Красное Зеркало. Легенда сумасшедшего - Ватутин Денис - Страница 25

— Странный, ты псих, что ли? — Йорген свободной рукой покрутил у виска.

— У него вариатор целей: я начну по нему шмалять из автомата, он до меня по углу не дотянется, а ты долби его в аккумуляторный отсек, только не по лбу. Помнишь, как тогда, под Пелопонессом?

— Тогда расклад был другой. — Йорген сплюнул на песок. — А если он примет группу за скопление живой силы врага и попрет напролом?

— Так тебе на кой эта пукалка на плече? — не выдержал я. — Долби его в корму — и дело с концом!

— Ты все-таки с приветом, Странный. — Йорген покачал головой.

Звуки зудения мощных сервоприводов и лязг суставов ходовой части машины стали заметно громче, отражаясь эхом от барханов и плоскогорья.

— Некогда спорить, Йорген! Я побежал.

И мы разбежались в разные стороны: я — к спуску с плоскогорья, Йорген — к яме. Пока я бежал, мне даже удалось увидеть его макушку, сверху, над камнями. Я поднажал (бег давался на Марсе легко), и вот несколько прыжков, потом кувырок — я подкатился к каменистой, засыпанной песком и пылью стене. Наверное, когда-то здесь хотели сделать спуск с горы. Я посмотрел в сторону ямы: Йорген тоже успел занять позицию — только верх шлема торчал над песчаным холмиком. Его позиция была опаснее моей: в зоне прострела танка, но моя задача опаснее его: отвлечь этого болвана на себя.

Камень, к которому я прижался спиной, стал мерно вздрагивать: «Вз-з-з-з-з — бух! Вз-з-з-з-з — бух!» Шагал стальной голем, выискивая свою жертву. Надрывно завывали сервоприводы, и вдруг шаги смолкли. Или его электронный мозг просчитывает цели, или… Вновь раздалась тяжелая поступь — хвала богам! Я заледенел при мысли, что он пошлет в сторону нашей группы одну из своих ракет.

Я имел уже дело с танками-роботами, но не так часто, чтобы считать эту задачу плевой, к тому же эти электронные мозги зачастую вели себя не совсем подвластно человеческой логике. Вдобавок этот бронированный цыпленок имел на вооружении крупнокалиберный пулемет, одну мелкокалиберную скорострельную пушку, пушку Гатлинга (пулемет с вращающимся блоком стволов, известный в народе как «мясорубка») и реактивный ракетный комплекс. Вот поэтому Йорген и крутил мне пальцем у виска: эта мощная мобильная огневая точка представляла угрозу даже для бронетехники, а мне хватит и пары пулеметных пуль. Но с другой стороны, грозная и смертельная машина на дальних дистанциях вблизи была более уязвима, появлялся шанс попасть в «мертвую зону» стрельбы. Да и я был в выгодной позиции.

Сердце бешено стучало, попадая в такт тяжелой поступи бронированного чурбана… Вот сейчас… сейчас я его увижу, над камнями спуска… И вот на фоне слегка фосфоресцирующих бордовых облаков тусклой марсианской ночи показался раскачивающийся стальной купол башни с песчаным камуфляжем… Как уши, торчали по его бокам две ракетных установки. Это действительно оказался АШаТ-5, модель называлась, кажется, «Овод». В народе его аббревиатуру исказили до слова «шатун». Так называли почти все шагающие танки. Над камнями уже показались триплексы видеодатчиков, которые шли по периметру кабины. Я понял, что он и так меня засечет, буквально через секунду, да и инфракрасный сканер уже меня засек, просто я пока не представляю угрозы. Ну что же? Сейчас буду…

Я откинул забрало шлема, отключив ночное видение. Мне душно было в шлеме, не хотелось помехи стекла, а прицел автомата был помечен фосфоресцирующей краской.

Теперь аккуратно перевел предохранитель на стрельбу очередями, вскинул автомат, прицелился, задержал дыхание — и плавно нажал на спусковой крючок. Автомат ожил в моих руках и забился в пляске смерти, выплевывая в стальную тушу плотный поток свинца. Я целился в «глаза» его видеодатчиков, хоть это и не могло вывести из строя такую сложную боевую машину.

Автомат смолк, а я, ослепленный вспышками выстрелов, быстро, на ощупь переставил свежий, примотанный изолентой к опустевшему, магазин и перевел стрельбу на короткие очереди. Шаги умолкли, натужно завизжали сервоприводы, и башня стала медленно разворачиваться ко мне. Глаза вновь привыкли к темноте, и я успел заметить: два триплекса я разбил. Хотелось верить, что я остановил его в выгодной для Йоргена позиции. Один свежий, не испорченный «глаз» танка смотрел на меня из-за гряды камней. Я послал в него короткую очередь. Танк «понял», что я представляю некую угрозу целостности его агрегатов, и определил меня как приоритетную цель поражения. Тут же загудел другой моторчик, но его звук отличался от звука серводвижков: это заработала «мясорубка», шестиствольный пулемет Гатлинга калибра 7,62. Я вжался в глубь скалы и заткнул уши. Раздался ритмичный стальной рокот, и засверкала за камнями пульсирующая вспышка. Поднялось облако песка, мелкого щебня и пыли. Завыли отрикошеченные вверх пули, и сильно запахло каким-то чужим, незнакомым порохом. Танк ослеп на правый бок, но его это не сильно остановило — инфракрасный сканер показывал меня почти в центре зоны стрельбы. Мне в лицо больно летели мелкие камни и пыль. Прищурив глаза, я заметил, что танк выбивает в скале небольшую выемку и скоро пули начнут ложиться в полутора метрах от меня. Я инстинктивно прижался к прохладному камню, а пальба продолжалась. Ну что там телится Йорген? В тетрис, что ли, заигрался?!

Я выхватил из разгрузки противотанковую гранату, выдернул зубами чеку и наотмашь швырнул ее по дуге в сторону выемки. Открыл рот, чтобы не оглохнуть. Рвануло! Крепко рвануло. В ушах раздался звон. Пулемет замолчал. Я уж было обрадовался, но услышал глухой лязг внутри башни и тихий стон сервомоторов: это автомат заряжения подтягивал блок механизированной укладки боекомплекта — болван перезаряжался…

Интересно, подумалось мне, а мог бы Йорген меня сейчас подставить, потому что я ему надоел в качестве командира? Ведь ничего никто не докажет! Работал же он раньше с отморозками? А у них так принято.

И в этот момент я крикнул в шлемофон:

— Давай, Йорген!

Зря я это сделал, наверное… В ту же секунду со стороны ложбины выросла белая мохнатая дорожка, и на лобовой броне танка расцвело красно-бурое облако, которое снесло немного дальше, назад! Гром! Блин! Касательное попадание, да еще и по лбу! Десять атомных батарей церберу под хвост! Наверное, когда я крикнул, Йорген целился, и мой выкрик сбил его с цели! Вот я идиот! Сам же не люблю, когда меня торопят!

Завизжали двигатели, закрутился пулемет, и опять заработало над ухом несколько отбойных молотков. Я с удовлетворением заметил, что ритм выстрелов теперь неровный, перемежается лязгом: значит, пару стволов ему гранатой перебило!

Но вдруг выстрелы врезались в спуск. Башня вращалась в сторону долины!

— Йорген! — заорал я в шлемофон, перекрывая грохот выстрелов. — Вали на хрен оттуда! Срочно!

И почти в ту же секунду — визг и глухое шипение: танк выпустил из обеих установок по ракете, ориентируясь на выстрел Йоргена! Низкий гром, гул эха… и над ямой, точно по центру, вырос огненный смерч, осветив пустыню на несколько сотен метров… Загудела земля, а башня разворачивалась ко мне, грохоча «мясорубкой»…

Все… кажется, Йоргену трындец… промелькнуло у меня в голове… промелькнуло столько всего сразу… И мне, значит, тоже… и… нет… До Ирины эта тварь не дойдет! Что? Не знаешь, что делать?! Беги теперь к яме и моли всех богов и чертей Марса, чтобы взрывом не покорежило РГК и чтобы запасная ракета была целой! Черт! Кажется, это и называют реальными проблемами! Как я побегу по линии огня?! Даже думать об этом не буду! Мне повезет… мне повезет! Я — везучий сукин сын! Слышите?! Боги Олимпа? Я за то, чтобы все кончилось хорошо! И вы, глюки! Знайте: мы хотим, чтобы все было хорошо! Жаль Йоргена, в сущности-то он парень хороший был… ну… Ну, железный болван, ты меня реально вывел из себя! Тебе хана! Молись своим разработчикам!

Была слабая надежда на гранату-невидимку: кроме дымовой завесы она еще распыляла металлическую пыль и излучала некоторые электромагнитные поля, что было бы помехой для любых сканеров, но это хорошо срабатывало в условиях военных бункеров, для аппаратуры слежения, а здесь, в чистом поле… Вот и проверим: вариантов все равно нет… Я медленно, упираясь спиной в камни, стал подниматься. По шлему звонко садануло камнем: к «мясорубке» присоединился крупнокалиберный пулемет. Пушку электронный мозг берег для бронетехники. И на том спасибо, мне хватит и этого. За камнями сияло пульсирующее зарево. Я вынул из разгрузки гранату-невидимку, слегка трясущимися пальцами выдернул чеку и швырнул ее туда… где танцевал смертельный огонь.