Торговец будущим 4 (СИ) - "Мархуз" - Страница 23

Громадьё преобразований лишало Франца Австрийского мощной поддержки, что обеспечивало усиление влияния императора французов. Электорат, теряющий право голоса, автоматически переходит в разряд молчаливого молчуна, что ни говори. Бавария, Баден и Вюртемберг вступили в союз с Наполеоном и выиграли от этого, получив кое-какие территориальные приращения, а также статусность. Понятно, что некоторые государства возглавили близкие Бонапарту люди. Жозеф, например, ныне Неаполитанский король, всё-таки старший брат повелителя нынешней Европы. А другого брата, Людовика, назначили королём Батавии-Голландии.

— Ещё следует закрепить некоторые серьёзные государства браками, ваше величество, — раскладывал пасьянс министр иностранных дел, — Жером Бонапарт женат на Екатерине Вюртембергской, Стефания де Богарне выйдет замуж за Шарля Людовика Баденского, а Эжен де Богарне женится на Августе Амалии Баварской. Таким образом наши союзники, два королевства и великое герцогство, войдут в вашу семью.

Ясен перец, что новых сродственников придётся подкармливать не только обещаниями, но политическое влияние семейства Бонапартов важнее расходов.

— На июль намечено создание Рейнского союза. Пятнадцать имперских князей согласны выйти из состава Священной Римской империи и объединиться в конфедерацию. Таким образом мы организуем начальный союз в который можно будет принимать и другие германские государства.

— Представляю, Морис, как взвоет от горя Франц, понимая что теряет всё больше власти в Европе. Он потерял итальянские земли, теперь остаётся ещё и без германских. Пусть одной лишь Австрией правит, — злорадствовал Наполеон.

Одно дело — победить на полях сражения, но гораздо слаще опустить врага в политическом смысле. Причём гораздо ниже уровня городской клоаки. Так что заглавный австриец лишь поёживался, получая сообщения о происходящих изменениях географического плана. Он отозвал из России фон Штадиона, чтобы использовать того в европейской политике, а новым послом к нам прислали бывшего кавалерийского генерала Максимилиана фон Мерфельда. Дипломат уровня «никакой» наверняка войдёт в Историю парочкой слов «был послом».

— Кстати, Морис, а что вы планируете по поводу поляков и их будущей независимости? Русские, насколько я знаю, очень болезненно воспринимают всё, что связано с Польшей.

— Ваше величество, их можно понять, так как они делают всё, чтобы поляки позабыли о Литве. Впрочем новая оборонительная линия, граничащая с польскими землями уже растянулась на юг. А в самих бывших литовских землях от Великого княжества Литовского остались лишь виленские и ковенские земли. Если согласно вашему плану будет восстановлена Польша, то лишь из польских земель Пруссии и Австрии.

— Ну, что же, меня это вполне устраивает. Помощь русских намного важнее желаний генерала Понятовского и польских легионов. Проведите с генералом беседы и объясните, что Речи Посполитой больше никогда не будет. В этом году нам не до Пруссии, но на следующий год нужно найти ход как довести до прусского короля, что мы желаем создания польского герцогства.

Пока французам важнее усилить свой флот, чем тратить время на чаяния ляхов и их магнатов, поэтому беседа утекла в соответствующем направлении.

— По поводу комплектующих материалов для строительства новых военных кораблей есть следующие сведения. Русские затеяли ко всему прочему аукцион распродажи самых качественных материалов и товаров для корабельного строительства. Сам аукцион будет проведён в начале лета, а поставки начнутся осенью, в сентябре. Стартовые цены высоки, но могут ещё выше взлететь, так как материалы действительно высокого качества.

— Но мы же вроде получаем уже или это будет добавка к имеющимся по договору?

— Да, мы всё получаем, но на аукцион выставлены очень высококачественные товары. Настолько, что англичане уже готовят средства, чтобы конкурировать с нами, хотя они тоже смогли подписать общий торговый договор с Россией. Кто победит на аукционе, тот будет иметь дополнительные линкоры и фрегаты в ближайшие годы и это нам следует учесть.

Вроде мелочь, но ведущие державы Европы готовы разориться ради цифири в отчётах адмиралтейств. Они же ещё не знают, что пароходы-ракетоносцы «от некоего попаданца» вполне серьёзные противники на морях. А значит через несколько лет будут поджигать водоплавающих, невзирая на то линкоры те или мимо проходили.

Итальянский вице-король Эжен де Богарне был изрядно растерян после встречи с представителями департамента Рено. Представители Болоньи, замучали его просьбами о реструктуризации департамента. Особенно болонцы умоляли передать их земли в состав… принципата Эсте.

— Господа, но вы же достаточно самостоятельны, так зачем вам идти под чью-то руку, когда Болонья возглавляет целый департамент.

— Ваше величество, мы разорены войнами, а в Эсте оказывают огромную помощь в восстановлении разрушительных последствий и налаживании хозяйства. Нам нужна эта поддержка о которой мы не только наслышаны, но и наши представители побывали в разных герцогствах, руководимых Домом Эсте.

— Но вы же понимаете, что я не решаю такие вопросы, — не решился вступать в дебаты молодой пасынок Наполеона, — я, пожалуй, сообщу в Париж о вашей просьбе, но ничего обещать не имею права.

Проблема усиливалась тем, что южные земли герцогств Реджо и Модена, как раз-таки не вошедшие в принципат, также прислали своих представителей, чтобы их тоже сделали подданными Дома Эсте. Создавалось впечатление, что русские вкладывают даже в простых людей свои огромные средства. Тем более, что это подтверждалось многочисленными свидетельствами. Плохо то, что Франция имеет слишком много расходов на решение других проблем и не может конкурировать с размерами русской помощи на местах.

В донесении Наполеону вице-король упомянул что никакой агитации на тему расширения подвластной территории русские не ведут, поэтому непонятно кто стоит за «народным волеизъявлением». Может быть англичане или австрийцы пытаются внести смуту в итальянских землях? Послание ушло в Париж с верными людьми, а сам вице-король стал ждать ответа, как соловей лета…

Глава 15

Глава пятнадцатая

Торжественный бал по поводу получения титула герцога Мантуи Степан Сергеевич организовал у себя в особняке более-менее скромно. Насколько это удалось, конечно же. Всё-таки всяких высокопоставленных Ланских вместе с супругами и со старшими детьми в России выше крыши. Правда ни один из этих потомков выходцев из Польши 14–15 веков пока так и не стал даже графом. Вроде большие должности имели и имеют, а титулом никто так и не обзавёлся.

/ Лишь один получил графа, да и то лишь в 1861 году реальной Истории. Тот самый Серёжа Ланской, который в этой реальности нашёл нашего попаданца /

Ничего, я подправил сию несправедливость и теперь окружающим придётся именовать бывшего обер-гофмаршала «его светлостью». Спросите «а почему бывшего»? Увы, Степану Сергеевичу в последнее время не до придворной жизни. Его хояйство и капиталы так разрослись за эти годы, что требуют внимания и заботы. Тут ещё и целое герцогство свалилось на шею, а о нём следует как следует позаботиться, дабы оправдать оказанное доверие.

На торжестве, кроме всякоразных Ланских, присутствовали ещё некоторые вельможи и сановники, но явно не в массовом порядке. Тот же русский император никак не мог (да и не хотел) отвертеться от почётной миссии «свидетеля».

— Степан Сергеевич, так какие планы у вас по поводу Мантуи? Совсем нас бросите и туда переселитесь, — это навроде шутки, но высказано серьёзным тоном, — или отсюда управлять герцогством будете?

— Ваше величество, право слово моя жизнь здесь, а Мантую я собираюсь посетить лишь этим летом, дабы организовать в герцогстве дела по восстановлению и обустройству жизни мантуанцев должным образом. Затем вернусь обратно, ибо уж очень хлопотное и большое хозяйство организовалось под Петербургом как вы знаете. Ну и кое-каких специалистов туда вывезу, чтобы занимались герцогством должным современным образом.