Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том 2 (ЛП) - Рейнольдс Джош - Страница 980

— Я не Хранитель мудрости, — ответил он. — Больше нет. Ультуан исчез, а вместе с ним и Башня Хоэта, — он произнёс эти слова с большей горечью, чем собирался. «У тебя нет права на сожаления», — подумал он. «Только не тогда, когда твои действия стали причиной всему этому».

— Но ты всё ещё жив, брат, — мягко сказал Тирион. — Мы ещё живы. Наши люди выжили благодаря тебе. Ультуан пал, но пока хотя бы один из азуров жив, его дух не исчезнет.

— О да, очень мило. И пока жив хотя бы один азур или дручии или азраи раз уж на то пошло, Я всё ещё их король, как впрочем и ваш, — вмешался Малекит, его голос звучал с резким, металлическим скрежетом. Как и Алариэль он обладал одним из ветров магии. Только в его случае это был Улгу, и змеящееся, хитрое знание Тьмы полностью подходило Малекиту. Теперь он был больше созданием Тьмы, нежели плоти, воняя обожжённым железом и излучая холод.

— И как король я требую ответов. Почему ты пришёл к нам, человек? — спросил Малекит. — Как ты посмел прийти в Атель Лорен?

— А куда ещё я мог пойти? — сказал Карл Франц. — Мир стал враждебным, и в нём стало сложно найти убежище. Старые союзники подвергаются одинаковому давлению, — он указал на Хаммерсона и Джеррода. — Наши величайшие города лежат в руинах, а наши люди в смятении. Наш последний рубеж обороны, Аверхейм, обратился в пыль под ногами мирового врага. Я Император без империи, как и ты, — произнёс Карл Франц, взглянув на Малекита.

— Оглянись, человек…моя империя всё ещё стоит, — ответил Малекит. Он выпрямился и развёл руками. — Враги раз за разом штурмуют её. Но она всё ещё стоит.

Карл Франц улыбнулся.

— Если это то, что ты называешь империей, то я начинаю удивляться, почему Финубар боялся тебя.

Тени закружились и закорчились вокруг тела Малекита, когда он напрягся от гнева.

— Ты смеешь..? — прошипел он. — Я сорву твою плоть с костей, король пустого места.

— Да, ведь это всегда было в духе твоего народа. Мир пылает, а ты думаешь лишь о ссорах на пепелище, — Карл Франц резко поднял руку. — Ты скорее убьёшь гонца, чем прочитаешь сообщение. Ты отвернёшься от союзников, потому что в своём высокомерии принимаешь силу за слабость, а поддержку за бремя.

— Да что ты знаешь о нас, человек? — произнесла Алариэль. Теклис посмотел на неё. Её черты были лишены эмоций, но ему показалось, что он заметил тень улыбки на её лице.

— Я знаю достаточно, — ответил Карл Франц. Он повернулся, изучая Вечное Озеро. — Я знаю, что то, что ваш народ называет Рана Дандрой, уже началось, хотя на самом деле это оно началось несколько лет назад. Я знаю, что Ультуан пал, и что Великого Вихря больше нет, — его глаза нашли Теклиса. Теклис вздрогнул. Взгляд Императора ничего не обнаружил, но эльф почувствовал проблеск подозрения.

Почему Азир нашёл Карла Франца? Ветра притягивались к своим воплощениям, как подобное к подобному, но Император, при всём уважении, никогда не показывал и малейшего родства с магией Небес. Теклис выбросил эту мысль из головы. В любом случае сейчас это не имело значения. Сила исчезла, её вырвали из неё. Теклис встряхнулся и сказал:

— А ты знаешь почему?

Карл Франц посмотрел на него.

— Нет, — произнёс он, и Теклис понял, что это ложь.

— О, здорово, ну так пусть Теклис просветит тебя, — сказал Малекит. Откинулся на спинку своего трона, от его гнева не осталось и следа. Теклис бросил на него взгляд, и Малекит сделал жест рукой.

— Как твой король я приказываю тебе рассказать дикарям о твоих преступлениях, махинатор, — засмеялся Малекит. — Расскажи нашим гостям как ты игрался с миром и потерял его.

Теклис посмотрел на тонкую, тёмную форму существа, которое когда-то было Королём-колдуном, сидящую на троне из корней и ветвей позади Вечной Королевы. Существо, которое он помог короновать в Вечного короля, наделённое большей силой, чем оно заслуживает. Малекит встретил его взгляд, и Теклис понял, что бывший правитель тёмных эльфов улыбался за своей металлической маской.

Теклис поднялся на ноги при помощи посоха и собрал остатки своей власти. Он взглянул на гостей. Несмотря на то, что они были перепачканы и окровавлены, они не выглядели побеждёнными, и за это Теклис благодарил падших богов своих людей. Им потребуется каждая крупица силы, чтобы выдержать грядущие испытания. Он прочистил горло и приготовился говорить.

Однако прежде чем он смог произнести хоть слово, над озером прокатилось рычание. Рычание было до боли знакомым и совершенно ужасающим. Он повернулся и его взгляд встретился с жёлтыми, полными ярости глазами. Это были глаза зверя, горящие от желания. Температура у озера начала падать.

— Вор! — проревел седой рыцарь не своим голосом. Рейксгвардеец оттолкнул Императора и бросился на Теклиса, растопырив пальцы, словно когти.

— Волкер-нет! — закричал Император, потянувшись за гвардейцем. Человек выскользнул из его захвата.

Выругавшись, гном Хаммерсон вцепился в Волкера.

— Сдерживай его, парень, или нас нашпигуют стрелами, — проревел гном бретоннцам, ухватившись своими мускулистым руками за ногу Волкера. Рейксгвардеец растянулся на земле и Джеррод вскочил на него сверху, загремев доспехами. Волкер извивался под ними, завывая словно волк. Теклис отшатнулся, прижав одну руку к горлу, его лицо было бледным от шока.

Волкер был холодным, настолько холодным, что Теклис удивился как вообще человек смог существовать и выживать при такой температуре. Воздух вокруг борющихся людей стал серебряным от инея, а трава под ними затвердела и сломалась. Джеррод стучал зубами, а Хаммерсон проклинал всё и вся. Волкер уставился на Теклиса, его глаза были жёлтыми и звериными.

— Вор, — снова прорычал он, и Теклис содрогнулся, закутываясь в плащ. Он ожидал подобного, но до последнего надеялся, что всё будет по-другому. Ульрик был не тем богом, который мирно уходил в забвение, даже если бы это было лучше для всех заинтересованных сторон.

— Да, — произнёс он хриплым голосом. — Да, я вор. И твоё время прошло, старый волк. Ты мёртв, и я не позволю тебе пожертвовать жизнью, только чтобы забрать мою, — он поднял посох, и слова заклинания всплыли в его разуме. Но прежде чем он смог произнести их, Карл Франц встал между ними. Хотя Ветер Небес был вырван из него, всё же в нём оставалось что-то, что заставляло Теклиса опасаться. Скрытая сила, которая в отличие от его собственной была и у Тириона. Он опустил руки.

— Я сделал то, что должен был, — сказал он, даже не зная почему, когда встретил взгляд Императора. — Я сделал то, что было необходимо.

— И ты бы сделал так снова? — спросил Карл Франц тихим голосом.

Теклис замешкался. Он посмотрел на Тириона.

— Без промедления, — ответил он.

Император медленно кивнул, как будто и не ожидал другого ответа. Он повернулся и посмотрел на своего телохранителя. Человек извивался и выл, отбиваясь от схвативши его людей. Вены на его шее вздулись, а на губах выступила пена. Карл Франц снова посмотрел на Теклиса.

— Ты можешь ему помочь? — спросил он.

Вместо ответа Теклис упал на колени. Тело Волкера дёргалось, а его лицо, казалось, удлинилось, став чудовищным и бесформенным. Теклис протянул руки и погрузил пальцы в мокрую изморозь, покрывающую лицо человека. Он пытался схватить осколок эссенции Ульрика, поселившегося в человеке, так же как он схватил Пламя в Мидденхейме. Но это было совсем другое. Это был не бессознательный поток силы, а скорее отчаянный разум, дикий и полный решимости. Он сопротивлялся ему и слышал, как Волкер вопит в агонии.

Образы заполнили его разум. Он увидел пылающий Мидденхейм, ощутил жал пламени и прикосновение холода от засевшей в душе Волкера частицы силы Ульрика. Страх, слабость, усталость, всё было погребено под холодом, поэтому Волкер смог сбежать из окружения и принести предупреждение в Аверхейм. Даже умирая волчий бог был полон решимости оберегать избранных им людей. Зигмар мог быть их величайшим богом, но Ульрик был первым.