Потрошитель - Гоулмон Дэвид Линн - Страница 46

Джек поднял пластиковую дверь в корпусе тележки, имеющей форму пули. Стоял и ждал, чтобы Карл подошел к нему.

– Думал уехать, не повидавшись со мной? – спросил он, протягивая Коллинзу руку.

– Что-то в этом роде, – ответил Джек, и они обменялись рукопожатием.

– Это была замечательная прогулка, Джек.

– Да, Карл. Я ни за что не хотел бы пропустить ее.

Эверетт сделал шаг назад и буквально стал изучать побитый корпус друга. Он понимал, что Коллинз сделал все, что мог. Большинство людей доходят до этого, когда уже слишком поздно, и кончают тем, что теряют много людей. Джек терял людей, много, но не потерял ни одного из-за пренебрежения своими обязанностями. Нет, подумал Карл, Джек уходит, потому что сам решил так, и я никогда не скажу о причинах его ухода. Он поднял правую руку и, как и Менденхолл минуту назад, отдал честь.

Коллинз ответил тем же, потом покачал головой.

– Посоветуешь что-нибудь, кроме бегства отсюда как можно скорее? – спросил с улыбкой Карл, когда Коллинз сел снова, положив руку сверху на дверь.

– Да, сенатор Ли однажды сказал мне: «Джек, ты командир, поэтому, черт побери, командуй!»

С этими словами и ответной улыбкой Джек Коллинз закрыл дверь, и тележка помчалась по монорельсу к Лас-Вегасу и тому будущему, какое полковник в оставке только мог себе обеспечить.

6

Штаб-квартира ЦРУ.

Лэнгли, Виргиния

Девушка-курьер из отдела обнаружения и слежения, которая ранее расспрашивала Хайрама Викерса о цепи утверждений по инстанциям материалов, переданных в ее отдел из корпорации «Кассини» в Боулдере, остановилась в дальнем от его кабинета конце коридора. Сделала пол-оборота, крепко прижимая к груди большой конверт, потом посмотрела на подписной лист. Только ее отдел подписал платежное требование за полученные от «Кассини» услуги. С верхней части листа шла длинная красная стрела к имени Хайрама Викерса почти в самом низу. Девушка взглянула на имя над стрелой – руководителя разведки в отделе Северной Америки, заместителя директора Линн Симпсон. И снова закусила нижнюю губу; в конце концов, может, Викерс прав, говоря, что в этот список не вносят людей, которым недосуг рассматривать результаты проверки, полученные от одного из подрядчиков ЦРУ.

– О чем задумалась? – неожиданно послышался знакомый голос.

Девушка обратила взгляд на Хайрама Викерса, он холодно улыбался ей, как и всем женщинам, которых считал недостойными себя. Пока он смотрел на ее грудь, она ловко сняла с лицевой части конверта подписной лист. Потом улыбнулась и протянула ему большой конверт.

– А, пришла вторая часть проверки, превосходно, – сказал Викерс, протянув руку за конвертом. – Расписаться за него где-нибудь нужно? – спросил он, когда девушка отдала ему разведывательное донесение от «Кассини».

– Раз вы сказали, что это проверка, результаты которой нужны только вам, мы не стали беспокоиться, это же всего-навсего проверка, верно?

Хайрам продолжал улыбаться гораздо дольше, чем нужно.

– Верно, как я и сказал, ваш отдел бюрократией не занимается. Еще раз спасибо, – поблагодарил он, взял конверт и повернулся.

Девушка посмотрела на первое имя в подписном листе. Она не совсем понимала, как быть с Викерсом и его проверкой, раз их не было в ее ежедневном перечне «к исполнению». Подумала и решила, какой путь избрать. Повернулась, пошла к лифту и спустилась на шестой этаж. Увидела, что там, где находился отдел разведки в Северной Америке, никого нет, но решила, что, видимо, все уже закончили работу. Взглянула на свои часы, было уже почти семь. Огляделась и увидела старые почтовые ящики этого отдела. Подошла и взглянула на ящик номер один: Линн Симпсон, заместитель директора, североамериканская разведка. Взглянула на подписной лист, сложила его и сунула в прорезь ящика Линн. Лист должен заставить ее поинтересоваться, почему ее отдел обойден, когда дело касалось объекта в глубине Соединенных Штатов… пусть это и лишь проверка.

Уходя, девушка надеялась, что поступила правильно. Сама того не зная, она положила разведсводку на скомпрометированного полковника армии США Джека Коллинза в почтовый ящик его родной сестры, главы отдела разведки в Северной Америке Линн Симпсон.

Девушка ошиблась, решив, что отдел закончил работу. Линн Симпсон с тех пор, как вернулась из Техаса, упорно работала над делом Хуана Гусмана, и все ее люди находились в конференц-зале этажом выше.

Она знала наверняка, что ее брат участвовал в нелегальном освобождении Сары Макинтайр и пятнадцати похищенных девушек. Через контакты в правоохранительных органах Техаса Линн сумела узнать, что Джек и таинственная организация, в которой он работает, не опознана как связанная с правительством США. Установлено только, что спасательная группа переправилась через Рио-Гранде на территорию Соединенных Штатов.

Читая показания пятнадцати уцелевших девушек, данные ФБР и техасских рейнджеров, она думала, что пленницы были обработаны наркотиками или, по крайней мере, подвергались избиению, пока не исчезла всякая достоверность. Такие слова, как monstruo, satanás и criatura, не сходили с уст допрашиваемых о похитившем их человеке. Линн знала эти три слова, которые большинство девушек употребляло для описания Анаконды во время ужасного бегства из Мексики – чудовище, сатана и тварь.

Большая часть ее сотрудников советовала начать поиски среди американских военных или в корпоративных службах безопасности.

– Нет, – отвечала она, – этот путь не годится.

Хотя Линн знала, что ее отдел должен искать ответы на вопросы об этом рейде в Мексику, она не хотела делать этого, так как Джек, Карл и Менденхолл были глубоко засекречены. Проходя мимо почтовых ящиков, она увидела что-то в своем. Закрыла папку с материалами на Анаконду и вынула сложенный лист бумаги.

Когда Линн шла к своему столу, она еще не давала своим людям указаний, откуда начинать поиски. Надеялась протянуть время до тех пор, пока не увидится с Джеком, Карлом или Сарой. Положив толстую папку на стол, она развернула лист. Это был подписной лист системы обеспечения сохранности из отдела обнаружения и слежения. Линн просмотрела его и медленно села. Она видела, кто запрашивал информацию, полученную из этого отдела. Видела, что темой ее была «Проверка наблюдения и слежения» из компании космических систем «Кассини». Удивленно приподняв брови, она потянулась к телефону. Набрав нужный номер, опустила взгляд к имени того, кто запрашивал результаты проверки. Хайрам Викерс.

– Обнаружение и слежение, – прозвучал в трубке ответ.

– Это Симпсон из североамериканского отдела разведки; вы отправили пакет сведений, полученных из компании космических систем «Кассини» в Боулдере, Хайраму Викерсу.

Неожиданно, не успев продолжить разговор с тем отделом, она вспомнила, кто этот человек. Он пришел в контору примерно через год после самой Линн. Начал карьеру разведчика в аналитическом отделе. Теперь прошел слух о новом отделе, маленьком, но все-таки новом – операций за рубежом, проникновений специальных групп в любую страну, в любое место. И тут Линн сообразила, что разговаривает по телефону.

– Послушайте, вы там у себя понимаете свои обязанности? Я знаю, что ваш отдел мало что выпускает, но все сведения о Северной Америке, проходящие через Северную Америку или хотя бы по слухам полученные на этом континенте, должны направляться ко мне! – Линн умолкла и стала слушать ответ собеседника. – Хорошо, мне нужно, чтобы содержание обоих так называемых результатов этой проверки были доставлены сюда через пять минут. И мистер Викерс не должен ничего об этом знать!

Линн положила трубку и задалась вопросом, с какой стати Хайраму Викерсу интересоваться объектом проверки в Неваде.

Пока Линн Симпсон ждала информации из отдела обнаружения и слежения, все эти сведения передавались официально не существующей организации – «Людям в черном».