Отличительный признак - Тихонов Стас - Страница 5

– Так, – почтительно отозвался Ким, кидая быстрый взгляд вверх, на Ерика. Тот ответил хищной белозубой ухмылкой.

– Тогда снимайте его со стола и идите за мной. Вы, я полагаю, уже пообедали.

Направляясь вслед за супервизором, Ким не удержался от смешка. Индра молча провожал их взглядом, а Фарид, казалось, вот-вот лопнет от бешенства.

– Спасибо за угощение, – добавил Ерик, легко спрыгивая со стола и пристраиваясь рядом.

Выходя из Центральной, Ким чувствовал себя почти весёлым, впервые за последние месяцы. Чтоб увидеть дружка Индры под гарниром из картошки, стоило потратить день на дикаря, ей-богу. И сам дикарь не сплоховал, уж на что безумный. Всё-таки иногда жизнь бывает приятной штукой.

Они дошли до кабинета младшего супервизора, и Бэлла Марковна грациозно повела на удивление миниатюрной ладошкой перед сенсором. Ким вошёл за ней следом, и первое, что он увидел, – это длинная фигура Сенны в кресле у стены.

Жизнь неудачника недолго бывает приятной штукой.

Бэлла Марковна поместилась за обширным столом, благородно отливающим лиловым металликом, и указала гостям на два стула. Садясь, Ким покосился на Сенну: кабинет заливал равномерный диодный свет, но всё равно складывалось ощущение, что псикодер притаился в тени.

– Пожалуй, начнём, – Бэлла Марковна положила одну на другую пухлые руки и устремила взгляд на Ерика: – Моя обязанность как младшего супервизора – рассказать новичку о жизни в Коллекторе и наших правилах. Что-то ты наверняка уже знаешь, так что, задавая вопросы…

– Зачем меня сюда привезли? – перебил её Ерик.

Одна бровь Бэллы Марковны приподнялась в лёгком изгибе.

– Ты ведь саморожденный. Большая редкость – ребёнок, появившийся на свет у двух родителей, как сотни и тысячи лет назад. Разве тебе неизвестно, что это значит?

Ерик помотал головой, и Бэлла Марковна вздохнула:

– Что ж… Ключевым в этом вопросе является понимание того, в чём особенность саморожденных в сравнении с синтетами. Кто такие синтеты, я надеюсь, ты знаешь?

– Слышал, – пробормотал Ерик себе под нос.

– Синтеты отличаются от саморожденных тем, что выращиваются подконтрольно, в искусственных условиях. Генетический код синтетов – не эволюционная случайность, а результат продуманного вмешательства человека. Разумеется, человеческий геном непостижим, но мы, тем не менее, способны вносить в человеческие клетки такие коррективы, которые впоследствии позволяют получить максимально полезных членов социума…

Киму стало скучно, и он отвлёкся на Сенну То, о чём говорила велеречивая Бэлла Марковна, любой знал с рождения. Хотя выражение лица псикодера отчего-то показалось Киму скептическим.

– …однако у тех, кто является продуктом генерии, не может быть детей, рождённых естественным образом, тогда как дети саморожденных…

– То есть эти синтеты какие-то недоделанные? – бесцеремонно вклинился Ерик.

Ким был готов поклясться, что губы Сенны слегка дрогнули, и смутился так, как будто сам это ляпнул.

Бэлла Марковна слегка покраснела, а её шиньон цвета антрацита на макушке предупреждающе дрогнул.

– Подобный вопрос совершенно не корректен и может быть порождён только крайним невежеством! Синтеты, в отличие от саморожденных, обладают генетически запрограммированной специализацией и по сути своей не могут быть бесполезными. К тому же без них нашей цивилизации грозила бы гибель, поскольку такие дети, как ты, появляются всё реже и реже. Когда-то синтеты составляли лишь десятую часть населения Города, но только за последние двадцать лет саморожденных стало на двадцать процентов меньше, и эта тенденция всё усиливается, – младший супервизор перевела дыхание и вперила в новичка строгий взгляд. – Теперь ты понимаешь, почему вас разыскивают и собирают в Коллекторе?

– Нет, – уверенно ответил Ерик.

Бэлла Марковна, кажется, не без труда удержалась, чтобы не возвести очи к потолку.

– Каждый саморожденный с его непредсказуемыми генами – это огромный обнадёживающий потенциал для человечества, поскольку…

– Госпожа младший супервизор, – вежливо вступил Сенна. Он говорил негромко и напевно, но его приятный голос не выражал ровно никаких эмоций. – Можем ли мы предложить Киму объяснить, в чём состоит этот обнадёживающий потенциал? Мне кажется, это может быть полезно не только для новичка.

Бэлла слегка удивилась, но кивнула.

– Потенциал саморожденных в том, что вмешательство в их генотип не производилось, – затянул Ким, глядя в пространство. Нет уж, на этом Сенна его не подловит. – Поэтому, согласно эволюционной теории, их рождение обусловлено механизмом естественного отбора, достаточно мощным, чтобы…

– Попробуй попроще, Ким, – мягко прервал его Сенна.

– Э… – Ким сбился и недоумённо глянул на псикодера. – Ну, раз мы родились сами, то, значит, что-то в наших генах было полезным.

– Верно, – сказал Сенна. – И как же узнать, что это?

– Ну, для этого нас и собирают в Коллекторе, – продолжил Ким увереннее. – И проводят разные тесты, чтобы определить доминирующие способности…

– И почему это так важно?

– Потому что… – Ким умолк и вопросительно посмотрел на псикодера, подозревая, что Сенна ведёт с ним очередную гадкую игру– Потому что становится ясно, кем мы можем быть в Городе. Определение полезности…

– Не совсем, – псикодер плавно встал и сделал несколько шагов к противоположной стене. Там он заложил руки за спину и несколько секунд с неправдоподобным интересом разглядывал цветастые узоры на голографии.

– Быть полезным для Города – главная обязанность каждого его жителя, – начал Сенна с азбучной истины. – Вы не поверите, насколько бесполезным ты мог быть в догородскую эпоху. Прежние города изобиловали профессиями, которые не имели никакого практического смысла, а значит, впустую тратили ресурсы цивилизации… Что и послужило одной из причин её нынешнего положения. И чего мы уже не можем допустить теперь.

Сенна бросил на Кима взгляд через плечо, и Ким, слушавший вполуха, поспешно придал лицу внимательное выражение.

– Госпожа супервизор, вы не напомните нашим подопечным, для чего они изолированы от Города?

– Разумеется, чтобы определение полезности проходило максимально объективно и независимо, – с удовольствием включилась Бэлла Марковна. – Чтобы на ваши склонности и способности не влияло желание получить должность, которая по каким-то причинам кажется вам «успешной».

– В точности так, – подтвердил псикодер. – Но это не единственная причина, по которой мы внимательно следим за детьми-самородками.

Младший супервизор, казалось, не одобрила этого заявления. Ким не подал виду, но теперь он действительно был заинтригован.

– Дело в том, – псикодер повернулся к ним, – что синтетов, как вам только что было рассказано, программируют ещё до их появления на свет. Саморожденные решают, какие способности в них заложить. Но миром управляют не только саморожденные. Есть ещё и… что, Ким?

– Э-э… – Ким не ожидал вопроса. – Сирианцы?

Бэлла Марковна возмущённо поджала губы. Сенна остался бесстрастен.

– Природа. Подвижный климат творит с нашей планетой непредсказуемые вещи. И несмотря на все усилия анализаторов, мы не знаем точно, чего нам ожидать от будущего.

Псикодер сделал пару медленных шагов, поднял глаза к потолку и продолжил с непостижимой интонацией:

– Синтетов создают максимально полезными в соответствии с прогнозами развития Города. Главным виднее, какими именно. Но дети растут медленно, а прогнозы могут не сбываться. К примеру, мы растим самых выносливых – и тут Город стирает с лица Земли, скажем, землетрясение. А у выносливых… Ну, предположим, слишком медленный обмен веществ, чтобы достаточно шустро адаптироваться для выживания в подвижном климате. И все они гибнут в считаные дни.

– Кхм, Сенна, послушайте… – Бэлла Марковна неловко поёрзала, явно недовольная тем, какой оборот приняла беседа.

Кима все это тоже совсем не радовало. Он вдруг ясно представил себе руины Города и тысячи мёртвых тел под солнечным голубым небом.