гробнице, — захныкал Непоседа.

Танис понимал, что разубедить кендера невозможно, и оставил малыша одного, уверенный: не пройдет и несколько минут, как тот позабудет о своем горе, переключившись на что-нибудь интересное.

Светлый Меч тоже смотрел в окно.

— Танис, нам ничего не стоит справиться со стражниками у дверей. Их всего двое.

— А что дальше? — поинтересовался маг. — Как мы пройдем по Торбардину незамеченными? Выдадим себя за гномов? У кендера это, может, и получится, а остальным придется наклеить себе фальшивые бороды и подгибать колени.

Лицо Стурма вспыхнуло.

— Во всяком случае, мы можем поговорить с Хорнфелом, объяснить, что боимся за друга. Может, он изменит свое решение.

— Наверное, мы можем попросить аудиенции, но вряд ли он передумает, — ответил Танис. — Нам ясно дали понять: только гному позволено войти в священную гробницу.

Рыцарь продолжал мрачно глядеть в окно.

— Флинт сейчас по дороге в Долину танов, в Королевство Мертвых, сопровождаемый полоумным гномом и ведомый духом мертвого принца, — заметил Полуэльф. — И помочь ему мы не в силах ничем.

— Кроме молитвы, — заключил Стурм, опускаясь на колени.

Рейстлин только пожал плечами:

— А я собираюсь еще поспать.

— Во всяком случае, до завтрака, — одобрил его идею Карамон.

Ничего другого не оставалось, как последовать их примеру. Танис лег на свою кровать, уставившись в потолок. Стурм шептал слова молитвы.

— Я знаю, что согрешил, но я свершил сие во благо, — говорил он Паладайну, сомкнув руки. — Как я делал всегда…