Сжигающее стекло (ЛП) - Пурди Кэтрин - Страница 73

стеной, предал его, при этом отдав предпочтение какому-то поэту. Юрий должен был

быть примером. Конечно, до того, как все идеи о правах стали незначительными.

- Почему вы думаете, что Юрий придёт к вам? – спросила я, пытаясь отсеять все лишние

эмоции и открыть себя для того, чтобы впустить эмоции Валко. Мне нужно было

совершить невозможное: понять его, чтобы я могла проявить свою тайную силу.

- О, Соня, тебе ещё так много предстоит узнать о мужчинах, - он погладил меня по каёмке

уха. Он приблизился ко мне. – Нам нравится быть галантными. А ещё мы не переносим, когда дама в беде. И наша галантность быстро оборачивается в месть. Возмездие –

инструмент мощный и опасный. Но мне ведь бояться не нужно. У меня есть ты. И ты

предупредишь меня, когда здесь появится Юрий.

- Вы думаете, он попытается спасти Пиа? – я не была уверена в том, что этот вопрос

следовало задавать. Я старалась откинуть свою надежду и оставаться на уровне

вынужденного сопереживания.

- Он не придёт, чтобы спасти её. Он придёт, чтобы отомстить.

- Валко, что ты сделал? – казалось, всё вокруг меня замедлилось. Мерцание свеч, шелест

занавесок на окнах. Я отпрянула. Моё сердце стало биться сильнее. Все мои усилия

убедить императора стали пеплом.

- Ничего такого, на что монарх обратил бы внимание, - он пожал плечами. – Я просто

казнил того, что виновен в государственной измене.

Я смотрела на него. Его слова заставили разорвать какую-либо связь. Мне не хватало

воздуха, чтобы дышать, а пульс на горле не ощущался, будто у меня отняли сердце. Мир

перестал двигаться, прекратил своё существование. В новом мире не было ничего, кроме

непостижимой истины.

- Пиа мертва?

- Да, - Валко не мог справиться с тем грузом, которым на него навалился мой уверенный

взгляд.

- Но… Это невозможно. Я видела её сегодня. Она… Её всего-то бросили в темницу.

Я не могла ясно мыслить. На меня накинулась лавина дум, но они только заставляли меня

столбенеть от ужаса. Как Пиа могла исчезнуть? Неужели я и правда сказала слово

«мертва» вслух? Это нечестно. У меня не было времени, чтобы освободить её. Я

собиралась, я пыталась, я…

Я смотрела на одну из вышитых подушек, пока пятна перед глазами не исчезли. В моих

ушах звенело, а император не смотрел на меня. Почему? Он всегда смотрел на меня.

Пиа.

Правда вновь ранила меня.

Пиа мертва.

Из моего горла вырвался болезненный стон. Но я пыталась подавить его, применяя всё

своё упрямство. Я отказывалась принять то, как сложилась судьба Пиа, отказывалась

принимать то, что ауры Пиа больше нет. Нет того свечения, которое я чувствовала с её

аурой и тем, как кровь текла по её венам. И, всё же, насколько просто поверить в то, что

Валко убил её.

В моей груди не хватало места для истошного дыхания испуга. В скором времени, это

перешло в рыдания. Каждое биение сердца отзывалось в душе как удар молота. Я снова и

снова качала головой, не в силах сдержать свои эмоции. Я не чувствовала ничего, кроме

боли. Ничего, кроме этого чувства.

- Она невиновна, - прошептала я, чувствуя на языке желчь.

- Соня, она виновна, - Валко, наконец, посмотрел мне в глаза. Он указал на том поэзии. –

После того, как её арестовали, мы обыскали её пожитки. И это было найдено в её комнате, а не комнате Юрия.

Волна холода затопила меня. Книга выскользнула через пальцы и упала на пол. Я прижала

руку ко рту, только бы приступ тошноты не заставил меня сгорбиться.

Это была моя вина. Она нашла эту книгу, потому, что я забыла убрать её как можно

дальше.

Пиа умерла из-за меня.

- Вы допустили ужасную ошибку, - сказала я. Через мои вены текло недовольство. – Пиа

едва умела читать. Я… Я учила её, - несмотря на своё горе и панику, я должна была

защитить себя. Ради Киры. Ради Даши. Ради Антона и его мечты о том, чтобы освободить

Рузанин. – Наверное, Юрий оставил ей книгу для того, чтобы у неё она была в

безопасности. И он знал, что она не поймёт, что это такое, - я зарыла руки в волосы,

чувствуя, как ужас смерти снова захлестнул меня лавиной, которая не думала отступать. –

Валко, как вы могли так поступить?

Он потянулся ко мне, будто для того, чтобы заставить меня почувствовать уют. Но я

вырвалась.

- Вы и правда считаете, что ваши поцелуи и ваша любовь поможет мне забыть о ней? Она

была моей подругой! – я не могла сдержать ни гнев, ни печаль. – Она почти стала вашей

любовницей!

- Она была всего лишь горничной, - его глаза широко открылись.

- Вы слышите себя? – на моих глазах появились горькие слёзы. – Я тоже ваша слуга.

Значит, моя жизнь тоже для вас ничего не значит?

- Соня, - он положил руку на мою ногу.

- Не трогай меня! – резко встала я. Моя голень стукнулась о невысокий стол и я зашипела

от боли. Валко снова потянулся ко мне, но я отпрянула и захромала назад, прочь от центра

комнаты.

- Соня, успокойся, - поднялся он на ноги. – Ты ведёшь себя непостижимым образом.

- Непостижимым? – я повернулась к нему. – Разве непостижимо скорбеть по другу? Разве

непостижимо чувствовать ярость и агонию? – мой голос сгорал. – Ты всегда хотел видеть

мои эмоции. Теперь видишь. Это я, Валко! – кричала я. – Я – все твои тёмные чувства!

Это я вызываю их! Я заставляю тебя чувствовать каждое тёмное чувство!

Из-за меня умерла Пиа.

Ярость ослепила меня. Ярость к Валко. Ярость, которая принадлежала мне. Не в силах

сдержать свои чувства, я споткнулась на лестнице, когда бежала к гостиной, а оттуда – к

двери.

- Соня! – кричал мне вслед Валко.

Я распахнула дверь и захлопнула её за собой. Рыдая, я бежала вниз по коридору. Мой взор

был затуманен и сквозь слёзы, я пыталась отыскать стену, которая могла бы меня

поддержать. В конце концов, я отыскала дверь, но не ту, тайную, с рисунками

полуночного пейзажа. Я стучала по ней, даже не пытаясь успокоиться.

Принц открыл дверь. Он был удивлён моим визитом. Я проскользнула мимо него.

- Что ты делаешь? – спросил он. – Охранники могут нас увидеть.

- Мне всё равно, - едва могла сказать я.

- Что такое? – он закрыл дверь и попытался рассмотреть меня более внимательно. - Что

произошло?

Моё горе застало меня врасплох. Я дрожала от того, какую сильную ярость испытывала.

- Соня, говори, - на лице Антона я видела ужас. – Что он с тобой сделал?

- Он – чудовище! Я ненавижу его! Дай мне нож, и я убью его!

- Тише, - он протянул ко мне руку.

- Нет! – прикосновение Антона могло только усилить чувство его ауры внутри меня. И

сейчас я не могла терпеть чужих эмоций. Только его.

- Хорошо, - он отстранился.

- Она умерла из-за меня! – я дернула себя за волосы. Только тогда я смогла дать волю

слезам.

- Кто?

- Пиа, - сказав это, я заплакала. Прекрасное имя. Оно звучит так напевно и чисто.

Излучает яркий, утренний свет и свежий воздух.

- Что? – в ауре принца появился холод. Он стал ходить кругами вокруг меня, потирая

рукой лицо. – Я знал, что её кинули в темницу, но… Валко казнил её так быстро?

- Её втащили на приём, как собаку. Я пыталась защитить её, - я вытерла нос и стала

кричать ещё сильнее. Валко не будет слушать меня! Он своенравен и капризен! Его

невозможно терпеть! – я ударила кулаком по груди. – У меня нет над ним никакой

власти!

- Это не так, - сглотнул Антон.

- Хватит! – я поставила руки перед собой, чтобы он не продолжал. – Я не заслуживаю

твоего доверия. Я не сделала ничего, чтобы это заслужить.

- Соня, пожалуйста. Просто дыши, - он кружил вокруг меня. Принц не знал, как меня

успокоить, ведь я не хотела, чтобы он касался меня. Я же плакала так сильно, что упала на