Сердце ковбоя - Суинберн Ада - Страница 18

Джастин бросил на нее раздраженный взгляд.

— Я же сказал — потому что она забеременела.

— Тогда зачем он подарил ей половину ранчо? Ведь даже тридцать лет назад это было хоть и небольшое, но все-таки состояние.

Джастин не смог удержаться от горькой усмешки.

— Из-за чувства вины, почему же еще?

— Вины… — задумчиво повторила Рейчел. — Да, возможно, это так. — Мужчина, оставивший молодую женщину, которая ждет от него ребенка, мог облегчить свою совесть хорошим подарком. — Но почему тогда он не подарил ей все ранчо?

Джастин пожал плечами.

— Я никогда об этом не задумывался. Действительно, почему?

Поняв, что они разговаривают слишком по-дружески, Рейчел внутренне напряглась.

— Это все. У меня больше нет вопросов.

Джастин прищурился.

— Даже обо мне?

— Тем более о тебе. — Она встала. — Я подожду на улице.

Джастин вскочил.

— Постой. — Он схватил ее за плечо и повернул к себе. — Ты не можешь просто так взять и уехать. А как же мы?

— Мы? — Она была потрясена. — Нет никаких «мы».

— Черта с два! Есть.

— Ты с ума сошел. Мне невыносима сама мысль о том, что здесь произошло. Неужели ты думаешь, что я могу считать возможными какие-либо отношения между нами? — Она стряхнула его руку со своего плеча.

— Ты мне небезразлична.

— Еще бы, — язвительно бросила она, — как удобная постельная партнерша.

— Бог мой, Рейчел! — Было заметно, что она сделала ему больно. — Не говори подобных вещей. Я никогда не думал о тебе так.

— Нет? А как ты обо мне думал? — Голос ее дрогнул. — Ты втянул меня в нечто настолько отвратительное, что я совершенно выбита из колеи. Бога ради, ты же сын моего покойного мужа! Кем должна быть женщина, которая… — Она замолчала, услышав звук приближающегося вертолета. — Ну вот и все. — Резко развернувшись, Рейчел направилась к двери.

Джастин неотступно следовал за ней.

Остановившись перед грудой чемоданов на крыльце, она обернулась.

— Я больше не желаю тебя видеть. Никогда. Тебе понятно?

— Да. Но, возможно, через некоторое время…

— Нет. Никогда, — твердо повторила она и сошла со ступенек.

На протяжении нескольких недель Рейчел ощущала такую же опустошенность, как после смерти Ричарда. Отчим заметил, что она похудела, и забеспокоился, как всегда беспокоился о ней, но подумал, что виной тому трудная поездка. Однако ни хорошее самочувствие, ни настроение к ней не возвращались, и во время одного из их традиционных совместных ланчей он спросил:

— Ты уверена, что со здоровьем у тебя все в порядке? — Джеймс всегда беспокоился о своей приемной дочери. Рейчел по-прежнему оставалась для него ребенком, несмотря на то что ей было уже под тридцать и, как все вылетевшие из гнезда птенцы, она давно стала самостоятельной. Дочь была для него важнее всего на свете. Вот и сейчас, глядя, как она ест свое любимое блюдо — салат из мидий, — он с тревогой отметил, что выглядит она нездоровой.

— Я прекрасно себя чувствую. Просто устала. — Эти слова в некоторой степени не были ложью. Непонятно почему, но она никак не могла выспаться. Каждую ночь, по крайней мере один раз, она просыпалась от ужаса, что Ричард и Джастин — отец и сын. Днем ей легче было не думать об этом, но, точно по звонку, в три часа ночи она просыпалась и вспоминала все случившееся в Колорадо — особенно постель Джастина…

— Видишь ли, мне кажется, что ты совершенно измотана, — настаивал Джеймс. — Если в ближайшее время ты не воспрянешь духом, тебе следует обратиться к доктору.

Рейчел улыбнулась и поспешила успокоить отчима, которого всегда называла папой.

— Не волнуйся, пап. Я здорова как лошадь, — сказала она и поморщилась: почему как лошадь? Даже разговор на отвлеченную тему окрашивался для нее воспоминаниями о Джастине. Ранчо, лошади, горы… Но она не желала думать о них. Рейчел постаралась направить разговор в другое русло, и ланч прошел спокойно.

Чтобы хоть как-то отвлечься от тяжелых переживаний, она погрузилась в работу над подробным отчетом о своей поездке, который готовила для своих высококвалифицированных бухгалтеров, ведущих финансовые дела фирмы. У старшего бухгалтера, Дэниела Уоллеса, была масса вопросов по всем пунктам ее путешествия. И она решила изложить свои соображения и идеи на бумаге. Дело двигалось хорошо, пока она не дошла до «Сердца ковбоя».

Рейчел и раньше знала, что ей будет нелегко писать о ранчо и сформулировать свою точку зрения. Она обдумывала предложение Джастина продать свою часть пая ему, и это казалось ей все более разумным. Но она не хотела брать деньги.

Пока она пыталась решить эту проблему, пришло электронное письмо от Лилиан. Рейчел не позвонила ей, как собиралась, будучи уверенной, что Джастин расскажет о причине ее внезапного отъезда. Письмо Лилиан застало ее врасплох, и она не сразу смогла заставить себя прочесть его.

Рейчел оторвалась от письма и нахмурилась. Джулия — это мать Джастина? Ну конечно же. Она продолжила читать.

Когда Рейчел читала письмо, непролитые слезы жгли ей глаза. Ей было достаточно плохо и без известия, что Джастин несчастен. Она тяжело вздохнула. Но во всем виноват он сам. Если бы он не поцеловал ее тогда, на террасе… Зачем он сделал это? Он же должен был понимать, в какой ужас она придет, если когда-нибудь узнает правду. А он не только целовал ее, но и любил — со страстью и нежностью.

Вздохнув, Рейчел выключила компьютер и пошла бродить по дому. Дом был роскошный, но пустой и безжизненный. Она больше не радовалась тому, что живет здесь. Слишком много воспоминаний и огорчений было связано с этим домом. Рейчел решила, что должна продать его и найти что-то более подходящее для ее скромного, одинокого образа жизни.

Продать дом, продать ранчо, избавиться от всего, что связывает ее с прошлым! Да, это самый лучший выход. Настало наконец время принять давно назревавшее решение и изменить свою жизнь. Может быть, и сам отъезд из Миннеаполиса поможет ей — перемена обстановки творит чудеса.

Куда же поехать? Куда-нибудь, где светит солнце? Может быть, в Калифорнию? Или во Флориду?

Естественно, ей придется позаботиться о постоянной связи с офисом, но у нее достаточно квалифицированные и надежные работники. Ее вклад сводится к общему руководству, но с помощью современной техники это вполне можно делать и из другого места.

Почему бы действительно не изменить свою жизнь? Конечно, так она отдалится от отчима, но он поймет ее. Она созрела для того, чтобы заняться чем-то другим, построить новую жизнь, может быть когда-нибудь даже снова выйти замуж.