Черная дыра (книга 2) - Лопес Евгения - Страница 19

Энита. Несмотря на внешнюю хрупкость и изящество, чувствуется в ней характер, уверенность, и в то же время – мягкий внутренний свет, чуткость и нежность. Вот если бы такая девушка была бы с ним рядом! Имея душевную опору – любовь – он нашел бы в себе силы измениться, собрать из обломков и построить заново свою разбитую, никчемную жизнь… Он, наконец, просто начал бы жить…

Он зайдет к ней сегодня. Очень хочется ее увидеть. И нет ничего важнее, чем увидеть ее…

Хадкор долго и тщательно приводил себя в порядок, и уже после полудня снова направился в дальний отсек. На этот раз постучал, и, только услышав «входи», приложил к считывателю ключ.

Она смотрела настороженно, не зная, чего ожидать на этот раз. Чтобы снять напряжение, он начал с извинений.

– Энита, извини меня за вчерашнее. За то, что ворвался без разрешения и… что был нетрезв.

– Принято, – ответ прозвучал холодно и несколько недоверчиво. – Что еще?

– Еще я хотел бы спросить. Если ты позволишь…

– Спрашивай.

– Почему ты сказала вчера «боль потери и одиночество»? Ты что-то знаешь обо мне?

Она пожала плечами.

– Знаю, что у тебя умерла мама, когда тебе было 15. И предположила, что именно это ты и должен был чувствовать.

– Потрясающе, – не в силах больше сдерживать эмоций, он воззрился на нее с нескрываемым, откровенным восхищением. – До сих пор ни одна девушка не утруждала себя тем, чтобы знать что-либо обо мне, и уж тем более предполагать, что я должен был чувствовать. Ты потрясающая. Потрясающая…

Все это повергло Эниту в полнейшее недоумение.

– Не совсем понимаю, что здесь сейчас происходит, – осторожно сказала она. – Но на всякий случай напоминаю: у меня есть парень.

– Да что он может дать тебе, твой парень! – разгоряченно воскликнул он. – А со мной у тебя будет все! Все, что захочешь! Ты мне нравишься. Очень, очень нравишься! Мне никто никогда так не нравился…

– Ты сам-то понимаешь, что говоришь?! – она изумленно всплеснула руками. – Ты захватил наш корабль, ранил мою сестру, а сейчас собираешься лететь на Декстру, чтобы отобрать ее у несчастных номийцев! Что за игру ты тут затеял?

– Никакой игры, – он глубоко вздохнул, чтобы успокоиться. – Ты действительно безумно мне нравишься. Я понимаю, обстоятельства сложились неудачно для начала отношений. Но это всего лишь обстоятельства, они меняются. А у нас впереди вся жизнь…

Она покачала головой.

– Уходи. Пожалуйста.

– Хорошо, сейчас я уйду, – согласился он. – Но это не значит, что я не попытаюсь завоевать твое расположение. Мы в замкнутом пространстве посреди космоса, поэтому я не могу ни подарить тебе цветов, ни пригласить в ресторан. Но сегодня мы поужинаем вместе, здесь.

Энита усмехнулась.

– Как удобно, когда девушка в заложниках, да? Не сможет отказаться.

– Да, – улыбнулся он и вышел.

К назначенному часу официанты сервировали в ее каюте стол с изысканными блюдами, обеспечили приятную музыку. Энита села за противоположную сторону стола, подальше от него; он не стал возражать.

– Алкоголь даже не предлагай, – предупредила она. – С тобой нельзя терять бдительность.

– Как скажешь, – улыбнулся он. – Если не хочешь, алкоголя не будет.

Он постарался пустить в ход все свое обаяние. Он был обходителен, любезен и не слишком навязчив. Он говорил интересно, захватывающе, непринужденно и остроумно. Выбирал самые нейтральные темы. Ему даже удалось несколько раз вызвать у нее сдержанную улыбку…

Однако она, хотя и слушала довольно внимательно, сама по большей части молчала, лишь вежливо кивала; на вопросы отвечала односложно, рассказать о себе отказалась. Он возвращался в свой кабинет со смешанными чувствами: с одной стороны, был счастлив оттого, что удалось провести с ней целый вечер, с другой – удручен ее упорной закрытостью. Да, добиться ее благосклонности, похоже, будет невероятно сложно. Но он не сдастся. Ни за что!

В тот же вечер с Атона прибыли врач, пилот и дипломат, и «Ураган», наконец, смог тронуться в путь по направлению к Декстре. А на следующее утро командир отряда доложил ему со слов охранников, что принцессе уже сделали операцию, и она прошла удачно, но состояние Гелы довольно тяжелое. Он намеренно сообщил Эните лишь первую половину новости, и не пожалел об этом, увидев, какой радостью вспыхнули ее глаза. Пользуясь благоприятным моментом, он попытался взять ее за руку, но она поспешно отстранилась и вновь попросила оставить ее в покое…

Вергийский дипломат Зирлам передал устное послание отца: тот хвалил его за находчивость в сложной ситуации, и Хадкор немного приободрился. Сам Зирлам показался ему толковым и серьезным молодым человеком, настоящим профессионалом. Наверняка он знал что-нибудь об Эните, и Хадкор решил обратиться к нему за советом.

ГЛАВА 4. ОРУЖЕЙНАЯ

Хадкор закончил рассказ и взглянул на Дайо; тот, казалось, о чем-то размышлял.

– Твой случай очень сложный, – наконец вынес вердикт он. – Ведь ты для нее – враг… Что тут можно посоветовать, даже не знаю… Ну, хотя бы попробуй говорить с ней о том, что интересно ей.

– Я и сам думал о том же, еще вчера, – кивнул Хадкор. – Но она не хочет ничего рассказывать о себе, а я знаю совсем немного. Только то, что год назад она помогала своему парню освободить принца Рилонду из номийского плена. Но чем она занимается, что ей нравится – об этом, мне, увы, неизвестно. Ты, как дипломат, должен быть в курсе, ведь еще недавно ее отец был Президентом ВНС Эйри. Поэтому я и пришел к тебе. Расскажи мне о ней.

– Я специализируюсь по Атону, поэтому тоже не слишком осведомлен. Она учится в Эйринской Космической Академии, на научном факультете, будет космозоологом. У нее уже даже есть собственное научное открытие – явления минимизации вергийских ларков. И на Декстру она летала, я думаю, с целью изучения фауны. А что касается более тонких материй, вроде того, какая музыка или фильмы ей нравятся – извини, не смогу помочь.

– Ну, для начала и это неплохо. Значит, космозоолог… – улыбнулся Хадкор. – Ну что ж, животные – благодатная тема… У меня у самого в детстве был рамуш. Хорошо, спасибо тебе, Зирлам… Я пойду. До завтра.

– До завтра.

Дайо проводил Хадкора до двери и на всякий случай запер ее. Алан выбрался из-под кровати.

– С ума сойти, наш непробиваемый спесивец, кажется, влюбился, – хихикнула Айзук, выкатившаяся из шкафа. Но тут взгляд ее упал на Алана, и хихикать она перестала.

Кулаки у Алана были сжаты, глаза сверкали яростью.

– Я убью его, – сказал он. – Сейчас. Догоню и убью.

И он решительно шагнул к двери.

– Нет! – воскликнул Дайо, закрывая дверь собой.

– Пусти! – Алан попытался отодвинуть его, но Дайо оттолкнул землянина вглубь каюты. Тот ошалело уставился на друга и снова двинулся вперед.

– Пусти!

– Нет!

Между ними завязалась борьба: Алан отчаянно прорывался к выходу, Дайо изо всех сил сдерживал его. Увидев это, Айзук подошла к столику, на котором стоял графин, невозмутимо налила в стакан воду и деловито вылила ее Алану на голову.

Этот «душ» отрезвил его. Он схватился за голову руками, и, медленно опустившись, сел прямо на пол.

Айзук села рядом и погладила его по макушке, как маленького.

– Бедный, бедный Алан… Ты обязательно убьешь его, я тебе обещаю. Но только после того, как мы приземлимся на Номе.

Дайо тоже уселся на пол и положил ладонь ему на плечо.

– Он убил бы тебя первым, Алан, у него всегда с собой огнестрел, а ты безоружен. Пожалуйста, успокойся. Мы не имеем права обнаруживать себя и проваливать операцию, как бы плохо и трудно нам ни было.

– Теперь я понимаю, что чувствует Рилонда, – с горечью произнес Алан. – То есть, конечно, я и раньше мог себе представить, но сейчас ощутил, так сказать, во всей полноте.

– Не совсем, – Дайо покачал головой. – Рилонде гораздо хуже.

– В смысле?

– Объясню. Хадкор для Эниты – враг. Ей никогда, никогда не понравится человек, намеревающийся загубить двадцать миллиардов жизней. Поэтому никакие действия Хадкора не угрожают вашим отношениям. Ты вообще можешь быть совершенно спокоен. А вот Веланда – вовсе не враг, он свой, и к тому же ухаживает за Гелой, которая больна – словом, абсолютно положительный герой. Вот где действительно стоит волноваться.