Отличительный признак - Тихонов Стас - Страница 4

Цивилизация, конечно, всполошилась. Анализаторы всех оставшихся целыми стран закручивали мозги узлами; переработали огромную уймищу информации, учли тысячи факторов. Собирали статистику, рассчитывали, какие районы безопаснее всего, прикидывали, какую нагрузку выдержат города. И с тех самых пор города выдерживают всё: подвижный климат, резкие скачки температуры и давления, ураганы, приливы, метели, удушающий летний ад, электрические бури – всё.

И потому они в их маленьком Коллекторе у Восточноазиатского анклава – их Города! – могут спокойно пить кисель, а на Открытую землю суются только обученные люди, и то ненадолго.

А этот дурной говорит: «Лазили в подпол…»

Пока Ерик развлекался, Ким в очередной раз постарался ощутить, как внутри него просыпается глубокое, интуитивное понимание строения полимеров и всех их свойств. Хорошо – не всех, хотя бы тех, которых достаточно для определения. Если он пройдёт хоть последний тест и если случится чудо и на психограмме будет что-то приличное, то можно будет на что-то надеяться. Может, он даже сумеет прибиться к пищевикам.

Очертя голову Ким нырнул в моделирование химических реакций и едва не прозевал полдень. Он отбросил пластфон, схватил за рукав недовольного и упирающегося Ерика и потащил его за собой.

– Что ещё такое? Зачем это? – Стоило Ерику оказаться в медблоке, как колючая проволока у него на башке встала дыбом и чуть ли не заискрилась.

– Это для твоей пользы, сынок, – добродушно проскрипел сухощавый желтоватый Хегай, биотехник. Его непропорционально большой, шарообразный и лысый лоб смешно сморщился. – Давай-ка садись.

– Сам туда садись! – огрызнулся Ерик, отпрянув от кресла с полным набором «Хирургия для "чайников"» в подлокотниках и спинке.

– Перестань, это не больно, – Ким попробовал слегка подтолкнуть дикаря к креслу, и очень зря: тот выдернул из гнезда в спинке первую попавшуюся штуковину, с виду паяльник, и изготовился к атаке.

– Сказал не буду! – рявкнул он, целя паяльником Киму в глаз.

– Нет будешь!! – заорал Ким в ответ, теряя остатки выдержки. – Или сдам тебя Каверину, и он тебя пустит на мясопасту!!

– Сынок, ты же без чипа ни одну дверь не откроешь, – примирительно проговорил Хегай. – Я уж молчу про сеть и прочее.

Пока у него брали анализ крови и делали прививки, Ерик смотрел на Кима зверем. Но впечатывать лазером микросхему в тыльную сторону ладони действительно оказалось не больно.

– Ну и ладно, – философски заявил он, разглядывая чуть заметный рельеф под кожей. – Зато уходить легче. Раз двери открывает.

– Куда уходить? – машинально переспросил Ким.

– Домой, куда же ещё? Ты что, думаешь, я тут останусь? Мечтай!

Ким с отвращением поглядел на дикаря:

– Не получится.

– Да ну? – Ерик соскочил с кресла и одарил его презрительной ухмылкой. – Не все на свете такие трусы, как ты.

– Чего ж ты тогда ждёшь, раз такой не трус? – В Киме опять закипела злоба. Сбежать, конечно, у безумного не выйдет, но натворит что-нибудь – как пить дать. А виноват будет – кто? Самый бесполезный балласт Коллектора – вот кто.

– А я не тороплюсь. Отъемся для начала, мясца наращу, – с вызовом ответил Ерик. – «Помощь в любых вопросах», все дела. Кстати, обед скоро?

Ким не нашёл слов. Поблагодарив Хегая, он зашагал в Центральную, даже не посмотрев, идёт за ним дикарь или нет. Конечно, идёт, а как же. Суровая правда открылась ему во всей беспощадности: Ерик попал в Коллектор не просто так, не случайно.

Ерик здесь для того, и только для того, чтобы окончательно доконать его, Кима.

Глава 2

Вводная беседа

Их появление в Центральной вызвало ажиотаж, и Ким пожалел, что не может мимикрировать под мультибота. А вот Ерик, кажется, никакой неловкости не испытывал: вышагивал гордо, как будто только что был награждён медалью «За мужество при взятии анализа крови». И прикидывался, что ничьих взглядов не замечает.

Ким совершенно забыл про заморочку, но вовремя углядел, что рыжий Гриша услужливо помогает Ерику наливать бульон.

– Отдай, – Ким отобрал кружку и выплеснул содержимое в слив. Ерик вмиг ощетинился, а Гриша фальшиво изобразил непонимание.

– Он был с сахаром, – буркнул Ким. – Они тебя подостают, но недолго. Постарайся спокойно реагировать – если ты это вообще умеешь.

Ерик хмыкнул, и Ким понял, что последняя его фраза ушла в космический вакуум.

Он нашёл свободные места как можно дальше от остальных, и Ерик, едва сев, разом проглотил кружку бульона, а потом, не снижая темпа, зарылся в картофельное пюре с мясопастой.

– Почему нас тут собрали? – спросил он в паузе, которую через несколько минут понадобилось взять для дыхания. – Зачем столько детей?

– В смысле? Вообще в Коллекторе? А ты не знаешь? – Ким в очередной раз удивился.

Дикарь не ответил, только начал раздражающе чавкать.

– Значит, супервизор тебе расскажет, – решил Ким.

– А ты давно тут?

– Давно, – Ким послал дикарю мысленный приказ отвязаться.

– И чего ни с кем не водишься? Нос воротишь?

Тут Ким хотел было отрезать, что патлатых сумасшедших это не касается совершенно, но не успел.

– Воротит, – раздался глубокий голос Индры, а сам Индра, подошедший сзади, без спроса уселся рядом с дикарём и дружелюбно переставил свою порцию пюре на его поднос– На-ка: я смотрю, ты голодный…

Ерик буркнул: «Спасибо», – и продолжал с аппетитом разделываться с салатом из водорослей. С другой стороны рядом с Ериком сел Фарид, вальяжно закинув руку на спинку его стула, и Ким оказался один напротив всех.

– А просто Безрод у нас весьма необыкновенен. Особенности у него очень особенные, понимаешь? – задушевным тоном продолжал Индра. – «Белую комнату» два раза подряд выдавал… Дай-ка подумать… – Индра притворился, что вспоминает, а Ким почувствовал, как внутри всё обрывается. Всё-таки узнали откуда-то! – Ах, ну да, кроме него, никто не выдавал. А ведь будет, глядишь, и третий, правда, Безрод?

– Проваливай, Индра, – сказал Ким, заставляя себя поднять голову и посмотреть тому в глаза. Индра – выпендрёжник: выпендрёжные родители, выпендрёжные словечки… Даже имя – и то выпендрёжное. Спокойно, спокойно, нельзя выходить из себя. Что, если попробовать его… – Проваливай, Индра, она всё равно тебя не видит.

– Кто не видит? – Индра очевидно его не понял. Не сработало – конечно, всё как всегда…

– Она, – неуверенно повторил Ким, чувствуя, что теряется, и добавить ему нечего.

– Бредит, – констатировал Индра, опять поворачиваясь к Ерику и закидывая руку на спинку его стула. Ким видел, как с другой стороны Фарид подпирает кроссовкой ножку, так чтобы в любой момент стул можно было опрокинуть назад. – Ну так как?

– Что «как»? – Ерик положил ложку и посмотрел на Индру Ким тоже смотрел только на Индру: из этих двоих он был умнее.

– У тебя тоже особенности? – ласково спросил Индра. – Давай удиви нас!

– Обойдёшься, – отрубил Ерик, и в ту же секунду Ким уловил Индрин кивок и завопил: «Берегись!»

Но Ерик и не думал сопротивляться, он позволил Фариду уронить стул, но, вместо того чтобы беспомощно валяться на спине, кувырнулся дальше через голову и мигом вскочил. Кулаки у Ерика сжались, а зубы скрипнули так громко, что Ким даже перепугался. Дикарь прыгнул с места – быстро и высоко, оказался на столе и пяткой, не глядя, отфутболил миску с пюре прямо Фариду в лицо.

Ерик замер на полусогнутых, разведя локти и сверкая яркими цветными глазами. Ким нервно подумал, что, если вмешается Индра, придётся лезть и ему, а если он полезет на Индру то встречи с Хегаем точно не миновать. Но Индра не вмешался, он вдруг бросил: «Бэлла!» – и все, кроме Ерика, как по команде, обернулись.

Бэлла Марковна, младший супервизор, внушительно плыла прямо к ним по проходу между столами. За несколько шагов от неё веяло лавандой и штрафными санкциями.

– Фарид, в каком вы виде? Будете наказаны, – пророкотала она. – Ким, вы, кажется, должны после обеда быть у меня с новеньким? Так?