Любовь и виски - Смолвидж Грег - Страница 37

Я направился к Бетси. Она всё так же плакала, схватившись за ногу.

– Жить хочешь?

Бетси отвернулась.

– В общем, так, либо ты доходчиво объясняешь, где вы прячете Сэма, либо я продолжаю ковырять тебя ножом.

Бетси мужественно хранила молчание. До тех пор, пока не увидела отблеск моего стального друга.

– Подавись, сука! – прошипела она. – Тот, кто тебе нужен, в комнате.

– В какой из?

Она снова затихла. Я прижал рану каблуком:

– Говори!

Представляю, как ей стало больно. Сквозь зубы женщина процедила:

– The right one…

Я убрал ногу.

– Что-нибудь ещё?

– Там люк в подвал. Пароль 1-2-3-4.

– Не очень-то безопасный! Вы же такие придумщики по части шифров. А тут явная халтура. Медвежатников не боитесь?

Шутка была неуместна. То ли от перенапряжения, то ли от потери крови Бетси начала терять сознание.

– Он вооружен?

Ответа не последовало. Глупо будет, если, вышибив дверь, я тут же получу пулю в лоб. Но что делать… Осторожно заглянув в правую комнату, я убедился, что опасения оказались напрасными. Ни души!

Под паласом действительно был спрятан небольшой, размером с автомобильный капот, люк. Код подошёл. Примостившись сзади, я рванул люк на себя, так чтобы подвальный обитатель не смог меня увидеть.

– Выходите, Сэм! Прятаться нет смысла.

Почти без задержки из секретного помещения возникла знакомая фигура. Руки на уровне головы. С момента последней нашей встречи Ланкастер почти не изменился. Разве что сменил наглухо застёгнутую рубашку на теннисный костюм.

– Добрый вечер, мистер Дейр, я ожидал вас.

Сэм безошибочно определил, кто у него за спиной.

– Что вы говорите! Прямо-таки ожидали? – Я навёл на него ствол.

– Не так скоро, но всё же.

Повернувшись, он медленно опустил руки.

– Можете не верить, но я принципиально не касаюсь оружия. Ни холодного, ни огнестрельного. Это моё кредо. Сопротивляться тоже не буду. Мне есть что сказать.

– Разговоры не помогут, вашу жизнь я заберу в любом случае. Но в последнем слове отказывать негуманно.

– Вы докопались до всего, Мик, а главного так и не поняли…

– Чего же я не понял?

– Ты не понял, кто мы. Чего мы добиваемся…

– Говорить загадками не лучшая тактика в твоём положении.

– А ты неверно его оцениваешь. Мягко говоря. За мной серьёзная организация. А эти, – он кивнул в сторону лежащих тел, – просто пешки. Нам же нужны рыцари и епископы[15].

– А ты всей этой компании король?

– Нет. Конечно, нет. Но в качестве жеста доброй воли я открою тебе его имя: Комиссар. Он наш идейный лидер. И во многом мой учитель. Найти его ты не сможешь. Даже не пытайся. Что касается меня, я тоже фигура полновесная. Наподобие ладьи. И у меня к тебе предложение. Это уже большая честь. Тот факт, что ты стоишь здесь, передо мной, говорит в твою пользу. Работай с нами, Мик. Стань одним из нас.

– Распихивать дурь по притонам, как тот мясник с рабочим? Уволь, Сэм…

– Речь не о банальном криминале.

– А о чём же?

– О преобразовании мира, если угодно.

– Слишком пафосно для наркоторговцев. Вы убили Анну. Зачем?

– Заметь, я мог бы игнорировать все твои вопросы, но в знак моего расположения отвечу: на её месте должен был быть ты, однако обстоятельства сложились иначе. Когда угроза разоблачения стала реальной, пешками пришлось пожертвовать. Мы готовим большое дело, Мик. И внимание привлечь успеем.

– Кто же вы?

– Настоящие патриоты Америки, те, кто желает добра своей стране. Присоединяйся. Пока не поздно.

– Смерть священника на вашей совести?

– А, Бартоломью. Слабак, противился убийствам. Грозился выйти, когда мы приняли решение убрать студента.

– Так интендант был членом вашей банды?

– Да. Лучшего информатора, чем священник, злоупотребляющий таинством исповеди, сложно найти.

– А студент?

– Этот идиот накатал мэру письмо, в котором обвинил нас в распространении наркотиков. Меня и Спинни. Про Спинни, наверное, уже всё выяснил? Держу пари, что даже обгоревшим он выглядит эффектно.

– Подставил своего же человека?

– Взрыв – его рук дело. Талантливый был, сволочь. Синтезировал всё!

– Что с мэром?

– Хатчет должен был помереть у себя в особняке. Но сунулся к любовнице. Пришлось перестраиваться.

– Вы нашли её?

– Какое это имеет значение? Но снова отвечу: она сбежала. Только сильно не радуйся. Если бы не люди Маслоу, ты был бы мёртв, а главная улика потеряна навсегда. Прокол с зубами – моя единственная оплошность, тут аплодирую стоя. И предлагаю сотрудничать, а не вести светские беседы.

Я вскинул пистолет:

– С меня хватит. Последнее слово?

Ланкастер улыбнулся:

– Может быть, матч-реванш?

Заметив моё смятение, он добавил:

– Расправившись со мной, ты навсегда упустишь возможность отыграться. Предлагаю блиц, по-быстрому.

Я чувствовал, что совершаю ошибку, но природный азарт взял своё. Так даже лучше! Признаюсь, применять оружие против человека, не оказывающего сопротивления, я бы не стал. А тут дёрнется – получит пулю в лоб. Незамедлительно.

Доска, как по заказу, оказалась в соседней комнате, мне выпали белые. Главное, не повторять ошибок прошлых партий! Возможно, ключ к победе – в неожиданном дебюте. Вместо привычных e2—e4 я пошёл d2—d4, предложив сопернику ферзевой гамбит. Только Сэм будто был готов к такому развитию событий. Ноль эмоций! Даже странно.

Я же, наоборот, сломя голову понёсся в бой. Правда, двигать фигуры и щёлкать кнопку на часах одной лишь левой было неудобно – правой я не спускал Ланкастера с курка. На третьем ходу произошло непредвиденное: Сэм не принял жертву пешки на c4, перейдя в редкий контргамбит Альбина. И где он только его выискал? Это ж настоящий шахматный раритет!

По завершении дебюта позиции можно было охарактеризовать как равные. Сделав короткую рокировку, я ринулся в атаку на ферзевом фланге. А на двенадцатом ходу даже отдал ладью за коня, жертвуя качество в расчёте на многообещающую игру в перспективе. Однако реализовать намерения не удалось. Атака захлебнулась.

Я всё ожидал подвоха или провокаций, но никаких попыток к бегству Ланкастер не предпринимал. Периодически бросая острые взгляды исподлобья, посланец тайной организации всё распространялся, какой же шанс я упускаю. Его спокойствие поражало. Сосредоточиться было непросто.

Дальше хуже. В позднем миттельшпиле, внезапно разменяв коня на пару пешек, чёрные существенно улучшили собственную позицию. Проходная пешка рвалась в тяжёлые фигуры. Запахло поражением. Причём вторым подряд!

Только не сейчас! Пришлось напрячь все извилины, чтобы кое-как перевести партию в ладейный эндшпиль. И хотя отсутствие той самой пары пешек сказывалось, мне всё же удалось полностью нивелировать преимущество чёрных. Ничья!

– Что ж, Мик! Уже лучше!

Ланкастер рассмеялся.

– Спасибо, Сэм. Только вам пора.

– Я готов, – в мгновение он стал серьёзным. – Моё дело продолжат. Стреляйте.

– Не так быстро. Прошу в соседнюю комнату!

Напрягшись, Сэм повиновался. Я заставил его вернуться в подвал.

– Вам сюда, мистер Ланкастер.

– Вы уверены? – Он посмотрел мне прямо в глаза.

Я не ответил. Только хлопнул металлической дверью, активировав защиту. А через минуту уже сообщал полиции, что на Patterson St совершено убийство.

Дом оцепят, и помощи от своих Ланкастеру не видать. Бетси теперь забота копов. А мне здесь больше делать нечего.

День шестнадцатый

July 24, 1963, Wednesday, 2:10 p. m.

Bath, 35 Rose St, Cheap Motel

Соберись, Дейр. Из такой передряги живым выпутался, а тут пасуешь. Я застыл перед дверью. По информации Маслоу, в номере скрывалась Тина. Вычислить девчонку оказалось не так уж сложно – портье отеля давно был завербован.