Гавань моего сердца - Матир Анна - Страница 8

Пожалуйста, только не это! Управляющая приютом, как и школьная учительница, не могла быть замужней дамой. Я поставила подпись под договором, так же как и Блэйн поставил подпись под купчей. Мое тело дрожало от холода и волнения.

Блэйн завел меня в дом, усадил на диван в гостиной и подбросил еще немного дров в стальное горло камина. Затем нежно обхватил мое лицо мозолистыми ладонями и поцеловал в губы так сладко, что у меня по спине пробежали мурашки.

— С двенадцати лет я хотел, чтобы ты стала моей женой. Более десяти лет ожиданий, и вот моя мечта сбывается.

Кровь прилила к моей голове, и у меня застучало в висках. Мое сердце готово было выпрыгнуть из груди. Шепот Блэйна снова защекотал мою щеку.

— Мистер Соррел с дочерью переезжают в Питтсбург. Он предложил мне приобрести его землю практически даром. Господь услышал мои молитвы, Сэди. Теперь мы сможем быть вместе, просыпаться и засыпать рядом.

Его голос звучал откуда-то издалека, как будто я провалилась в колодец, а он звал меня.

Его смех заставил меня очнуться. Блэйн встал на ноги.

— Ты удивлена?

«Удивлена» было не совсем подходящим словом. Я была растеряна. Сбита с толку. Моргнув, я уткнулась в бумаги, которые все еще были у меня в руках. Под актом купли-продажи имущества я увидела имя Блэйна. Вместо того чтобы испытать душевный подъем, я почему-то почувствовала, что у меня сосет под ложечкой — мы ведь так и не поужинали. Дойдя до последней страницы, я прикрыла рот рукой. Этот лист был не похож на предыдущие — на нем вместо слов были одни числа. Я ничего в них не понимала.

— Что это? — Я показала на последнюю страницу договора.

Блэйн сглотнул, его адамово яблоко нервно подпрыгнуло вверх.

— Закладная. Я ведь сказал, что не мог ждать. Мистеру Соррелу нужно было продать землю как можно скорее. Если бы я не поспешил, ее мог бы купить кто-то другой.

Я вдохнула и задержала дыхание. Блеск в глазах Блэйна начал угасать и затем совершенно исчез. Все еще не дыша, я прижала руки к груди. Корсет плотно прилегал к моим ребрам.

Блэйн опустился на диван рядом со мной, наклонился вперед и налил нам кофе из высокого серебряного кофейника.

— Ты изумлена? — Блэйн протянул мне чашку, и я машинально взяла ее. — Я занимался этим две недели, но не хотел ничего тебе говорить до тех пор, пока все не закончится. — Он передал мне блюдце с пирогом миссис Фор.

Я поковыряла безе, поднесла к губам маленький кусочек и тут же отложила вилку в сторону. Если я заставлю себя его проглотить, боюсь, он тут же вернется назад. Господи, как же после того, что случилось, я смогу сказать Блэйну о своем назначении?

— Триста акров замечательных сельскохозяйственных угодий, — продолжал он. — Мы будем там жить, любить друг друга, растить наших детей. И никто не отберет у нас эту землю. — Тут он спохватился и добавил: — По крайней мере, после того, как я выплачу ссуду.

Я вскочила на ноги и отступила к противоположной стене, скрестив руки на груди и стараясь сдержать гнев. Мы с Блэйном давно уже решили, что не будем брать ссуду, это было обязательным условием. Именно по этой причине мы столько лет не связывали себя узами брака. Если бы Блэйн не отвергал возможность займа, мы поженились бы еще много лет назад. И тогда я не получила — и не приняла бы — предложение, которое поступило мне после стольких лет молитв.

Я вернулась на диван. Мои руки безвольно повисли вдоль тела. Я переплела пальцы, плотно сжав их, и медленно повернулась к Блэйну. Он доедал пирог, совершенно не обращая внимания на мое молчание. Мое сообщение потрясло бы его не меньше, чем новость о покупке земли потрясла меня. Я нарушила тишину:

— На днях Хейзел сообщила мне радостную весть.

— Да? — Блэйн приступил уже к моему почти нетронутому куску пирога, налив себе еще кофе.

— Она наконец-то приняла предложение профессора. Они скоро поженятся.

Полные губы Блэйна растянулись в широкую улыбку. Он поставил пустое блюдце на стол, взял чашку и откинулся на спинку дивана.

— Отличные новости! Я думал, она уже никогда не согласится. Но старик Джон Стэплтон оказался настойчивым малым.

Носком изношенного ботинка я прочертила дугу на полу и прикрыла глаза.

— Хейзел попросила меня быть ее подружкой на свадьбе.

— Это очень мило с ее стороны. — По звону фарфора можно было догадаться, что Блэйн поставил чашку на поднос.

Я подошла к окну за диваном, потрогала тусклые лепестки нарциссов и вдруг заметила нить, свисающую между складок моей юбки. Интересно, если я дерну, она просто оторвется или при этом распустится шов?

— Хейзел попросила меня еще кое о чем.

— И о чем же? — Спрашивая, Блэйн не глядел на меня, потому что зевал во весь рот.

— Она предложила мне стать управляющей вместо нее.

Он сидел так неподвижно, что я засомневалась, услышал ли он меня. Я прикусила губу. Ожидание. Ожидание. Ожидание.

Пробили часы. Где-то в доме глухо хлопнула дверь. Когда воцарилась тишина, Блэйн встал. Его челюсть дрожала.

— И что же ты ей ответила?

— Я не видела причин для отказа, — тихо проговорила я, глядя на свои руки.

— Ты согласилась? — Недоверие в голосе Блэйна оцарапало мне сердце, словно новые башмаки нежную девичью ногу.

Я поймала его взгляд.

— Я люблю это место — и этих детей. Как и ты. Конечно, я согласилась стать управляющей приютом. Я не знала, что…

— Но теперь, когда ты знаешь, ты скажешь Хейзел, что тебе больше не интересна эта должность, верно? — Блэйн сдвинул брови, его губы сжались в ровную линию.

Мое сердце бешено застучало. Я взялась за спинку дивана, словно ища поддержки.

— Я уже подписала договор. Я хотела сделать тебе сюрприз.

Он обогнул диван и крепко взял меня за плечи своими большими руками.

— Ты будешь работать здесь вместо того, чтобы стать моей женой?

Столп моей решимости зашатался, и я уставилась в пол. Как же мне не хотелось огорчать его!

— Пока что да. Они же нуждаются во мне, разве ты не видишь? — выдавила я из себя.

— Я хочу, чтобы ты стала моей женой, Сэди Силсби. Как можно скорее. Я думал, что ты тоже этого хочешь.

Я поглядела вниз, на свои руки. Они казались крошечными на фоне рук Блэйна. У него были грубые ладони. Неровные ногти, под которые забилась грязь. С тех пор как я его знаю, Блэйн был зациклен на том, чтобы стать обладателем собственной земли. Теперь же, когда он получил то, о чем давно мечтал, он ждал, что я брошу все и присоединюсь к нему. Но у меня были собственные мечты. Окрыленная этими мечтами, я не могла так просто от них отречься.

Я закрыла глаза и сжала зубы, ища слова, которые заставят его понять меня.

— Матушка Рэмси всегда говорила мне, что Господь ждет от меня чего-то совершенно особенного. До сих пор я не слишком верила в эти слова. Серьезно. Но ты ведь видишь, что произошло. Как я могу отказаться? — Мой голос дрогнул, и вместе с ним дрогнуло мое сердце. — Разве ты не понимаешь? Это не навсегда. Всего лишь на… несколько лет.

— Лет?

Блэйн вскинул темные брови. Он отошел от меня. Моя рука, внезапно отпущенная им, упала и замерзла.

— Хочешь ли ты сказать, что я должен ждать, пока ты решишь, хочешь ли ты быть со мной? Мы всегда мечтали о земле и планировали жить в собственном доме. На собственной ферме. Господь создал нас для этого.

Покусывая губу, я скрестила руки на груди. Я не просила принять меня на эту должность, я не искала ее. Господь распахнул передо мной двери. Я всем сердцем стремилась помочь обездоленным малышам, так же как Блэйн — к тому, чтобы стать землевладельцем.

Я расправила плечи.

— Что, если Господь создал меня для того, чтобы я помогала нуждающимся детям в этом приюте?

Блэйн уронил подбородок на грудь, но я успела заметить в его глазах мучительную боль. Мне словно дали пощечину.

Блэйн провел руками по лицу, затем пальцами помассировал шею. Он тяжело вздохнул:

— Сэди, прошу тебя, подумай о том, что ты сейчас говоришь.