Наследие Луны - Гоулмон Дэвид Линн - Страница 46

– Джек, помоги мне выбраться и давай поможем кому-нибудь.

Коллинз оценил обстановку и впервые в жизни почувствовал себя бессильным.

– Что это было? – спросил Эверетт, наконец поднимаясь на ноги. Из его левого уха текла струйка крови.

– Засада, – ответил Коллинз.

Подачу электроэнергии на площади восстановили, тела погибших в результате теракта разместили вдоль тротуаров и стен зданий. Протесты стихли сами собой – общая беда сплотила немцев, которые теперь принялись гадать, кто мог нанести столь коварный удар. Джек, Эверетт, Элленшоу и Голдинг в изнеможении переводили дух. Над площадью сгущались сумерки.

– Пожалуй, Джек, надо отсюда валить, – сказал Эверетт.

Он подошел к прорванному пожарному гидранту и поднес руки к фонтану воды, затем вытер мокрыми ладонями покрытое сажей лицо.

Коллинз глубоко вздохнул.

– Нельзя уйти ни с чем, – сказал он, не поднимая глаз.

– Полковник, смею напомнить, мы вытащили вас из наручников. Уверен, полиция после теракта скоро оклемается, и вас снова будут искать. Мы сделали все, что могли, – больше тут уже не поможешь. Пора подумать и о себе.

Джек положил руку на плечо профессора Элленшоу и кивнул.

– Хорошо, док. Выдвигаемся домой.

Они начали подниматься, и тут ожил большой рекламный экран. Из динамиков раздался сигнал, призывающий общественность к вниманию. Многие, впрочем, не стали отвлекаться на сообщение и продолжили помогать бригадам «Скорой помощи», которые перевязывали раненых и увозили погибших. Повсюду сновали полицейские, отчаянно пытаясь напасть на след того, кто совершил самое ужасное преступление в истории современной Германии. Коллинз тоже не обратил внимания на объявление – он умывал лицо у разбитого гидранта.

– Ущипните меня, – прошептал Пит Голдинг у него за спиной.

– Твою мать! – Эверетт постучал полковника по плечу. – Джек, спрячь лицо и иди назад к зданию.

– Что еще? – спросил тот.

– Можешь быстро взглянуть и бегом в переулок. У меня с немецким туго, но очень похоже, что полиция нашла подозреваемого в совершении теракта.

Коллинз мельком взглянул на телеэкран: оттуда на него смотрело его собственное лицо – снимок 1997 года, сделанный во время службы в Форт-Брэгге. Под фотографией бегущей строкой сообщалось, что его разыскивают для допроса по поводу произошедшего.

– Всегда ненавидел эту фотографию, – пробормотал Джек.

Эверетт схватил Коллинза в охапку и метнулся с ним в глубь переулка. Голдинг и Элленшоу двинулись следом, прикрывая полковника со спины.

– Похоже, господа, мы опоздали, – сказал Элленшоу. – Выражаясь современным сленгом, нас спалили.

Оглянувшись, Эверетт увидел высокую эффектную блондинку, которая разговаривала с окровавленным и перепачканным полицейским, указывая пальцем в их сторону. Наконец полицейский повернул голову, и Элленшоу не пришло в голову ничего умнее, чем помахать ему рукой и скрыться в переулке. Присмотревшись, полицейский с удивлением увидел, как четверо мужчин резко сорвались с места. Он погнался за ними, один и без оружия, крича, чтобы беглецы остановились.

Блондинка посмотрела полицейскому вслед, затем повернулась к своему спутнику, и они оба пошли прочь.

– Как так могло получиться? Все мины взорвались одновременно, а Коллинз отделался только царапинами, – сказала она, глядя в лицо Механика и стараясь обходить вывороченные плиты и лужицы крови. – Видимо, такую костяшку домино, как он, свалить непросто.

Механик поднял взгляд на телеэкран, по которому демонстрировали фотографию Джека Коллинза. Когда саудовец увидел, что Джек сотоварищи живы, пришлось соображать быстро. Он связался с Маккейбом, и они наскоро сварганили запасной вариант: подкинуть немецким правоохранительным органам армейское фото полковника.

– Порой, мисс, костяшка падает медленно. И насколько я вижу, данная костяшка не остановится, пока не отыщет людей, которые сидели вместе после войны. Так что нам остается только ждать.

Мужчина и девушка растворились в сгущающихся сумерках, а над центром Берлина по-прежнему стоял вой сирен и людские крики.

Глава 7

Саре Макинтайр, Уиллу Менденхоллу и Джейсону Райану пришлось пройти целый комплекс испытаний, входивших в ускоренную программу обучения астронавтов. Тут и святой взвыл бы. Особо тяжело далась серия бросков: Уилл опасался, что у него отвалится правая рука и соответствующая половинка задницы.

Сара вымоталась настолько, что никак не могла справиться с застежкой на своем голубом комбинезоне. Пришлось звать на помощь Райана, чтобы тот застегнул молнию.

– Спасибо. Напомни потом отправить директору Комптону коробку со взрывчаткой – устроил нам такую пытку!

– Я оплачу пересылку, – сказал Райан и хлопнул Сару по спине. Лицо ее исказилось от боли.

– Причем шансы полететь у нас практически нулевые, – вставил Менденхолл. – Сами посмотрите: мы подстраховываем отряд, который подстраховывает первый эшелон. – Он аккуратно присел на скамейку рядом с Сарой. – Нас поднимут, только если эти два отряда по какой-то причине не доберутся до МКС.

Сара смотрела на других курсантов, среди которых было несколько старших офицеров, стоявших перед телевизором в комнате отдыха. Наконец она встала и, стараясь не шевелить ноющими плечами, подошла к ним.

– Что стряслось?

– Кто-то устроил кровавую бойню в Берлине во время антикосмической демонстрации. Погибла куча религиозных фанатиков, – ответила женщина-геолог из НАСА – может, не такой хороший специалист, как Сара, но гораздо более опытная как астронавт, прикрепленная к первому отряду в операции «Темная звезда».

По телевизору демонстрировали запись репортажа с места событий. Сзади подошли Джейсон и Уилл.

– Что-то мне это не нравится, – пробормотал Уилл.

Кто-то из стоявших у экрана увеличил громкость.

– …из толпы недовольных демонстрантов, заполонивших улицы в центре Берлина, выделились радикально настроенные элементы. Серия взрывов прогремела почти в тот момент, когда произошли первые столкновения с полицией. Количество взрывных устройств не установлено. – Вместо кадров из Берлина возникла новостная студия в Атланте. – Полиция заявила, что обладает сведениями, позволившими опознать человека с видеозаписи камер наблюдения. На записи некий мужчина в немецкой военной форме, предположительно, устанавливает заряды. Власти Берлина опубликовали фотографию подозреваемого: им оказался полковник вооруженных сил США Джек Коллинз. Его местонахождение на данный момент неизвестно.

На экране возникла фотография Коллинза. Сара, Уилл и Джейсон застыли как вкопанные, остальные астронавты с растущей злобой смотрели на американца, который, как подозревали, был напрямую причастен к теракту, чьи последствия они только что увидели.

– В досье подозреваемого содержатся упоминания о противозаконных операциях на Ближнем Востоке. Военное командование признало его ненадежным, и полковник предстал перед комитетом конгресса, занимающимся расследованием провальных операций в ходе войны в Афганистане.

В адрес Коллинза послышались ругательства, и Сара отвернулась. Хотелось закричать курсантам: «Заткнитесь, вы же его не знаете!», но вместо этого она вернулась к шкафчикам и вновь села на скамейку. Вскоре к ней присоединились Менденхолл и Райан.

– Ничего себе подстава! – сказал Джейсон.

– Ничего, говорят, он только подозреваемый, а не задержанный. – Уилл положил руку Саре на плечо.

– Райан, Макинтайр, Менденхолл, на выход. У вас шестичасовое занятие на летных симуляторах. Вперед!

Сара подняла глаза. В дверях стоял мастер-сержант ВВС.

– Поднимаемся! Президент сдвинул начало операции на семьдесят два часа – все из-за того психа, который устроил погром в Германии.