13 сектор. Следствие против знатоков - Левандовский Михаил - Страница 42

К сожалению, все тайное рано или поздно становится явным. Выяснив некоторые подробности их совместного бизнеса, тель-авивские конкуренты сочинили интереснейший донос, и отправили его сразу по многим адресам. Спам удался. Иосиф просидел три месяца в земляной яме со скорпионами в Сьерра-Леоне, а Илья — два года на Украине. Теперь, когда солнце раскаляет пустыню до инфракрасных оттенков и в стране начинается сиеста, им остается лишь спорить, где было хуже. Впрочем, после отсидки и дополнительного суда в Израиле, который на год запретил им заниматься коммерческой деятельностью, приятели, отбыв свой израильский срок, на сэкономленные деньги открыли тот самый магазинчик. А в период действия запрета на занятия коммерцией получили прекрасную работу. Их назначили ночными сторожами военно-морской базы Израиля. Каждый вечер они по очереди получали пистолет, газеты и прекрасно проводили время до утра. Поставить гражданских, да к тому же осужденных за мелкий гешефт охранников сторожить базу, на которой есть ракетные катера, десантники, красивые девушки в белых юбках и прочие составляющие военной мощи Израиля! Кстати, очевидцы утверждают, что до прихода Ильи и Иосифа на военной базе числился эсминец. Не знаю, не проверял. Одно могу сказать точно: теперь его там нет.

На мои эйлатские запонки давно зарился один из приятелей. Поделка вроде недорогая, но тем не менее.

Я позвонил ему:

— Привет, Коля.

— Привет, Сашка, как дела?

— Все нормально.

Коля работал на производстве, владел заводом по отливке пластмассовых форм. Про ситуацию в банковском и страховом бизнесе он, полагаю, ничего не знал.

— Как у тебя дела? Не лопнула твоя компания?

— Не лопнула, — ответил я.

— Это здорово. А я вчера бампер помял. Поеду с вас требовать.

— Приезжай, требуй, заплатим.

— Не надо пока. Ты к этому отношения не имеешь.

Поскольку Коля ВИП-клиент, то сделают качественно…

— Новую машинку прикупил, кстати, у вас страховать буду. Скажешь своим?

— Скажу.

Волки мне теперь свои, но разве ж Наталья Николаевна откажется от хорошего клиента? На самом-то деле клиента с машинкой такого класса примут везде. Но зачем ему об этом знать? Продавать страховые полисы научились очень хорошо. Еще бы так убытки регулировать умели.

— Отлично. А чего звонишь-то?

— Да помнишь, ты запонки мои хотел?

— Помню. А что, у тебя проблемы?

— Нет, мне новые привезли, еще краше. Предлагаю тебе. Если хочешь, могу уступить.

— Окей. Пятьсот баксов.

— Восемьсот.

Честно скажу, они стоили триста. Но в Израиле. А хвастаясь ими в клубе, я с честным лицом сказал, что купил за тысячу. Остановились на семистах.

— Ладно, на днях заеду в твой кабинет и отдам деньги.

— В принципе мне сегодня надо ехать офис осматривать в твоем районе города. Хочешь, могу забросить? Я, собственно, почему и вспомнил.

— Давай. И пообедаем заодно.

— Пообедать — не знаю, со временем туго. — Я пересчитал в кармане наличность. — Но кофе можем попить.

— Ну давай.

— Окей.

Я знаю, куда поеду вечером. Жить можно: семьсот долларов в кармане.

Глава семнадцатая

Вечером мы с Юлей снова сидели в «Ублюдках». Удачно проданные запонки позволили мне заказать выпивку и еду не только для дамы, но и для себя: отбивная оказалась на удивление вкусной. Сложно не согласиться с тем, что окраинные места имеют свой шарм.

— Ну что, Юля, рассказывай.

У меня из-под мышки высунулся черный нос Лобена, пес выпрашивал объедки.

— Сиди спокойно, тебя сюда и так по блату пускают, негодяй хвостатый, — пригрозила ему Юля и улыбнулась. — Ну что рассказывать? И кастинг прошла, и собеседование.

— А по порядку? Мне приятно с тобой потрепаться.

— Тебе потрепаться, а я тут, между прочим, сегодня еще на работе. И так еле-еле договорилась.

— Ладно, извини. Не хотел обижать.

— Прости, у меня самой вылетает иногда, поиздеваться хотелось. С утра явилась в агентство. Ладно еще «Распутье» — мы официально числимся эротическим театром и танцевальным клубом. А тут… Кто-то их серьезно крышует, потому что контора стремная. Конечно, сидят в неплохом офисе, не в своем, а блок в небоскребе снимают. Приемная большая, с диванами. Когда я пришла, там уже девушек восемь было, причем многим около тридцати, очень стильно одеты.

— А зачем они пришли? Ты с ними, небось, разговорилась?

— Да. Они, на самом деле, и раньше со своими шефами были достаточно близки. Это для них нормально.

— Ну, сама знаешь, этот ключ от карьеры никто не отменял.

— Жалко, что с другими ключами как-то плохо. Да нет, девушки умные, профессиональные. Они чисто ради немаленькой зарплаты, хотя тогда уж лучше к нам — в клубе больше зарабатывают. И много было совсем юных девчонок. Эти, в общем, ничего не умеют, просто хотят денег сразу. Кстати, паре из них я посоветовала в «Распутье» пойти, сказала, к кому обратиться.

— Правильно сделала.

— Я еще туда кадровиком вернусь, всем штрафы буду выписывать безжалостно, попомнят они меня. Шучу. Девчонок я наших люблю, хорошие они. В этой конторе очереди я ждала час. Зашла. Обычный менеджер сидит в галстучке, костюмчике, костюмчик так себе.

— Юля, ты начала делить людей по костюмам?

— Слушай. Посмотрел на меня, пройтись заставил, повернуться. Я покрутилась, чтобы полы платья чуть-чуть поднялись. По-моему, мальчик хотел мне свидание назначить, но не решился. Кстати, по его словам, я настолько хороша, что могу рассчитывать на самые крутые компании. Он даже называть начал. Все брошу, уйду в «Газпром»!

— Он хоть проверил, как ты печатаешь?

— Знаешь, если бы я ему не напомнила, не проверил бы. Печатаю хорошо. Пыталась поговорить с ним по-английски, но, кажется, английский я знаю лучше.

— В твоих достоинствах я не сомневаюсь. Может, в нормальный бизнес пойдешь? Я договорюсь.

«Черт, — подумал я, — а смогу? Теперь, когда мои связи стремительно убывают, как медуза, вытащенная на прибрежную гальку. Если для Юльки, то смогу».

— Да нет, ты же знаешь, я деньги люблю. Но мы с тобой еще поговорим о нормальном бизнесе. А пока у нас приключения впереди. В общем, он всячески пытался меня на серьезные конторы соблазнить, но я ему сразу сказала, что живу на Варшавке и мне надо что-нибудь рядом, потому что я соня и сова, что правда, и далеко ходить не люблю.

— И как он?

— Дал мне контакт, сказал, что вакансия горячая, выходить надо немедленно. Так что, если я хочу, прямо сегодня могу подъехать на собеседование.

— А договорились о гарантиях безопасности, еще о чем-то?

— Какие гарантии? Сказал звонить ему, если что-нибудь не так. В общем, шарашкина контора.

— Что дальше?

— Потом поехала в этот автосалон ковбоев.

— Как он тебе, понравился?

— Знаешь, с той секунды, как зашла, увидела перед собой красный сигнал.

— Вот-вот. Мы это одними словами описываем.

— Целую батарею красных сигналов. Стремное место.

— Юль, слушай, давай бросим эту затею. Я как-нибудь сам за ними послежу.

— Нет, Сашка, мы с тобой договорились, мне интересно, авантюристка я по натуре, авантюристка. Иначе не было бы ни стриптиза, ни «Распутья», ни этой авантюры.

— Ох, Юлька, Юлька! Ввязались мы с тобой. Рассказывай.

— А что рассказывать? Посмотрела на Олега — высокий блондин. Я таких люблю.

Я вздохнул. Я-то невысокий лысеющий брюнет. Да, с Юлей мне ничего не светит. Проблема в том, что говорить с ней так приятно… Отрываться не хотелось.

— В общем, он в моем вкусе, но настораживает. Властность какая-то жуткая, еще что-то, не мое. Посмотрел на меня, выяснил про мой опыт.

— А что дальше?

— Дальше сказал: «Раздевайся».

— Нет, с какой стати?

— Мол, ты на меня работать пришла. Я у вас еще не работаю, отвечаю. Да и вообще, давайте пока на «вы».

— И что он?

— Присмирел. Ответил, что, пожалуй, я ему подойду. Но, правда, раздеться все-таки попросил, даже денег обещал.