Гавань моего сердца - Матир Анна - Страница 29

— Я скажу остальным! — крикнул он, убегая.

Я покачала головой и отправилась вслед за ним. Виола не понимала, что она теряет. Может быть, своим примером я покажу ей это.

Моя помощница уже довольно хорошо справлялась со своими обязанностями, но подружиться с детьми ей все еще не удалось. Я хотела изменить это. Я должна была это изменить. Дети все еще бежали ко мне, когда были расстроены, напуганы, разочарованы или грустны. И, несмотря на то, что их внимание и любовь согревали мне сердце, это отвлекало меня, занимало время и вообще ставило под сомнение профессиональную пригодность Виолы.

— Скорее, мисс Сэди! Вы отбиваете первая!

Карл переминался с ноги на ногу и нетерпеливо махал мне рукой.

Я обошла Виолу, которая сидела, сложив ладони на коленях и глядя куда-то вдаль, а вовсе не на поле.

Взяв самодельную биту, которую с радостью протянул мне Карл, я дошла до камня, обозначавшего «дом». Затем присела, держа биту и готовясь замахнуться. Всё так, как учил меня Блэйн.

И тут мои колени выпрямились. Бита упала на землю. Ком подступил к горлу, когда я вспомнила, как руки Блэйна обнимали мое тело, когда он учил меня занимать правильную позицию и бить по мячу.

— Готовьтесь, мисс Сэди, он собирается подавать!

Я отогнала болезненные воспоминания прочь, присела и сосредоточилась на Джордже. Мяч пролетел по площадке. Я не шелохнулась.

— Первый страйк! — крикнул за моей спиной соседский мальчик со своего места.

Моя команда не спорила. Джордж снова занял свою позицию на поле. На этот раз я проводила мяч взглядом, пока он приближался ко мне. Я отвела руки назад и взмахнула битой.

Вот он!

Мяч взлетел высоко в небо.

— Беги, Сэди, беги!

Я подхватила юбки и помчалась к камню, означавшему первую базу. Ребята в поле устремились за вращавшимся мячом. Я обогнула базу и ринулась ко второй, сопровождаемая возгласами мальчишек, которые прыгали вдоль линии третьей базы.

— Скорее! Скорее!

Я неслась к камню, обозначавшему третью базу, а Генри застыл как вкопанный — его ноги твердо стояли на земле, руки были раскинуты, готовясь принять мяч. Успею ли я? Я торопилась, чувствуя, что выхожу за пределы своих возможностей. Еще немного, еще чуточку… Вот туда.

Мои ноги коснулись камня в тот миг, когда Генри метнулся к мячу. Мы врезались друг в друга. Я отшатнулась, понимая, что юбка сейчас окажется у меня на голове… Я тяжело упала на траву, издав совершенно не соответствующий статусу управляющей звук «уффф». И тут мое внимание привлек тихий стук мяча, коснувшегося земли. Я потянулась, чтобы достать базу рукой.

— Сейф![5] — послышался издали глубокий голос Блэйна, и за ним последовал столь любимый, столь желанный смех.

— Ура! Ура! — радостно запрыгали мальчишки из моей команды.

Я опустила голову, пытаясь успокоиться. Мое разгоряченное лицо все еще было красным, а дыхание прерывистым.

Не поднимая глаз, я увидела широкую ладонь Блэйна. Он помог мне подняться на ноги. Его глаза блестели, и я заметила восхищение и нежность в его взгляде. Я убрала его руку, отряхнула юбку и попыталась поправить прическу, но мне это не удалось — в моих волосах не осталось ни одной шпильки.

В моем поле зрения появилась Виола. Она спрятала руки за спиной и кокетливо опустила ресницы. Мне захотелось отвесить оплеуху этой противной девчонке.

«Она слишком юная, — напомнила я себе. — Ей нужен хороший пример».

Я изобразила на лице подобие улыбки:

— Теперь ты поняла, что теряешь, Виола?

Она вытянулась, демонстрируя свою стройную фигуру, и бросила долгий, томный взгляд на Блэйна.

— Боюсь, мне никогда не понять, как можно играть в такую грубую игру.

Распахнулась задняя дверь. На крыльце появилась Миранда, и несколько мальчишек направились к ней.

Я почувствовала на своем локте любимую руку и услышала тихий нежный голос:

— Ты не ушиблась? Может быть, присядешь, отдохнешь немного? Я могу тебя заменить.

Я осторожно высвободилась из рук Блэйна.

— Я в порядке, спасибо.

Он достал из кармана носовой платок и стер им грязь с моей щеки.

— Вот так-то лучше.

Меня захлестнули эмоции.

Стайка мальчишек пересекала двор, за ними шла горничная.

— Миранда заменит тебя, Сэди, если ты больше не можешь играть.

Я взглянула на Блэйна, затем на Виолу.

— Да, думаю, так будет лучше.

Миранда прошла мимо меня, стараясь не встречаться со мной взглядом, и остановилась у камня, возле которого только что стояла я. Виола тем временем проскользнула к Блэйну, взяла его под руку своей маленькой ладошкой и направилась вместе с ним к дому.

Во вторник рано утром Хейзел и Лили Бет отправились в Филадельфию. Миссис Лоусон сшила для малышки платье, с которым прекрасно гармонировал бант в волосах девочки. Хейзел выглядела радостно-беззаботной, словно школьница на каникулах. Лили Бет, напротив, приняла самый что ни на есть серьезный вид. После того как поезд тронулся и скрылся за горизонтом, я отправилась к Комстокам, но никого не застала дома.

Я снова помолилась о Картере. О Лили Бет. Обо всех наших детях.

В течение следующих трех дней нам с Виолой удалось справиться с многочисленными хлопотами по дому, несмотря на негодование Миранды. Я просто не обращала на нее внимания, продолжая выполнять свои обязанности. Виола вела себя немного легкомысленно, но даже она, казалось, старалась помогать и приносить пользу.

К моему огромному удовлетворению, мне удалось закончить внесение расходов и поступлений в нашу бухгалтерскую книгу и суммы в двух столбцах наконец-то сошлись.

Трудности я испытывала только с пожертвованиями. Внести их было сложнее, потому что некоторые люди, вроде мистера Кнутца, делали пожертвования наличными деньгами. Некоторые приносили продукты питания, одежду, банковские чеки. Особенно меня беспокоили наличные и банковские чеки. Мне нужно было не забыть отметить их у себя в записях — либо внести на наш счет. Но если мои цифры были верны, то можно было утверждать, что мы все-таки делали успехи. Нам не удалось отложить сбережения на пути к цели в четыре тысячи пятьсот долларов, но хотя бы та сумма, которую мы тратили ежемесячно, была уже покрыта.

Если бы мне только удалось еще и сократить наши расходы! Но оплата за отопление этой зимой была особенно высокой, телефон стал необходимостью, а наши зарплаты и так были мизерными. По крайней мере, Блэйн согласился продавать нам продукцию по цене ниже той, которую заламывал бакалейщик. Даже несмотря на свои ограниченные способности к математике, я понимала, что наш договор был спасением для нашего приюта. Возможно, я даже смогу простить Блэйна за то, что он брал с нас деньги.

В пятницу после полудня Виола носилась по гостиной, словно шмель в летнем саду, суетясь над одеждой и прической шестилетнего Тимми.

— Где его вещи? — спросила я, ища скромные пожитки мальчика.

— Этим занимается Миранда.

Я нахмурилась.

— Она не должна этим заниматься, Виола. Это твоя работа.

— Но она не возражает. — Виола снова попыталась пригладить упрямо торчащий вихор Тимми, заправив его за ухо.

— Виола…

Стук в дверь тут же заставил ее упорхнуть навстречу семье Гофф. У Виолы действительно было доброе сердце. Мне следовало почаще напоминать себе об этом.

Девятилетние близняшки — дети Гоффов — возились с Тимми, словно он был маленьким щенком. Одна из худеньких девчушек обеими руками обняла пухлого коротышку и изо всех сил старалась поднять его, но так и не смогла этого сделать. С раскрасневшимся лицом она наклонилась к Тимми и болтала с ним. Мальчик же сохранял серьезный вид. А когда он помахал веселому семейству на прощание, раздался дружный хохот.

Миссис Фор вздохнула и покачала головой.

— Это самая приятная часть нашей работы, — произнесла она.

— Это то, ради чего мы работаем и живем, — кивнула я, указывая на удалявшийся автомобиль. — У нашего мальчика появился шанс.