Адептус Астартес: Омнибус. Том I (ЛП) - Паррино Джо - Страница 1262

— Если бы ты видел, — сказал он, — то, что видели мы, ты пересек бы всю галактику, чтобы присоединиться к нам, даже если бы на пути стоял твой собственный легион.

— Будь моя воля, предатель, — ответил апотекарий, — тебя казнили бы в то самое мгновение, когда Лисандр принес тебя. Из милосердия к человеческому роду тебя вырезали бы, как раковую опухоль, которой ты и являешься. Но Магистр Ордена сказал, что ты должен предстать перед судом. Он милосерднее, чем я или любой из известных мне боевых братьев. Тебе надлежит плакать от чувства благодарности к нам. Впрочем, хватит.

— Апотекарий нажал несколько кнопок на висящем у пояса устройстве. Сжимаюсщий виски подавитель вызвал у Сарпедона тупую боль. Затем он почувствовал, что падает, и сознание покинуло тело. Перед глазами помутилось, все стало белым, а ощущение падения не прекращалось до тех пор, пока не исчезли вообще все чувства.

— Первыми из явившихся на суд над Испивающими Души были Воющие Грифоны. На борту ударного крейсера «Пламенное Мщение» прибыла вся Вторая рота, сопровождающая на «Фалангу» своего представителя. Воющие Грифоны, братский Орден Имперских Кулаков, каковым некогда были и Испивающие Души, потребовал на суде особого положения, поскольку больше всех пострадал от рук отступников.

— Магистр Ордена Имперских Кулаков Владимир покинул свое обычное место среди тактических трактатов и фортификационных схем Либрариума Дорна, чтобы приветствовать на «Фаланге» Капитана Борганора. Борганор в сопровождении почетного караула из Девятой роты спускался по аппарели челнока. Капитан слегка хромал из — за заменяющего правую ногу бионического протеза. Желто-красный доспех покрывал темно-синий плащ с вышитым золотыми и черными нитями личным гербом капитана — Воющим Грифоном, смиренно склонившим голову и сложившим передние лапы в молитвенном жесте. Борганор был столь же резким и грубым, как его покрытое шрамами лицо. На приветствие Владимира он ответил ударом руки по золоченому нагруднику своего доспеха.

— Магистр Ордена, это честь для меня, — сказал Борганор, — жаль, что приходится встречаться с вами по столь неприятному поводу и в то время, когда на моем Ордене лежит позорное пятно неудачи.

— Владимир Пух из Имперских Кулаков понимающе кивнул. Он был, прежде всего, мастером тактики, серьезным степенным человеком, привыкшим решать проблемы так же хладнокровно, как обычно оценивал потенциальных послушников. Искусно изготовленная золотая броня была отполирована до зеркального блеска, а красные изображения сжатого кулака на наплечниках и нагруднике, казалось, выложены рубинами. На лице под коротко подстриженными волосами читалась разумность, что позволяло предположить, что этот человек не простой солдат.

— Я долго оплакивал гибель лорда Меркаэно от рук отступников, — произнес Владимир, — но они, безусловно, заплатят за это горе, когда свершится правосудие.

— По лицу Борганора пробежала тень. Библиарий Меркаэно был величайшим героем Воющих Грифонов этого века, убийцей демона Периклитора, человеком, отомстившим за смерть Магистра Ордена Фуриозо. Меркаэно пал в битве с Сарпедоном, и тысяча братьев поклялись, что Сарпедон умрет прежде, чем начнет стихать боль потери. Борганор, принявший командование над понесшей большие потери ротой, нес ответственность за то, что Меркаэно погиб, а Испивающим Души удалось бежать.

— Несомненно, — сказал Борганор, — однако прежде, чем мы начнем, я хотел бы попросить об одолжении.

— О каком же, брат-капитан? — спросил Магистр Ордена.

— Перед тем, как Сарпедона казнят, позволь мне вырвать ему конечности и оставить его с одной ногой, как он оставил меня, — взгляд Борганора на мгновение устремился на бионический протез, — смерть Меркаэно оплакивают все сыны Гиллимана, все космодесантники, поэтому отмщение должно также принадлежать всем. Но то, что я был искалечен — вина Сарпедона, и я хочу вернуть ему этот долг.

— Мы здесь не для того, чтобы вершить твою личную месть, капитан, — ответил Владимир, — Нам предстоит осуществить более важное возмездие. Если будет решено, что предатель Сарпедон должен жестоко страдать перед смертью, возможно, ты сможешь принять участие в определении того способа, которым его заставят страдать. Но пока такого решения нет, наша единственная цель — правосудие.

— Борганор поклонился Владимиру.

— Простите меня, — сказал он, — мое сердце пылает ненавистью ко всем, кто способен осквернить имя Рогала Дорна.

— Ненависть тоже имеет право слова, — сказал Владимир, — именно поэтому ты будешь присутствовать на процессе.

— Борганор повел семьдесят космодесантников из Девятой роты Воющих Грифонов в док «Фаланги». На борту уже размещались три роты Имперских Кулаков, что составляло более трехсот космодесантников. Воющие Грифоны будут здесь вторым по величине контингентом. Но не только они прибыли на «Фалангу», чтобы принять участие в процессе. Сарпедон и Испивающие Души враждовали со многими слугами Империума, и каждый из них хотел, чтобы его голос был услышан.

— На золотой орбитальной яхте, запущенной со сторожевого корабля Инквизиции «Могила предателя», на «Фалангу» прибыл лорд-инквизитор Колго. Перед ним шла труппа акробатов и музыкантов, обыгрывающих пантомимами и воспевающих в песне величайшие успехи своего господина, которых он добился за свою долгую карьеру, охотясь на врагов Императора. Самого Колго, с гордостью несущего букву «I» на нагруднике угольно-черного терминаторского доспеха, сопровождали несколько Сестер Битвы Адепта Сороритас. Возглавляла их старшая сестра Эскарион, попросившая доверить ей обязанности по сопровождению Колго, чтобы лично присутствовать на суде над отступниками, свидетелем деяний которых она была. Прежде сестре доводилось состоять в свите инквизитора Фаддея, и она не сомневалась, что за его смерть в ответе Испивающие Души, поскольку исчез он, собирая информацию об их действиях.

— От лица Адептус Механикус, у которых причин презирать Испивающих Души было больше, чем у многих других, явился архимагос Воар. Он способствовал захвату Испивающих, преследуя при этом собственные цели. За Сарпедоном и его отступниками числился вековой давности долг перед Механикус. Воара сопровождала церемониальная свита сервиторов-стрелков, шагающих удивительно синхронно. Ноги архимагос потерял на Селааке, поэтому к машинным отделениям «Фаланги», где ему выделили место, он двинулся на простых гусеницах, которые соорудил себе, чтобы иметь возможность передвигаться, пока не найдется более подходящей замены. Воар не испытывал ненависти, выставляемой напоказ остальными присутствующими, поскольку являлся рациональным существом, для которого эмоции были лишними.

— Весть разнеслась и среди тех, кто не сталкивался с отступниками-Испивающими лично. «Смертоносная Тень» Ордена Обреченных Орлов и «Кара Гарадана» Железных Рыцарей вышли из варпа неподалеку от Кравамеша и потребовали, чтобы их, как лояльные Ордена космодесанта, также допустили на процесс. Вскоре к ним примкнули представители Сангвиновых Ангелов и Серебряных Черепов. Эти Ордена прослышали о поимке Испивающих Души, и обнаружили, что у них есть офицеры, находящиеся достаточно близко к Кравамешу, чтобы успеть на суд.

— Магистр Ордена Владимир выслушал их просьбы. От него зависело, примут ли представителей этих Орденов. Он признал, что существование космодесантников-отступников является оскорблением для всех Адептус Астартес, а преступление любого изменнического Ордена — преступление против них всех, поскольку оно очерняет имя космодесантников, их примархов и даже самого Императора. Владимир отдал приказ, чтобы представителей приняли на борту «Фаланги» и разместили в пустующих кельях тех Имперских Кулаков, кто в данный момент выполняли свой долг в других уголках галактики.

— При виде столь многих Орденов, объявляющих о своем присутствии и доставляющих на борт своих офицеров и почетную стражу, о существовании группы оборванных паломников в передних трюмах почти все забыли.